Как улучшить дракона. Если он тот еще ящер (СИ)
Чем глубже мы спускались, тем сильнее я ощущала странную пульсацию магии — словно далекое сердцебиение, нерегулярное, сбивающееся с ритма. Моя собственная драконья чешуя начала светиться в ответ, резонируя с этими колебаниями.
Наконец лестница привела нас в небольшой круглый зал, высеченный в скальной породе. Стены его были покрыты древними рунами и символами, многие из которых совпадали с теми, что проявились на моей коже после ритуала в храме. В центре зала, на каменном постаменте, находился он — сердце договора.
Это был кристалл размером с кулак взрослого мужчины, напоминающий огранённый алмаз, но внутри него клубился серебристо-золотой туман, в глубине которого вспыхивали и гасли искры всех цветов радуги. Вокруг кристалла располагались семь меньших камней, образующих правильную геометрическую фигуру.
Но гармония композиции была нарушена. Два из семи камней были смещены, а внутри центрального кристалла виднелись тёмные линии — словно трещины или разломы, через которые просачивалась чёрная, маслянистая субстанция.
— Вот оно, — тихо произнес Дион. — Физический якорь договора. То, что связывает магические системы людей и драконов в единое целое.
— И оно умирает, — добавил Латор, не отрывая взгляда от пульсирующего кристалла.
Я приблизилась к постаменту, чувствуя, как моя собственная магия откликается на зов артефакта. Это было похоже на встречу с давно потерянной частью себя — болезненную, но необходимую.
— Что нужно делать? — спросил Латор, стоя рядом со мной.
Я изучала структуру артефакта, позволяя своему дару Преображающей проникать в его суть:
— Это не просто кристалл. Это... Точка соприкосновения и обмена между различными магическими системами. — Я указала на семь малых камней: — Эти кристаллы представляют основные каналы энергии — три драконьих, три человеческих и один общий, объединяющий.
Дион кивнул:
— Согласно древним текстам, первоначально каждый из этих камней хранился отдельно, в специальных храмах по всему Аталу. Но потом они были собраны воедино для защиты и сохранения.
— И теперь эта защита нарушена, — сказала я, указывая на смещенные камни и тёмные трещины в центральном кристалле. — "Пламя" попыталось перенаправить энергетические потоки, но не учло, что система взаимозависима. Перекрывая каналы человеческой магии, они нарушили баланс всей конструкции.
— Можно это исправить? — напряженно спросил Латор.
Я вздохнула, оценивая масштаб повреждений:
— Можно. Но потребуется много энергии. Больше, чем я могу дать в нынешнем состоянии.
— Возьми мою, — без колебаний сказал Латор. — После того, что ты сделала для меня, моя сила принадлежит тебе.
Я посмотрела на него с удивлением (это не его реплика!). Не того Латора, которого я знаю. Похоже, улучшения зашли достаточно далеко.
— Это опасно. Мы не знаем, как твоя изменённая магия будет взаимодействовать с артефактом.
— Зато мы знаем, что произойдёт, если ничего не делать, — твердо ответил он. — Я готов рискнуть.
Дион покачал головой:
— Риск огромен для вас обоих. Возможно, стоит попробовать более традиционные методы...
— На это нет времени, — перебила я, указывая на усиливающееся почернение в центральном кристалле. — Заражение распространяется. Если мы промедлим, точка невозврата будет пройдена.
Я повернулась к Латору:
— Ты уверен?
— Абсолютно, — ответил он без тени сомнения.
Я кивнула и протянула ему руки:
— Тогда встань напротив меня. Мы будем действовать вместе, как единое целое.
Латор занял позицию с другой стороны постамента. Дион отступил к стене, давая нам пространство, но готовый вмешаться в случае необходимости.
— Что теперь? — спросил Латор.
— Соедини руки с моими, — сказала я. — И позволь своей силе течь свободно. Не направляй её, просто... отпусти.
Когда наши пальцы переплелись над артефактом, я почувствовала мгновенный отклик — словно замкнулась электрическая цепь. Сила Латора — тёплая, золотистая, пульсирующая — влилась в меня, смешиваясь с моей собственной, серебристо-холодной энергией.
Закрыв глаза, я сосредоточилась на внутренней структуре артефакта. Теперь, с объединенной энергией, я могла видеть гораздо глубже, различая мельчайшие детали конструкции. Повреждения оказались ещё серьезнее, чем я предполагала — тёмные нити заражения проникли глубоко, затрагивая саму суть договора.
"Исправить," — мысленно приказала я, направляя наш объединенный поток на тёмные трещины. — "Восстановить баланс."
Я чувствовала, как Латор следует за мной, позволяя своей силе сливаться с моей, доверяя мне направлять её. Его безмолвное доверие придавало мне уверенности.
Постепенно, медленно, тёмные линии начали отступать. Золотисто-серебряное сияние заполняло трещины, запечатывая их, возвращая целостность кристалла.
Я мысленно передвинула смещенные камни, возвращая их в правильное положение, восстанавливая геометрический узор.
Но когда работа была почти завершена, я натолкнулась на препятствие — глубокий разлом в самом центре кристалла, заполненный чистой тьмой, не поддающийся исцелению.
"Источник заражения," — поняла я. — "Семя искажения, заложенное Оукатой."
Я усилила поток, направляя всю доступную энергию на этот последний рубеж.
Латор тоже почувствовал моё затруднение и увеличил отдачу, передавая мне всё больше своей силы. Я ощутила, как его сущность буквально вливается в меня — не только магия, но и часть его самого, его воспоминания, эмоции, сама его суть.
И в этот момент интимного слияния я поняла, что для завершения работы нужно не просто больше силы, а что-то иное — жест истинного единства, символическое действие, повторяющее то, что сделали наши предки при создании договора.
— Латор, — прошептала я, не разрывая ментальной связи. — Мне нужно, чтобы ты частично трансформировался. Пусть твоя драконья сущность проявится, но не полностью.
Он не задал вопросов, просто выполнил просьбу.
Я почувствовала, как его тело меняется, как чешуя проступает на коже, как энергия трансформации течёт по его венам.
Я тоже изменилась, позволяя своей собственной чешуе распространиться дальше, покрывая большую часть тела. Мои глаза превратились в драконьи, зрение изменилось, позволяя видеть магические потоки ещё отчетливее.