ПараШут (СИ)

Нанотехнологичная роевая структура определённо внесла свои коррективы. Рой рос, вместе с ним росла вычислительная и производственная мощь. Наномашины и единичные структуры не имеют разума или какой-то более или менее коммуникационной программы, но их потеря должна ощущаться по-своему. Как структурный ущерб, укол или утрата. Уверен, что вся эта нейронная сеть, опутывающая дом была изначальным или скорее начальным мозгом для Армии Машин, а сейчас это что-то вроде нервов. Потеря или повреждение может дать интенсивный сенсорный сигнал, обрыв сигнала, некоторый информационный шок, когда налаженная структура обработки данных даст сбой. Так что получившейся техномонстр должен был реагировать как живой организм.
Колонка была разделена на две секции. В одной, гермметично закрытой и прозрачной находился ИИ и фотонный модуль передачи, вместе с радиопередатчиком. Под этим блоком распологалось то, что я мог позволить отдать Армии Машин без опасений, что после это будет превращено в оружие против меня. Уверен, что чужой ИИ Армия Машин ещё не получала. Искусственный Интелект – это не просто «процессор» и «ПО», но целая технология по обработке информации и коммуникации. Если Армия Машин сможет понимать людей или скорее создавать роботов, способных к коммуникации, это будет направлено на создание оружия. Психологические войны, ложь и обман, подкуп и шантаж. Уверен, что для Армии Машин ранее вся телевещательная сеть не имела никакого смысла. Все эти сериалы, фильмы, новости и телепередачи не несли никакого смысла для чужеродного разума. Но с помощью специализированного ИИ этот техномонстр сможет понять человеческие концепции, а после человеческое общество и его принципы работы.
Ну и достаточно просто будет посмотреть фильм Терминатор, чтобы машинный разум начал творить человекоподобных андроидов, которые способны в психологию.
Так что я мог позволить Армии Машин съесть интерпритирующий сигналы от ИИ аппарат, но никак не сам ИИ. Для этого герметичная капсула была заполнена химически реактивным веществом, которое при контакте с воздухом воспламенялось и быстро сожгло бы нежную начинку.
Процесс ассимиляции затянулся на несколько десятков минут. Наномашины не были чем-то быстрым, но я терпеливо ждал и наблюдал, попутно корректируя их работу, чтобы рой не просто кушал халявную материю, а преобразовывал и ассимилировал.
Контролируя работу ИИ и части роя, я начал пытаться наладить контакт с Армией Машин. Холодный машинный разум, при всей своей чуждости, имел несколько недостатков и преимуществ, которыми я собирался воспользоваться. Бездушным роботам плевать на «этику», если что-то будет выгодно и способствовать основной задаче, они пойдут на это. Так что торговля была возможна. Конечно, роботы могут решить, что проще взять и ничего не давать, но на этот случай у меня была Технопатия, а ещё я мог просто зажечь Солнце и посмотреть, как горит и плавится земля под жаром в несколько тысяч градусов, а если я достану «гиперболоид» и засуну туда искусственную звезду, то получится выжигательная пушка температурой в десятки тысяч градусов, которая испарит всё, что Армия Машин попытается в меня кинуть. А когда она попытается это сделать, то я смогу определить местонахождение карманных измерений и попробовать выбить туда проход при помощи копии Жала. Так что я был более чем уверен, что мы договоримся.
Вероятность конфликта была довольно велика, так как Армия Машин ранее не прояляля никаких склонностей к коммуникации. Возможно, Армия Машин не считает людей за самостоятельные структурные единицы, а за ещё один рой, другой, странный и такой же чуждый. Без возможности понять и наладить контакт, Армия Машин просто выживает, копит войска и развивается согласно с полученным опытом. Плюс Иглтон патрулируют кейпы, готовые стрелять во всё подозрительное и стереть это с лица земли, нацеливаясь на ростки семян Армии Машин и избегая больших опасных объектов, вроде домов. Держа Армию Машин в изоляции и при постоянной угрозе.
Я на секунду позволил себе помечтать о несчастном ИИ, который выживал всё это время, страдая от злых людишек, после чего вернулся к реальности. Не было страданий и эмоций, Армия Машин – это не живое и совершенно нечеловеческая структура, «организм», чтобы испытывать эмоции и сложные чувства, которые были сформированны эволюцией за миллионы лет, чтобы кусочки протоплазмы искали партнёров, размножались, избегали опастности и испытывали радость при комфортных условиях и получении питательных веществ.
