"Фантастика 2024-178". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Посмотрел вновь на Палыча. Черт, у него же руки трясутся до сих пор.
Усадил пацана, запихав его на заднее сиденье. Тот весь белый, бьет его крупной дрожью, глаза стеклянные от ужаса.
Блин, вспомнил, забыл сделать еще одно дело.
Быстро метнулся в пещеру, одни ударом кастета уничтожил алтарь. Вернувшись, уселся в машине, рядом с пацаном. Его продолжало трясти, пришлось прижать к себе.
Он уткнулся мне в грудь, обхватив рукой, ну, это понятно, получил сильный стресс. Мало того, от прошлого шока еще не отошел, а тут демон. Так мы и доехали до его дома, молча. Только Палыч постоянно поглядывал на меня в зеркало заднего вида, да часто мотал головой, все никак не мог поверить в то, что видел.
А Матвей по дороге уснул. Ну не сам конечно, пустил я ему маленький импульс магии, вот он и отключился.
Когда остановились, растормошил его. Тот сонными глазами глянул на меня, не понимая, в чем дело.
— Дома уже. — Я показал рукой на дверь подъезда.
Пацан сглотнул, часто задышал от волнения.
Мы не торопясь вылезли наружу. Я передал его Палычу.
— Ну ты как, справишься?
— Нормально все. — Полковник взял парня за плечо. — Справлюсь.
— Тогда позвони, когда там все успокоится, я поднимусь.
Он кивнул и повел пацана домой.
Открыв дверь машины, я присел. Даже не хочу думать, что сейчас наверху будет твориться. Все-таки хорошо, что Палыч появился, есть на кого положиться. Такие волнительные моменты не для меня, на сегодня уже хватило, сам толком никак в себя прийти не могу. Демон так перед глазами и стоит, и почему мы их так боимся?
Полковник позвонил лишь через сорок минут. Я сделал несколько глубоких вдохов. Ну вот, только малость успокоился, а тут вновь начало потряхивать, блин. Она ведь и моя мать была, пусть недолго, но все-таки. Вылез из машины, дернув несколько раз руками, сбрасывая напряжение, направился в квартиру.
Не успел войти, как меня сграбастала в охапку заплаканная женщина, молниеносно всего исцеловав. Конечно, понимаю ее, наверняка еще надеялась увидеть сына. Мать не может по-другому, но время идет, полиция молчит, пропал парень, следов нет, наступает отчаяние, а тут приводим, живого и здорового.
В общем, после долгих всхлипов, охов и множества слов благодарности, пили чай, без этого нас не отпустили. Наконец мне удалось уединиться с Матвеем в его, ну, когда-то и моей комнате. Зашел, осмотрелся, а ничего не изменилось, все так же.
— Вот, — я протянул ему небольшой сверток. — Это тебе на музыкальный инструмент, который ты так хотел купить, остальное мамки отдашь.
— Он открыл рот от удивления, силясь что-то сказать.
— Для меня это ничего не стоит, а ты, возможно, станешь великим музыкантом. Сочинишь множество прекрасных композиций, не все же тебе просить в школе поиграть. Теперь будешь дома музицировать. Бери. — И просто всунул ему деньги в руку. Он прижал их к себе, слезы покатились из глаз. Щеки сделались красными от смущения.
— Но, как Вы узнали, что я сочиняю музыку? Я ведь Вас не знаю.
Я улыбнулся. Почесал подбородок.
— Знаешь, просто не помнишь, — и похлопал его по плечу.
Он вновь удивленно на меня посмотрел.
Я направился на выход, открыл дверь.
— Палыч, нам пора. — Крикнул на кухню.
Тот, моментом оказался возле меня.
С кухни появилась мать. Из комнаты выскочил парень, и вновь обнял меня.
— Спасибо, но я даже не знаю твоего имени.
Вот не надо на меня так смотреть. Черт, я даже не представлял, как глаза могут так светиться и выражать столько чувств, вот блин.
— Зачем? — Голос у меня чуть не дрогнул.
Он не сводил с меня взгляда, ожидая, что я все-таки скажу, как меня зовут.
— Хорошо, — я не выдержал, нагнувшись к его уху, прошептал,
— Для своего родного брата, просто Денис. — Парень тут же впал в ступор, ошалел от услышанного, и пока он не пришел в себя, я, пожав ему руку, выскочил наружу.
