"Фантастика 2024-178". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Привет, — сказала Котова.
— Привет, — ответил я.
Привстал, одёрнул тельняшку и объявил:
— Кирилла нет. Пока. Он ещё не вернулся из института.
Заметил, что между тёмных бровей у девчонки появилась глубокая вертикальная морщина.
Котова кивнула — тряхнула каштановыми кудрями.
— Знаю, — ответила она. — Кир сейчас в нашем корпусе. В комнате у Инги Рауде.
Она посмотрела мне в лицо своими большущими тёмными глазищами.
— Я пришла не к Кириллу, — сообщила Котова. — Я пришла к тебе, Сергей.
Лена прикрыла за собой дверь.
Сквозняк донёс до моих ноздрей аромат рижской «Иоланты».
  
Глава 13
 
Я видел, сидя на кровати, как за окном комнаты покачивали ветками тополя. Листва на деревьях всё ещё выглядела по-летнему зелёной, несмотря на то, что уже пошла вторая неделя октября. Если и встречались на ветвях жёлтые листья, то я их не заметил.
Но я и не разглядывал сейчас деревья — смотрел на застывшую в двух шагах от входной двери Лену Котову. Девчонка стояла, вытянувшись по струнке. Смотрела на меня из-под длинных чёрных ресниц, двумя руками сжимала сумку из бежевого кожзама.
Я вновь отметил, что у Елены совсем не славянская внешность. Невольно вспомнил о Кипре и о своём неудачном полёте в самолёте «Боинг 737–800». Погладил рукой струны гитары (всё ещё прижимал музыкальный инструмент к животу).
— Как интересно, — пробормотал я.
Встретился взглядом с глазищами Котовой и спросил:
— Ну, и что тебе от меня нужно?
— Спросить у тебя хочу, — заявила Лена.
Мне почудилось, что морщинка над её переносицей стала длиннее и глубже.
— Спрашивай, — разрешил я.
Провёл пальцем по струнам — те зазвенели, но я тут же приглушил звук.
Котова приблизилась ко мне ещё на шаг — я вновь уловил запах духов «Иоланта».
— Почему он выбрал Ингу Рауде, почему не меня? — спросила Лена.
Она тряхнула кудрями и тут же добавила:
— Уверена: Кирилл говорил тебе об этом. Сергей, что со мной не так? Чем я хуже Инги?
Она дёрнула плечами.
Я отложил в сторону гитару. Подумал о том, что Котова говорила на удивление спокойно: без истеричных и слезливых ноток в голосе. Потёр подбородок.
— Ты влюблена в моего брата? — спросил я.
Елена дёрнулась, растеряно заморгала.
Но тут же усмехнулась.
— Нет, — сказала она. — Почему ты так решил?
И тут же сообщила:
— Кирилл хороший. Он смелый, сильный, симпатичный. Но…
— Но ты его не любишь, — сказал я.
Опёрся спиной о стену, прижался к её холодной поверхности затылком.
— Нет, — повторила Котова. — Не люблю.
Она покачала головой.
— Тогда зачем он тебе? — спросил я.
Девчонка повела плечом.
— Не знаю, — сказала она. — С ним интересно. Я думала… мы с ним друзья. Он…
— Ты всё ещё влюблена в меня?
Я подумал, что её глаза походили не на сапфир, а на коричнево-чёрный гагат.
— Что⁈ — воскликнула Котова.
В её взгляде будто промелькнули молнии.
Лена чуть склонила голову.
— Я спросил: ты гуляла с моим братом, потому что влюблена в меня?
Котова усмехнулась: не весело — скорее, растеряно.
Заявила:
— Не влюблена я в тебя, Чернов. С чего ты это взял? Не говори глупости.
Глаза девчонки вновь блеснули, приобрели янтарный оттенок.
— Ты целовалась с моим братом? — уже без иронии спросил я.
Котова дёрнула головой.
Сверкнула взглядом.
Возмущённо фыркнула.
— Вот ещё! — сказала она. — Это Кирилл тебе такое сказал⁈
Лена махнула рукой, словно отмела мой вопрос в сторону.
— Не было такого. Не верь ему.
Котова нахмурила брови.
— Сергей, как ты мог обо мне такое подумать? — сказала она.
Я усмехнулся.
— Вот ты и ответила на свой вопрос.
Вновь заметил на лице Котовой морщинку между бровями.
— На какой вопрос? — переспросила Лена.
И тут же приподняла брови.
— Они целовались? Уже⁈
Котова застыла, пристально посмотрела мне в лицо.
Я не увидел влажный блеск в её глазах. Заметил лишь, что у Лены покраснели мочки ушей. Почувствовал во взгляде девицы удивление, досаду и обиду.
Елена шагнула к письменному столу, опустилась на стул. Тот тихо скрипнул: будто обиделся, что девчонка уселась на него без спросу. Мне почудилось, что в широко открытых карих глазах (будто картинки на экране телевизора) сменяли друг друга отражения мелькавших в голове Котовой мыслей.
  