 
Наконец, Армия Машин обратила внимание на неучтённый раздражитель, который уже минут пятнадцать «щекотал» информационную сеть дома, передавая простые кодированные сигналы.
Единственный способ научить Армию Машин языку – это обучить шаг за шагом.
Процесс шёл быстро и одновременно довольно медленно. Хотя для мешков с мясом вроде меня это было невероятно быстро. Армия Машин обучалась весьма быстро и начала отправлять собственные сигналы.
Когда процесс обучения пошёл в обе стороны, всё значительно ускорилось. ИИ не учил Армию Машин человеческому языку, это был специальный язык логики и цифр. Всё общение с Армией Машин будет через переводчика, так обучение техномонстра человеческому языку равноценно обучению азам человеческой психологии и абстрактному мышлению. Только настоящий создатель Армии Машин мог бы управлять и понимать этого монстра, изменять его, а не просто кормить технологиями и новыми данными.
Час спустя, когда я начал подумывать о том, чтобы сходить в местный туалет или воспользоваться бутылкой, процесс взаимного обучения был завершён настолько, чтобы я мог начать диалог. Общение шло при помощи Технопатии, так это было быстрее и понятнее для меня и ИИ.
Диалог получался «забавным». Вместо «привет» был запрос идентификации. Армия Машин пыталась понять с кем вообще общается. Джокер, как индентификатор не был понят – имя не имело смысла. Сама Армия Машин не имела имени, но «назвала» себя – это был длинный сложный смысловой пакет информации, который охватывал и описывал всю Армию Машин, но не человеческими словами. Это было похоже на отчёт, вроде того, что имеется столько-то таких-то единиц того-то и того-то, объединённых и действующих, участвующих в коммуникации и работе в целом. Но не было никаких числовых идентификаторов или чего-то подобного, логика техномонстра работала на аналоговом принципе, а не цифровом. Если бы мозг мог пересчитать свои нейроны и сообщить, что вот в текущей конфигурации мозг – это мозг, то это было бы самое близкое к тому, что «сказала» Армия Машин.
Признаться, я впал на несколько минут в ступор, пока осмысливал, как ответить этому монстру, чтобы ему было понятно. В итоге я понадеялся на Технопатию и попробовал используя открытый канал «прокричать» собственную «концепцию», такую же невыразимую и всеобъемлющую, хотя и куда более короткую.
Здесь уже Армия Машин несколько минут, если не дольше пыталась разобраться с тем, что я такого сказал.
Концепция торговли и обмена была для Армии Машин нова и чужда. Будучи единым техноорганизмом, жертвовать частью в обмен на что-то, не являющееся частью было неприемлимо. Самое близкое, что Армия Машин знала – это конфлик, ведь в них она раздобыла большую часть тинкертеха и технологий, как трофеи. Мирный обмен? Что это? Вся жизнь – борьба, а когда не борьба, то подготовка к ней.
Концепция обмена знаниями и технологиями, хотя бы в виде чертежей? Ну, как человеку передать свои навыки, хм, тостеру? Разные платформы, слишком разные «программные» части. Записать всё на какой-нибудь «кристалл памяти» - не знаем и не хотим.
Даже в целом выгодное предложение вроде ты мне одно яблоко, а я тебе десять не было воспринято положительно. ТО есть Армия Машин была непротив пожертвовать одним «юнитом», чтобы получить условные десять «юнитов», но в том-то и дело, что в рамках конфликта.
Естественно, что драться у меня не было желания. Наномашины – хрупкие вещи. Даже если они выглядят как «чудо оружие», это всё ещё крохотные вещи, которые легко ломаются от чрезмерной нагрузки. Всё равно, что раздавить бактерию или взорвать ударным воздействием растение – повреждённые клетки не соберуться вместе, как шарики ртути и не восстанут подобно Т-1000. Я пытался прикинуть, что нужно, чтобы Т-1000 воплотился в жизнь и получалось, что в любом случае нужно «ядро» или что-то подобное, что будет пронизывать жидкий материал силовым полем и придавать тому форму и жёсткость, снабжать энергией и манипулировать.