Быстро спустившись вниз, юркнул в машину. Ну, нелегко мне, не привык к подобному. Да еще мать постоянно глаза вытирала. Не забуду ее взгляда! Ведь вернул ей сына, а уж Палыча она зацеловала всего, тот был красный от смущения, как вареный рак.
  
Он выскочил через пару минут, быстро влетел в машину и мы как можно скорее уехали.
— Фу-у. — Полковник протер лицо рукой, проехав несколько кварталов, остановившись возле тротуара. Затем посмотрел на меня.
— Знаешь Денис, ради таких моментов стоит жить.
— Согласен. — Я кивнул.
— Что ты ему сказал? Он так удивленно на тебя посмотрел? Что ты ему сунул? Я видел, как парень прижимал к груди сверток.
— А про демона поинтересоваться не хочешь? — Улыбнулся я.
— Не уходи от темы.
— Да, денег ему дал, на фортепиано. Ну и так, на поддержание семейного бюджета. Он ведь музыкант, сам сочиняет, а играть не на чем и купить не на что. Ты Палыч адресок их запиши, не надо терять из виду парня. Это все-таки и моя семья была, хоть и недолго, но, не чужие они мне, вот и намекнул ему.
— Понял. — Протянул тот, улыбнувшись.
— Ну что, поехали за Флором?
Я облегченно вздохнул.
— Да. По дороге все тебе расскажу, нарежу, как ты выразился задач.
— А ты разве не вернешься? — Полковник став серьезным, глянул на меня.
Я покачал головой.
— Нет. Фрола заберем, где-нибудь тормознешь, я выйду. Ты езжай, езжай, по дороге все объясню. — Махнув рукой вперед, посмотрел на него.
Тот кивнул и тронулся с места.
— Вначале ты мне расскажи, что было в пещере? Зачем меня выставил героем? — Успел я вставить свой вопрос, так как полковник намеревался уже начать пытать меня.
— А ты не заслужил, вернув человека из мертвых? — Он хмыкнул.
— Палыч, — я посмотрел на него, — привыкай к новой реальности, это теперь твоя жизнь. Мне совсем, подобное не нужно.
Тот хмыкнул.
— Мне почему-то иногда кажется, что тебе не шестнадцать лет, а намного больше.
— Знаешь, — я вздохнул, — когда много раз умираешь, быстро взрослеешь. А потом, в моей памяти две полноценные жизни, шестнадцать лет в Москве и почти столько же в ордене Арсинов и они обе вместе.
— Тогда, да. — Полковник понимающе кивнул. — Знаешь, — он задумался, я видел много в своей жизни, взрывы, свистящие над головой пули, море крови, разорванные тела, думал у меня железные нервы, но после сегодняшнего дня, я уже в этом не уверен.
Он, покачав головой, затем вздохнув, принялся рассказывать, что происходило в пещере.
— Когда я подошел к парню, он еще не очнулся. Первое, конечно, что сделал, осторожно сняв его с камня, положил на землю. Посетовал, что не захватили никакого одеяла. Затем, посмотрев на него, решил одеть. Пацану будет легче, увидеть себя в одежде, а не голым, пусть она не та, что была на нем, но все-таки. Когда закончил, побрызгал ни лицо водой, в этот момент он и пришел в себя. — Палыч тяжело вздохнул.
— Да, пробуждение было бурным. Парень закрутил головой, пытаясь понять, где находиться, увидев меня, вздрогнул. Его всего затрясло, началась самая настоящая истерика. — Полковник тяжело вздохнул.
— Знаешь, я вначале даже растерялся, так пробрало. Прижал пацана к себе, у самого слезы на глазах выступили, а надо все объяснять, успокаивать. У меня руки затряслись, это же ребенок!
Парень вначале ничего не понимал, только ревел и трясся. Я стал быстро говорить, не останавливаясь, что из полиции, из спецназа, что его долго искали, он провалился сюда через отверстие. Затем, от нехватки кислорода, потерял сознание, долго лежал. Тот мотал головой, только и твердил, что его похитили, затем убили. Мальчик никак не хотел верить, что никто его не трогал, и это всего лишь сон. — Палыч покачал головой.
— Долго пришлось втолковывать, что он жив, на теле нет никаких ран. Их отсутствие все-таки его немного убедило. Затем я показал свое удостоверение, объяснил, что полковник, а тот человек, что его нашел и спас, стоит снаружи.
Постепенно парень стал более адекватен, напился воды, обратил внимание, что одежда на нем другая. Вновь пришлось разъяснять, что прежняя пришла в негодность, что я его переодел, ну не голым же ему быть.