Двадцать четыре секунды до последнего выстрела (СИ)

— Если короче, — произнесла Елена, — вероятно, он не Джеймс и не Фоули. И не ирландец. 
— Ирландец, — осторожно сказал Александр, понимая, что не должен вмешиваться, но также и осознавая, что должен поделиться теми сведениями, которыми обладает. 
— Простите, джентльмены, — Елена повернулась к нему и уточнила: — Почему ирландец? 
— Он приходил ко мне на кинопробы под именем мистера Барри. И его акцент… Очень сложно подделать его настолько достоверно. Он либо ирландец, либо прожил в Ирландии много лет. 
— Мы это учтём. Что ещё, мистер Ричардсон? 
— В семнадцать лет он познакомился с мистером Ричардом Мелтоном, основателем «М-Корпорейшн». Мистер Мелтон оплатил ему учёбу в Лондонской школе экономики и политических наук. После этого мистер Фоули работал в его компании на разных должностях, поднимался по карьерной лестнице, пока не достиг позиции генерального директора. Мистер Мелтон, по всей видимости, считал его кем-то очень близким, по завещанию, всё его имущество переходило к мистеру Фоули. 
— Но он его не получил, поскольку погиб сам, — отметила Елена. 
— Всё верно. Оно было разделено между племянниками и сёстрами мистера Мелтона согласно закону. 
Какое-то время все молчали. Потом Елена передала слово мистеру Тревису, и Александр решил, что всё-таки она их различает.
— С командой психологов мы проанализировали разговор мистера Фоули и мистера Кларка, — сказал мистер Тревис точно таким же, как и у Ричардсона, тусклым голосом, — к сожалению, этот анализ дал очень немногое. Мистер Фоули не проявляет видимых признаков какого-либо психического заболевания. Есть предположение, что он страдает от диссоциального расстройства личности, это также объяснило бы его реакцию на взрыв в жилом доме. При этом точно так же он может быть просто жесток от природы. Была версия, что он садист, однако она полностью разбивается при более детальном изучении его биографии. Разрешите… — покопавшись в своём экране, мистер Тревис вывел на проектор фотографию изуродованного мужчины. 
Вся левая сторона лица пострадала от огня — кожу покрывали рубцы и стяжки, волосы выпали, ухо сплавилось с кожей головы. Правая же сторона осталась неповреждённой и позволяла понять, что до трагедии мужчина был привлекателен. Тревис открыл вторую фотографию, где тот же мужчина стоял в полный рост, и было видно, что левые рука и нога у него отсутствуют и заменены на протезы. 
— Марк Смит, в течение трёх лет был любовником Фоули. Снайпер в отставке, служил в Афганистане, там же пострадал во взрыве во время выполнения боевого задания. Получал пенсию. Уже в Лондоне познакомился с Фоули. О Смите известно достаточно много, например, он не раз получал выговоры за грубость, издевательства над сослуживцами, драки и оскорбления. Его жена бросила его, опасаясь побоев и насилия. 
— Вы хотите сказать, — прервала его Елена, — что вряд ли с Фоули Марк Смит изменил своим привычкам? 
— Именно, мисс Кларк, — кивнул Тревис, — так же, как и вот этот господин. С Фоули они встречались всего полтора месяца, — на экране появился очень худой, лысый, высокий тип с мерзким оскалом, — Френсис Мансано, британец испанского происхождения. Отъявленный садист, несколько раз привлекался к суду по обвинению в домашнем насилии, попытках изнасилования и травле, но каждый раз дело закрывалось за отсутствием доказательств. 
— И снова, вряд ли мистер Мансана поступился своими вкусами ради Фоули, — подытожила Елена. 
— Других его любовников мы не нашли, но эти двое — весьма характерны. 
— Значит, мазохист. 
— Это совершенно не укладывается в психологический портрет, но очевидно, да. 
— Гомосексуалист? 
Тревис покачал головой:
— Вероятно, бисексуален. Вот, пожалуйста, Линда Крамер, — он показал на экране привлекательную женщину лет сорока пяти или немного старше.
Александр нахмурился. Лицо показалось ему знакомым, как и имя. 
