"Фантастика 2024-178". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Еще никто используя меч не смог меня победить, — процедил Петер покрываясь своей стальной кожей, — а ты говоришь, что сможешь одолеть нас всех?
Вернер ничего не ответил. Вместо этого он достал свой меч, а вместе с ним на свободу вырвалась и его аура мечника. Все в радиусе десятка метров почувствовали, будто к горлу приставили металл. Сильнейший мечник Оплота сделал рывок вперед и еще до того, как ладонь Петера добралась до рукояти меча, клинок Вернера уже на пол сантиметра вошел в плече лидера Железного воинства.
Петер был в ужасе. В ужасе от того, с какой легкостью клинок мечника из Оплота прошел через его защиту. Как раскаленный нож сквозь масло.
Секундой позже люди Петера пришли в движение: начали вставать, доставая оружие. Переполох заметили и военные обеспечивающие порядок на трибунах и первые из них уже спешили сюда.
— Я могу разрубить тебя пополам, — спокойно произнес Вернер, — стоит мне просто надавить на клинок.
Мужчина не продемонстрировал ни капли волнения, будучи окруженным со всех сторон.
Петер шумно сглотнул.
— Заруби себе на носу, ты не неуязвим из-за своей особенности. Если и дальше продолжишь принимать на себя все атаки, то первый же противник способный скрывать свою силу, убьет тебя с одного удара. Понимаешь?
Петер кивнул.
— Опусти меч, — приказным тоном произнес кто-то за спиной Вернера.
Это был Ханс. Глава военнослужащих прибыл сюда лично, ведь зачинщиком оказался боец Оплота, бойцы которого уже прославились своей тиранической мощью.
— Не стоило так спешить сюда. Я просто объяснял своему менее опытному знакомому некоторые вещи, — произнес Вернер, — Верно, Петер?
К этому моменту на них смотрел уже весь стадион.
Парень с клинком в плече медленно кивнул и жестом приказал своим людям опустить оружие.
— Мне бы хотелось услышать подтверждение, после того, как вы спрячете клинок, Вернер, — произнес Ханс.
Он и его люди все ещё держали оружие наготове. После того случая с Элимом он собрал информацию обо всех участниках из Оплота и выучил наизусть.
— Как вам будет угодно.
Вернер смахнул с клинка кровь и положил его обратно в ножны с такой скоростью, что половина людей практически ничего не увидела.
— Все в порядке, Ханс, — поспешил успокоить военных Петер.
По ране уже расходилось приятное тепло, а боль уходила — это один из духов Рудольфа принялся за дело.
— Попрошу воздержаться от подобного, — посоветовал Ханс прежде чем удалится.
Раз все нормально, то лучше ему не лезть, иначе ситуация может резко ухудшиться. Никаких серьёзных ран у Петера не было, значит, ничего страшного в этом происшествии нет.
— Тебе стоит посмотреть, как будет драться Ян. Он такой же ходячий таран, как и ты, только, в отличие от тебя, он старательно избегает всех нацеленных на него. Он может позволить себе принять удар, только в случае, если это даст ему существенное преимущество. Что касается твоего фехтования. Захочешь узнать, как использоватьмеч — я найду для тебя время.
Сказав это, Венер сел на прежнее место, как ни в чем не бывало.
  
Глава 231
 
После того как инцидент с Вернером утрясся поединки второго круга продолжились. Ничего сверхъестественного не случилось: те, кто должен быть победить, победили, а те от кого много не ожидали, не смогли показать что-нибудь удивительное.
В этот раз Гачи, на радость Элиму, не стал сидеть в углу арены, поедая конфеты, пока его иллюзия занимает противника, а качественно провел весь бой. Уходя с арены, старик помахал Элиму, пока его иллюзия отправляла радостные возгласы навстречу зрителям.
«Этот старик мне по нраву» — изрек Анзор в сознании Элима.
«Как и тысячам собравшимся здесь людям» — ответил Элим.
Гачи приветствовали едва ли не громче, чем самых известных и именитых немцев. Здесь, в Германии.
Сейчас, пока команды каменщиков восстанавливали поврежденные арены, весь стадион находился в предвкушении поединка между Главой Красных Ангелов и одним из основателей Бессмертного Оплота.
  
