Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)
Я сделала формальный поклон, вспоминая уроки этикета:
— Благодарю за гостеприимство, верховный старейшина. Для меня честь быть принятой в столь древний и уважаемый клан.
Мои слова, казалось, произвели благоприятное впечатление на большинство присутствующих драконов. Все, кроме Оукаты. Мать Латора стояла чуть в стороне от остальных, ее лицо было застывшей маской вежливости, но глаза... в них читалось открытое неодобрение.
— Сын мой, — произнесла она наконец, делая шаг вперед. — Я рада твоему возвращению с победой. — Она сделала паузу. — Хотя твой выбор... весьма удивителен.
Она даже не взглянула в мою сторону, словно я была предметом мебели, а не живым человеком. Манипулятор, блин. Странно, но Латор вообще ухом не повел. Что-то мамина ящерка вообще больше не мамина. Сюрприз.
— Мой выбор сделан, мать, — ответил Латор с ноткой напряжения. — И подтвержден священным поединком.
Оуката едва заметно поджала губы:
— Конечно. Традиции должны соблюдаться. — Она повернулась к старейшине. — С вашего позволения, верховный, я должна проверить подготовку к церемонии.
Не дожидаясь ответа и по-прежнему не удостоив меня взглядом, Оуката развернулась и быстрым шагом покинула зал. В воздухе за ней остался легкий аромат горячего металла — запах драконьего гнева. Обожаю свою будущую свекровь. Так бы и дала ей сковородкой… нежно, конечно.
— Прошу прощения за мою мать, — тихо произнес Латор. — Ей нужно время, чтобы привыкнуть к... изменениям.
Старейшина слегка кашлянул:
— Халидэл Латор, возможно, твоей избраннице стоит отдохнуть с дороги? Церемония знакомства с кланом может подождать до утра.
Латор благодарно кивнул:
— Вы правы. — Он повернулся ко мне: — Если ты не возражаешь, я провожу тебя в твои покои. Завтра будет время для знакомства с традициями и членами клана.
Я с облегчением согласилась. Напряжение последних дней, эмоциональное прощание с семьей и Тиаром, головокружительный полет — все это как-то обрушилось неконтролируемым потоком. Мне нужно было время наедине с собой, чтобы собраться с мыслями и подготовиться к предстоящим испытаниям.
Мы покинули главный зал, направившись по широкому коридору к восточной башне замка. По пути я заметила еще нескольких обитателей замка — драконов в человеческом обличье и немногочисленных людей, судя по всему, слуг. Все они с любопытством разглядывали меня, хотя старались делать это незаметно. Я чувствовала на себе их взгляды — от открыто подозрительных до просто заинтересованных.
— Большинство из них никогда не видели человеческую невесту дракона, — пояснил Латор, заметив мое напряжение. — Такие союзы редки в наши дни.
— Но были обычны раньше? — спросила я, вспомнив исторические хроники о временах, когда драконы и люди жили в более тесном контакте.
— Да, — кивнул он. — Раньше многие драконы брали человеческих жен, а драконицы иногда выбирали человеческих мужей. Но потом традиция почти исчезла.
Мы поднимались по спиральной лестнице, и с каждым шагом я чувствовала, как учащается мое дыхание — не столько от физической нагрузки, сколько от осознания высоты. Наконец, Латор остановился перед резными двойными дверями из темного дерева, украшенными золотыми вставками в виде языков пламени.
— Твои покои, — сказал он, открывая двери. — Надеюсь, они придутся тебе по вкусу.
Это вот с этаким – сам выбирал.
Серьезно?
Я шагнула внутрь и замерла от изумления. Комната была огромной, с высоким сводчатым потолком и панорамными окнами, занимавшими почти всю дальнюю стену. Даже в ночной темноте через них открывался захватывающий вид на горные вершины, купающиеся в лунном свете.
Интерьер сочетал в себе роскошь и функциональность. Большую часть помещения занимала гостиная с мягкими диванами и креслами, расставленными вокруг низкого столика из какого-то темного дерева. В углу располагался рабочий стол с несколькими выдвижными ящиками и полками для книг. Арка в дальнем конце комнаты вела в спальню, где виднелась огромная кровать под балдахином. Повсюду в комнате были расставлены светильники с теми же светящимися кристаллами, что я видела в главном зале. Их мягкий свет создавал уютную, почти интимную атмосферу. Мама, я – принцесса!
— Это... впечатляет, — произнесла я, пытаясь скрыть свое изумление.
— Эти покои долгое время пустовали, — сказал Латор, проходя внутрь. — Я распорядился подготовить их для тебя, когда... когда решил, что ты станешь моей женой.
В его голосе промелькнуло что-то похожее на смущение. Интересно, когда именно он принял это решение? До поединка? До того, как расторг помолвку с Атиной? До того, как расторг помолвку с Лиралин? Да ты полон сюрпризов, Латор Авельтан.
Впрочем, широкие жесты – это хорошо, но ресурсы на них у тебя явно имеются.
Это подкуп, Латор?
Взятки не дают случайным лицам.
— Через ту дверь — ванная комната, — продолжил он, указывая на неприметную дверь слева. — А там — гардеробная. Я позволил себе заказать для тебя несколько предметов одежды, но если они не придутся по вкусу, можешь выбрать другие.
Я подошла к окну, глядя на головокружительный вид ночных гор. Мы действительно находились очень высоко — на такой высоте, где облака иногда проплывали мимо окон, а воздух был кристально чистым.
— Спасибо, — сказала я, не оборачиваясь. — За... предусмотрительность.
Латор приблизился, но остановился на почтительном расстоянии:
— Церемония состоится через три дня, — сказал он. — До тех пор ты можешь освоиться и познакомиться с традициями клана. Я попрошу Атину навестить тебя завтра — она поможет разобраться в местных обычаях.
— Атину? — я обернулась, удивленная. — Твою бывшую невесту?
— Она советница при совете старейшин, — пояснил Латор. — И одна из немногих, кто действительно понимает мир людей. — Он сделал паузу. — К тому же, вы, кажется, нашли общий язык.
В его голосе не было подозрения, только констатация факта. Латор, ты за мной следишь? Латор, ты не обиделся на Атину? Латор, что с тобой? Ах, ну да, сокровище в пещере, можно расслабиться.
— Если у тебя возникнут вопросы или пожелания, можешь обратиться к слугам, — продолжил он, направляясь к двери. — Они выполнят любую разумную просьбу.
Он остановился на пороге:
— Отдыхай, Лиралин. Завтрашний день будет... непростым.
С этими словами он вышел, тихо закрыв за собой дверь. Оставшись одна, я позволила себе момент слабости — опустилась на край огромной кровати и закрыла лицо руками. Но я не позволила себе плакать.