Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)
— Это не просто улучшение, — пробормотал он, больше самому себе. — Это какой-то новый уровень взаимодействия с материей.
Тиар перехватил его взгляд:
— Мы создаем вещи, которые служат людям. Делаем магию доступной, понятной, полезной.
Ормур резко повернулся, его длинная бордовая мантия описала величественную дугу:
— Магия — не инструмент для развлечения простолюдинов. Магия — это...
— Магия — это то, что может изменить жизнь, — мягко, но твердо перебила я.
Наши взгляды скрестились. И в этот момент я поняла — между нами настоящее противостояние. Не просто спор о лицензии, а столкновение двух философий, двух подходов к пониманию магии.
Магистр Ормур медленно развернул свиток с витиеватой печатью — жест человека, привыкшего к церемониям и театральности. Его тонкие, почти бескровные пальцы слегка подрагивали — не от волнения, а от едва сдерживаемого предвкушения. Золотое тиснение на свитке отражало свет, создавая вокруг документа почти мистическое сияние.
— Лавка будет закрыта до получения официальной лицензии, — процедил он, наслаждаясь каждым словом, словно редким вином. — Процесс обычно занимает от трех до шести месяцев.
Я почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Шесть месяцев! Всё, что мы создали, все наши усилия, все надежды — рухнут за это время. Клиенты найдут другие лавки, поставщики пересмотрят контракты, а долги... долги никуда не денутся.
Тонкая, едва заметная улыбка скользнула по губам магистра, и сердце моё пропустило удар от неприятного осознания: он наслаждается этим моментом.
— Хотя, конечно, он может быть ускорен за определенную... плату, — добавил он, растягивая слово "плата" как дорогую ткань, которую демонстрируют покупателю.
Я встретилась взглядом с Тиаром. В его глазах читалось столько эмоций — гнев, разочарование, решимость — что мне пришлось сделать глубокий вдох, чтобы сохранить хотя бы видимость спокойствия.
Вымогательство в чистом виде, маскируемое под официальную процедуру — это было так знакомо по моему прежнему миру, и всё же так горько осознавать, что коррупция процветает в любой реальности.
— Какие документы нам нужно подготовить для подачи заявки? — спросила я, сохраняя абсолютно нейтральный тон, хотя в висках пульсировала кровь от сдерживаемого возмущения.
Ормур с едва скрываемым торжеством начал перечислять, наслаждаясь каждым пунктом как деликатесом:
— Экспертная оценка трех архимагов, причем не ниже седьмого ранга. Подтверждение происхождения магического дара на три поколения назад, с нотариальным заверением от Архива аэллэ. Полный реестр улучшенных предметов с подробным описанием каждого магического эффекта. Детальное описание магической техники, заверенное преподавателем Академии Высшей Магии. Письменное разрешение от ближайших родственников, включая отрекшихся...
С каждым новым пунктом я чувствовала, как сжимается что-то внутри. Не просто возмущение — а глубокое, почти физическое отторжение от несправедливости происходящего. Краем глаза я заметила, как побелели костяшки пальцев Тиара, сжимавшего край стола. Его дыхание стало чуть прерывистым — признак, который я уже научилась распознавать: он едва сдерживает гнев.
— А существует ли, — негромко спросил Тиар, и в его обманчиво спокойном голосе я услышала опасные нотки, которые редко проявлялись, — возможность специального ускоренного рассмотрения?
Магистр демонстративно поправил складки мантии, изобразив на лице выражение "как неудобно об этом говорить":
— Существует, — произнес он и назвал сумму, от которой у меня перехватило дыхание. Равная трехмесячной прибыли лавки, она означала, что нам придется отказаться от всех планов расширения, от ремонта в поместье, от выплаты оставшихся долгов. — Плюс членский взнос в Гильдию и ежемесячные отчисления в размере десятой части дохода.
Я почувствовала, как Тиар напрягся рядом со мной. Его рука, невидимая для магистра, сжала мою с такой силой, что я едва не вскрикнула — не от боли, а от неожиданности этого жеста. Я перевела дыхание, заставляя себя не выказывать ни малейшего признака слабости.
— Нам нужно время, чтобы обдумать ваше... предложение, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Мы дадим ответ завтра.
После ухода магистра в лавке повисла звенящая тишина. Нилли, которая всё это время стояла в углу, незаметная как тень, выглядела бледнее обычного. В её широко раскрытых глазах застыл почти детский страх перед неизвестностью.
Это же чистой воды рэкет!
Средневековый магический рэкет, ни больше, ни меньше!
В моем мире такие схемы давно вне закона. Корпорации, которые пытались так действовать, разваливались после первых же журналистских расследований.
Тиар устало опустился на стул, запустив пальцы в свои тёмные волосы. Я никогда не видела его таким — растерянным, почти сломленным. Человеком, который внезапно увидел, как его мечта рассыпается песком сквозь пальцы.
— Гильдия Магов имеет огромное влияние при дворе, — тихо произнес он. — Они контролируют всю магическую деятельность и не терпят конкуренции. Некоторые шепчутся, что даже аэллэ не принимает важных решений без их одобрения.
Так вот, о чем предупреждал Латор?
Я подавила немедленный порыв "вернуться и все простить", хотя яростное сопротивление альфа-свекроне и всему их клану зарвавшихся вконец ящериц не входило в мои планы.
Но что поделать.
Однажды мне пришлось отбивать подругу от нечестной конкуренции и внеплановых проверок всех возможных органов. Юрист тогда после нашей битвы устроил себе отпуск за наш счет, но что поделать заслужил. Но мы выиграли.
У большой и страшной налоговой.
Да огнедышащий клан по сравнению с нашими проверяющими - мелкое недоразумение.
Ну держись, мое недосверковище!
— А что, если... — я внезапно почувствовала, как внутри рождается решимость — та самая, что некогда заставляла меня бросать вызов корпоративным гигантам, — если мы не будем платить взятку, а вместо этого подадим официальную заявку, но с нашими условиями?
Тиар поднял на меня взгляд — в его глазах смешались недоверие и проблеск надежды:
— Они просто отклонят её и закроют лавку, — произнес он, но в его голосе уже не было прежней уверенности.
— Не если мы привлечем достаточно внимания к нашему делу, — я улыбнулась той самой улыбкой, которой когда-то разрушала корпоративные схемы и открывала новые рынки. — Помнишь, как отреагировали люди на шарф Атины? Как слухи о нашей лавке распространились по всему городу за считанные дни? Представь, что будет, если все узнают, что Гильдия пытается закрыть лавку, которая помогает обычным людям получить доступ к магическим предметам по доступным ценам.
В глазах Тиара постепенно разгорался огонь — тот самый, который некогда делал его душой любой компании, человеком, способным вдохновить и увлечь за собой.
Карис, который всё это время молча слушал наш разговор, стоя в дверном проёме, неожиданно подал голос: