Сломленные (ЛП)

- Вряд ли получится, - пробормотала она, выходя в коридор. В доме было жутко тихо, слышно было только далекий гул телевизора.
- Эй, пап? - Неуверенно позвала она. Она остановилась, чтобы прислушаться, но услышала только пульсацию крови в ушах. - Мы можем поговорить?
Ответа не последовало, и на какой-то миг Элисон почувствовала, как ледяная хватка страха сжимает ее сердце. Но когда она подошла к гостиной, то поняла, что произошло. Ее отец лежал, скорчившись, в кресле, рядом с ним на полу стояла пустая бутылка виски. В ковер впитывалась лужа рвоты.
- Черт возьми, папа! - Выругалась она, глаза стали мокрыми от слез. - Почему ты всегда такой?
Она смотрела на бессознательное тело отца, ища в нем хоть какие-то признаки того, кем она когда-то восхищалась. Но увидела лишь остатки человека, чья любовь и преданность семье были вырваны ужасной трагедией. От того отца, которого она знала, не осталось ничего. Теперь он превратился в пустую оболочку себя прежнего, утопая в море алкоголя и отчаяния.
Она повернулась спиной к призраку отца и удалилась в свою комнату, оставив его в одиночестве бороться со своими демонами.
 ГЛАВА 2 
Утреннее солнце окрасило выцветший фасад здания школы в уродливый цвет.
- Ну вот, опять, - пробормотала Элисон себе под нос и покатила коляску по пандусу, ведущему к входу. Когда она поднялась наверх, Харли и Дара уже ждали ее. Бри была рядом, периодически проверяя телефон и бросая взгляды в сторону подруг. Она ухмыльнулась, когда Элисон подкатила к ней.
Харли была прекрасна. Длинные светлые волосы струились по стройному, атлетическому телу, увенчанному лицом злобной пикси. Дара была очень похожа на нее внешне, только была значительно толще. Бри, напротив, была невысокой и невзрачной. До несчастного случая Элисон была лучшей подругой Бри.
- Смотрите-ка, калека, татуированный эмо-фрик, - усмехнулась Харли. - Что за макияж? Пытаешься скрыть свои мерзкие слезы, Элисон?
- А может, у нее свидание с Дракулой, - вклинилась Дара. Ее полные губы скривились в надменной улыбке. Элисон стиснула зубы и сосредоточилась на музыке, звучащей из наушников. Впрочем, это не имело значения – их насмешки все равно успевали проникнуть в ее голову.
- Ты не пробовала помолиться Сатане или типа того? - Сказала Харли, ее резкий голос умудрялся пробиться сквозь музыку. - Знаешь, ты бы вписалась в шоу уродов. Может быть, тебя посадили бы в клетку и люди платили бы за то, чтобы поглазеть на эмо с перебитыми ногами!
- Отличная идея, Харли! - Засмеялась Дара. - Дай пять!
- Дара, почему бы тебе не отправить этого эмо-фрика в небольшое путешествие? - Сказала Харли. - Подтолкни ее с лестницы, а Бри снимет это на камеру. Это будет угарно. Не волнуйся за Элисон, она привыкла к авариям. Давай, толкай!
Дара схватилась за ручки инвалидной коляски Элисон и с силой толкнула ее вниз по бетонным ступенькам.
- Нет! - Закричала Элисон. Ее сердце подскочило к горлу. Металлические обода кресла обожгли кожу на ее голых ладонях, когда она попыталась замедлить падение. Она отбросила свой вес назад. Но было уже поздно – гравитация взяла верх. Элисон кувырком полетела вниз по ступенькам. Мимо нее проносились размытые лица, в ушах звучал издевательский смех, служивший саундтреком к ее унижению.
Вслед за этим раздался тошнотворный хруст: кресло-каталка рухнуло на ступеньки, и Элисон подбросило в воздух. Ее изуродованное тело приземлилось на опрокинутое кресло. Ее тело пронзила мучительная боль, а обнажившуюся кожу словно содрали с костей сотней мелких укусов. Смех Дары и Харли достиг крещендо. Бри стояла в стороне с протянутым телефоном и записывала происходящее, как будто это был очередной вирусный контент для социальных сетей.
- Гляньте на нее, - гоготнула Дара, указывая вниз на обмякшую Элисон. - Эта уродина-инвалид даже не может удержаться в кресле.
- Какая же она жалкая, - усмехнулась Харли, скрестив руки и глядя на свою жертву.
- Вставай, эмо-девчонка, - крикнул другой голос из растущей толпы, и к нему присоединился хор смеха.
 
Элисон подавила слезы и опустилась на пол. Руки дрожали от усилий, затраченных на то, чтобы поставить кресло обратно на колеса, но унижение и гнев подстегивали ее решимость. Она чувствовала на себе взгляды школьников, и каждый смех и издевка причиняли ей не меньшую боль, чем жестокое падение.
- Оставьте меня в покое! - Выкрикнула она срывающимся голосом.
- Бедняжка, - издевалась над ней Харли. - Может, нам надо открыть сбор средств, чтобы купить тебе кресло получше? Такое, которое выдержит твою неуклюжую задницу.
- А может, просто избавим ее от страданий, - предложила Дара, злобно ухмыляясь. - Бросим ее в реку и будем смотреть, как она тонет.
- Хватит! - Закричал кто-то. Толпа расступилась. Мистер Лэнгстон, учитель истории, спускался по ступенькам к Элисон, его лицо пылало от гнева.
- Отойдите от нее, все вы! - Приказал он, и его голос прогремел на весь двор. Он поправил кресло и осмотрел его на предмет повреждений. - Ничего не сломано. А ты? - Элисон покачала головой, и он, опустившись на колени, осторожно поднял ее на сиденье.
- Спасибо, - прошептала Элисон, не в силах встретиться с ним взглядом.
- Ты ни в чем не виновата, Элисон, - негромко сказал мистер Лэнгстон, а затем повысил голос, обращаясь к толпе. - Что здесь произошло? - Его вопрос был встречен тревожным молчанием. - Давайте отвезем тебя в медпункт, Элисон. - Мистер Лэнгстон направил кресло-каталку по пандусу и через двор. - Что случилось? У тебя отказали тормоза?
Элисон не хотела стукачить, но она не могла оставить девочек безнаказанными. Она могла серьезно пострадать. Их издевательский смех продолжал звучать в ее голове.
- Харли и Дара столкнули меня с лестницы.
Мистер Лэнгстон покачал головой.
- Почему это меня не удивляет?
Дверь медпункта со скрипом отворилась, и перед ними предстало помещение с боксами, пахнущее антисептиком и нафталином. На стенах висели медицинские плакаты, рассказывающие об опасности различных заболеваний – от гонореи до краснухи.
- Дорогая, что с тобой случилось? Давай приведем тебя в порядок. - Миссис Перкинс, школьная медсестра, засуетилась вокруг Элисон. Ее голос был мягким и успокаивающим, как колыбельная, которую напевают в темноте. Она похлопала по смотровому столу; ее морщинистые руки слегка подрагивали.
- Спасибо, что помогли мне, мистер Лэнгстон, - пробормотала Элисон, когда он помог ей перебраться на стол.
- Я поговорю с девочками, - ответил он и вышел из комнаты.
Миссис Перкинс включила верхний свет и натянула пару латексных перчаток. Элисон лежала на пластиковой простыне, прикусив губу, пока медсестра протирала ее царапины ватными шариками, смоченными в дезинфицирующем средстве. Каждое прикосновение ватки вызывало жжение, но она не жаловалась. Боль стала ее постоянным спутником.
- Эти девчонки, - пробормотала миссис Перкинс, качая головой. - Поверь мне, когда-нибудь они получат по заслугам.
- Может быть, - неуверенно пробормотала Элисон. Она уже слышала это, но ничего с тех пор не изменилось.
- Хочешь, я позвоню твоему отцу, дорогая? - Спросила медсестра. Она склонилась над Элисон с сочувствующим взглядом. Элисон хотела только одного – уснуть в своей постели. Может быть, когда она проснется, то поймет, что все это было дурным сном.
- Пожалуйста, - прошептала она срывающимся голосом.
Миссис Перкинс сняла трубку и набрала номер, указанный Элисон. Минуты шли, а телефон звонил и звонил, и каждый неотвеченный звонок, как кинжал, все глубже вонзался в грудь Элисон.
- Не отвечает, - вздохнула миссис Перкинс, положив трубку. - Мне очень жаль, милая.
Элисон уставилась в потолок и медленно выдохнула. Даже когда она нуждалась в нем больше всего, отца никогда не было рядом. Она пыталась подавить слезы, но они все равно потекли по ее лицу.
- Давай я помогу тебе сесть в кресло, - мягко сказала миссис Перкинс, пытаясь хоть как-то утешить ее.