— Стилист, историк моды, — продолжил Тревис, и Александр, ощутив неприятный холодок по спине, вспомнил, что с мисс Крамер встречался даже не один, а два раза на светских мероприятиях и, надо сказать, был ей совершенно очарован. Правда, не в сексуальном, а сугубо в интеллектуальном смысле — его не привлекали женщины старше. Но как собеседник мисс Крамер была великолепна. — Пока не удалось найти, как долго они были вместе, но есть две фотографии мистера Фоули, который сопровождает мисс Крамер в театр. Здесь нужно отметить, что фотографии достаточно старые. Мистеру Фоули на них не более двадцати пяти лет, скорее даже двадцать три, а мисс Крамер — тридцать пять. И ещё деталь… — Тревис кашлянул, — и Марк Смит, и Френсис Мансано мертвы. Мансано погиб сразу после окончания их с Фоули отношений, а Смит — через два года. Мисс Крамер жива и здорова. Один из людей в моей команде выдвинул предположение, что у мистера Фоули были проблемы с матерью. Эдипов комплекс, например, объяснил бы отношения с женщиной сильно старше. Но вот отношения с мужчинами-садистами он уже не объясняет. 
 
— Хорошо, — вздохнула Елена, — давайте пока дальше. Мистер Эванс, прошу вас. 
В этот раз заговорил самый старший, но голос у него всё равно был почти таким же, как у других. 
— Мы изучили все материалы, касающиеся взрыва в «М-Корпорейшн» и в доме номер тридцать семь по Портленд-стрит. К сожалению, ничего общего не обнаружено. Если не вдаваться в технические подробности, то использованы разные взрывчатые вещества разного происхождения и разной мощности. В Сити сработал, как считают эксперты, часовой механизм. А в жилом доме бомбу активировал выстрел. Это всё. 
— Спасибо, мистер Эванс. Что ещё у нас есть, лорд Уоррен? 
— Стрелок. Вернее, даже два стрелка, считая погибшего Марка Смита. Простите, мистер Тревис, вы мне не поможете? 
После недолгого замешательства Тревис и лорд Уоррен справились с экраном, и на экране появился мужчина лет тридцати пяти, явно военный. Александру его лицо понравилось: широкое, открытое, с большими внимательными глазами, окружёнными тонкими лучиками морщин, подвижное и очень доброе. Светлые волосы у него были подстрижены очень коротким ёжиком. На второй фотографии он же, но несколько моложе, держал на одном плече очень похожую на него девочку лет пяти, которая заливисто смеялась, показывая куда-то вдаль. Третий снимок был явно официальным. Мужчина смотрел в камеру прямо, немного сведя к переносице брови. Одет он был в военную форму. 
— Себастиан Майлс, — объявил лорд Уоррен, — бывший капрал британской армии, начал службу в Ирландии, продолжил в Афганистане, какое-то время был в Ираке, потом снова вернулся в Афганистан. В сентябре две тысячи седьмого произошла какая-то сомнительная история, я запросил документы, но они засекречены, пока жду одобрения доступа. В любом случае, мистер Майлс был лишён звания и отправлен в отставку. Полгода отслужил в частной военной компании «МорВорлд», в мае вернулся в Британию и почти сразу получил должность специалиста по безопасности в «М-Корпорейшн». Сейчас, по документам, работает в компании GMS, однако точно знает, что Джеймс Фоули жив. Есть некоторая вероятность, что именно он произвёл выстрел в четверг. Мы можем…
— Ни в коем случае, лорд Уоррен, — остановила его Елена. — Никакого лишнего внимания к мистеру Майлсу. Он, я так понимаю, заменил Марка Смита. Как вы считаете, только в рабочих вопросах, или в личных тоже? 
— По данным наблюдения выходит, что и в личных, — заметил очередной клон. — Но мистер Тревис сейчас отметит, что психологически мистер Майлс совершенно не похож на мистера Смита. Майлс — добряк и простофиля с винтовкой. Никаких тайн, никаких проблем. Несколько драк в школе, но никогда — с серьёзными последствиями. Душа компании, примерный семьянин, воспитывает дочь девяти лет. Абсолютно не склонен к насилию, жестокости. Но стреляет превосходно. Я… — клон кашлянул, — подозреваю, что мистер Майлс несколько туповат и в принципе не задумывается о том, в кого он стреляет и зачем. Достаточно, что Фоули отдаёт приказы.