Приоткрытая створка форточки шевельнулась под напором ветра. За окном вновь качнули ветвями деревья — в комнате пошевелились каштановые пряди волос на голове Лены. Вздрогнули оконные стёкла.
Я взял в руки гитару.
— Главное, чтобы костюмчик сидел непринуждённо легко и вальяжно, — пропел я, рассматривая задумчивое лицо Котовой. — Всё остальное, поверьте, не важно. Нет и не будет серьёзнее дел…
Вновь уловил аромат рижской «Иоланты». Невольно порадовался, что позапрошлую ночь провёл у Марго. Вспомнил, как накрыл вчера рано утром одеялом красивое нагое женское тело — перед тем, как покинул квартиру Маргариты Лаврентьевны.
Будто наяву услышал вопрос: «Ты уверен, Серёжа?» Снова на него ответил (на этот раз мысленно): «Абсолютно».
Вздохнул, провёл рукой по струнам — те застонали. Их стон будто вывел Котову из задумчивости. Девчонка вновь отыскала взглядом моё лицо. Но она не обрушила на меня вопросы. Слушала моё пение.
Я зажмурил глаза (именно так в моей прошлой жизни исполнял эту песню Артурчик). Слегка покачивал головой, улыбался.
Пел.
Мой живот подпевал: тихо урчал, жаловался на голод.
— … Главное, чтобы костюмчик сидел. Главное, чтобы костюмчик сидел.
Я отыграл финал композиции.
Гитара замолчала.
За окном шумела листва.
— Знаешь, Сергей, а ведь мне Кирилл… действительно… просто нравится, — сказала Котова.
Она улыбнулась. Посмотрела мне в глаза.
— Я не влюблена в него, — сказала Лена. — И не была влюблена. Теперь я это точно знаю.
Покачала головой.
— Иначе бы я сейчас разрыдалась, — сказала она. — После твоих слов о поцелуях. Подумала… так и будет…
Котова прикоснулась к своим глазам, взглянула на свои пальцы.
— Но слёз нет. Совсем нет. Обиделась, конечно…
Лена усмехнулась.
— А ещё подумала: неужели она целуется лучше, чем я?
Котова махнула рукой — отбросила со лба каштановый локон.
Я пожал плечами.
— Вот этого тебе не скажу. Не целовался. Ни с ней, ни с тобой.
Лена хмыкнула, кивнула.
— Я это понимаю, Сергей.
Она опустила взгляд.
Пару секунд мы молчали.
— Сергей, ты скучаешь по ней? — спросила Котова.
— По кому? — сказал я.
Лена указала на гитару — я опустил взгляд и прочёл: «Серёжа + Варя = Любовь».
Прислушался к своим ощущениям. Пожал плечами.
— Немного, — ответил я.
Котова махнула сумкой, встала со стула.
— Пойду домой, — сказала она. — Я ещё домашку по вышке не сделала. Займу письменный стол, пока Света и Наташа гуляют со своими кавалерами.
Я вновь увидел, как блеснули её глаза.
Вспомнил, как подолгу смотрел на них там, на Верхнем кладбище.
— Спасибо, что поговорил со мной, Сергей, — сказала Котова.
Она улыбнулась.
— Пожалуйста, — ответил я. — Обращайся.
* * *
Во вторник утром я шёл в институт вместе с Кириллом и Артуром.
Но уже перед первой лекцией мы разделились. Мой младший брат примостился на подоконник рядом с комсоргом. Артурчик рванул к Наташе Тороповой. Лену Котову я в коридоре около входа в аудиторию не заметил.
Я увидел её, когда уселся на привычное место рядом с Васей Ковальчуком. Котова отыскала меня взглядом, улыбнулась. Направилась к ступеням. Прошла мимо ряда, где сидели Торопова и Прохоров.
Прошагала она и мимо седьмого ряда, с которого за ней наблюдали Кирилл и Инга. Поставила сумку на столешницу рядом со мной. Жестом поприветствовала замолчавшего при её появлении Ковальчука.