— Думаю, не стоит спрашивать у вас, кто по-вашему победит в этом поединке?
Рудольф сидел с той же улыбкой на лице, что и в момент прихода Одина вместе с Вернером. Никакого подозрения или обиды к бойцам Бессмертного Оплота, один из которых недавно устроил тут переполох, мужчина не испытывал.
Вернер в этот раз использовал свой клинок исключительно в воспитательных целях. Рудольф и сам считал, что их лидер поступает неразумно сражаясь подобным образом. Однако, несмотря на это Петер всегда побеждал, из-за чего весомых аргументов против такого стиля не было.
Петеру было необходимо, чтобы появился кто-то вроде Вернера, кто покажет ему всю несостоятельность подобного стиля. Пусть лучше так, чем во время рейда в подземелье или любом другом реальном бою.
Пусть Вернер и действовал слишком прямолинейно и сурово, по мнению Рудольфа, результат оправдывал подобные меры. К тому же в Бессмертном Оплоте, скорее всего нравы куда более жесткие иначе как все их бойцы стали такими сильными?
— Насколько я знаю у Оуэна довольно сильная особенность. Пусть нам и известен способ её блокировки, он все таки лидер одной из крупнейших организаций перерожденных в мире. Скорее всего, парень уже придумал хотя бы один более-менее действенный способ драться в таком положении. Может против некоторых из нас у него был бы шанс, но только не против Яна, — ответил Один, перекинув своё оружие на другое плечо.
— Почему так? Он какой-то особенный, даже среди вас?
Рудольф не стеснялся задавать вопросы.
— Вроде того, — начал объяснять Хорст, — с ростом уровня возможная разница между силами одноуровневых перерожденных становится все больше. Большинство элитных бойцов Оплота имеют приблизительно одинаковый уровень, только те, кто приехал сюда могут как-то выделится на их фоне. Но даже между нами, имеющими практически один и тот же уровень, сила может разница на порядок. На это влияет много факторов, вы позже думаю, узнаете о тех, что вам еще не известны. В Бессмертном Оплоте никогда не выясняли, кто на каком месте по силе находится, однако разделить всех на определенные эшелоны можно и без этого. Элима в расчёт не берем, — усмехнулся Один, — с этим монстром не сможет сравниться никто на этой планете.
Мужчина поднял ладонь, показывая четыре пальца.
— Четыре. Четыре человека в Оплоте считаются самыми сильными. До сегодняшнего дня на арене бился только один из этой четверки. Правда он не показал и трети своих возможностей.
— Это был он, в первый день, угрожал расправой тем, кто будет умышленно пытаться навредить своим оппонентам? — сразу же выдвинул предположение Рудольф.
— Ванька? Он, конечно, сильный малый, но в эту четверку не входит.
Лицо Одина расплылось в улыбке — окружающие его люди были так удивлены услышанным.
Иван, участвовавший в первый день, запомнился всем. Та аура, та мощь, исходившая от него в тот момент, когда он как спичку ломал тело своего соперника. Прошло уже много дней, прошли сотни поединков, среди которых были по-настоящему зрелищные и запоминающиеся. И все же поединок, в котором Иван продемонстрировал свою звериную мощь, до сих пор считался чуть ли не самым знаменательным событием всего Турнира.
И этот человек не входил в четверку сильнейших Бессмертного Оплота? Какой же силой должны обладать эти четверо, раз считаются находящимися на совершенно иной ступени силы?
— Ты в четверке, — произнес Петер, глядя на Вернера.
Он не спрашивал, а утверждал, так как был уверен в своих словах.
— Верно, — согласился мечник.
Петер был абсолютно уверен в своих словах, но все же облегченно выдохнул услышав подтверждение от самого Вернера. Если бы такой сильный человек не находился на верхушке Бессмертного Оплота, то впору было бы задумать о вступлении в эту организацию.
— Значит, вы примерно равны по силе?
Вернер почесал щетину, размышляя над ответом.