Экземпляр номер тринадцать (СИ)

— Ничего. Для разговора по душам сгодится — прошипел на меня мужчина, делая какой-то хищный шаг к дверям и демонстративно запирая их на ключ — Ну так что, Делия? Поговорим?
  
Глава 34
 
Деймон Мигре
«Господь великий, как? Как я ввязался в это сумасшествие? На что рассчитывал?» — казалось, сотый раз за эти бесконечные две недели вопрошал про себя Дей.
Хотя, истины ради, ответы на эти вопросы он и так прекрасно знал.
И, если уж совсем откровенно, то винить в происходящем кроме самого себя было решительно некого.
Нет, поначалу идея увезти Делию из столицы казалась ему просто блестящей. Во-первых, это позволяло удались девушку с зоны расследования и, тем самым, снять с нее подозрения относительно участия в намечающемся Темном ритуале. Да, улик против нее конкретно не было. Но в ее доме проживала Верховная ведьма Темного Ковена, что уже само по себе вводило ведьмочку в круг подозреваемых. Ведь в том, что сама вира Градейн так или иначе замешана в намечающемся преступлении сомнений быть не могло. Вряд ли среди Темных было так много достаточно сильных ведьм, способных провести планируемый ритуал.
Сама Делия к этому причастна быть не могла. Точно не могла. По крайней мере, осознанно. В это Дей свято верил всей душой. Ну, или очень старался в это верить. И ради сохранения этой веры даже пошел на должностное преступление. Нет, оно и ранее с ним случалось почти ежечасно, с момента, как он вошел в ее городской дом. Одно сокрытие от ордена творящегося беспредела с неконтролируемыми выбросами Темной магии было более, чем достаточно для грозящего ему дисциплинарного взыскания. Но вот почему он скрывал заодно и преступления Гретты? Всплески силы у Верховной никак и ни чем оправданы быть не могли. Это вам не молоденькая, фонящая Тьмой колдунья. Это трехсотлетняя ведьма с высокой должностью и непререкаемым авторитетом, многократно подтвержденным ее же могуществом. Какие тут могут быть оправдания для, например, межвидовой воронки на месте бывшего будуара? И, все-таки, Дей молчал.
И все потому, что допущенный в дом орден заинтересуется не только проколом виры Градейн, ожившим чучелом совы и подозрительной субстанцией с грозным ведьмовским именем. Нет. Братья по ордену успеют учуять и нестерпимый смрад запрещенного колдовства, сквозящий казалось, из каждой щели маленького особняка. Терпкий запах черных сил, тяжелый поток нехорошей магии, которым тянуло по полу, стоило лишь переступить порог дома.
Источник находился где-то там, в глубинах нелепо замаскированного тайного хода, который Дею удалось обнаружить в кабинете в первые же дни. Магия темной змейкой, словно дымок от погасшей свечи, вилась из-под книжного шкафа и бередила чувствительные рецепторы его Искры чернью, выводя его из равновесия.
В тот день Деймон подумал, что видит лишь остаточный след от произведенного ритуала. Определенно черного ритуала. Но что можно обнаружить по старым следам? Потому, показательно рассекретив нахождение тайного хода, Дей просто принялся наблюдать за своей ведьмочкой, чтобы вовремя предотвратить, остановить, заставить одуматься и не дать совершить вновь того, с чем пришлось бы разбираться уже на ином уровне. А потом, в ту памятную ночь в ее спальне, благодаря внезапному появлению вездесущей каши Матильды он вновь узрел знакомый поток черни. И снова шкаф. На этот раз платяной. Настолько плотно придвинутый к стене, что не оставалось сомнений в том, что за ним он найдет еще одно тайное помещение. И вот уж чего магу совершенно не хотелось, так это того, чтобы тайное логово обнаружил кто-то из его коллег. После этого доказать, что сама Делия и понятия не имела, чем в ее доме занимается Верховная будет очень сложно. Единственный правильный вариант — увезти Истинную и тем самым снять с нее все подозрения. А уж после того, как братья по ордену повяжут исполнителей ритуала, можно в довесок на них повестить и всех остальных собак. Разбираться с подобными мелочами на фоне глобального преступления уже никто не будет.
 
Вот с этими самыми правильными мыслями Дей и заставил ведьму стремительно собрать вещи и прямо с первыми лучами рассвета покинуть столичный особняк.
Были, конечно, у Деймона и другие тайные планы.
Тогда ему казалось, что лишенная излишнего внимания к их непростой ситуации со стороны все той же виры Градейн, Делия вдруг осознает связь, что пульсирующим потоком света соединяла их Искры и, нахлебавшись свежего провинциального воздуха, не иначе, тут же радостно упадет в его объятия. Для помощи в этом непростом осознании маг даже тщательно спланировал пару прогулок под луной, пикник на берегу горного озера и, конечно, романтический ужин при свечах и со скрипкой в дальней беседке сада, увитой редкими лиловыми розами, которые каждое полнолуние испускали в воздух сонмы мерцающей пыльцы, погружая тот уголок в чарующее волшебное зрелище.
Чего Дей совсем никак не предполагал, так это того, что тихая поездка, задуманная еще и как повод в дали от вероломной Верховной поухаживать за Истинной и ( чем чем черт не шутит) все-таки, возможно, найти в ее сердце взаимность, уже к вечеру того же дня обернется самым настоящим паломничеством со стороны соседей, приятелей и друзей семьи, которым прямо нестерпимо было необходимо именно здесь и сейчас засвидетельствовать свое почтение внезапно объявившемуся наследнику семьи Мигре. О том, что перед ними не Вермон, конечно, никто из гостей не догадывался. И оттого было еще неприятнее принимать бесчисленные уверения в искреннем расположении, приглашения на бесконечные ужины и приемы. А, так же, потоки восхищения его «новой женой». Да, чем провинциальная знать никогда не отличалась, так это корректностью. Хотя, кажется, Делия этого попросту не заметила. Захваченная вихрем всеобщего интереса, внимания и восхищения она, совершенно неожиданно для Дея вдруг… стала событием сезона. А на события провинция была ох как падка.
Новая свежая кровь, да еще и в образе красивой молодой женщины. Увлекшая наследника одного из богатейших семейств имперской области. С Искрой и Темным даром. Конечно, такая интригующая личность не могла не стать центром притяжения засыпающего в повседневных заботах городка. Добавить к этому точеную фигурку, симпатичное личико и таинственный флер, окутывающий историю ее знакомства с виром Мигре, и вот уже маленькая ведьмочка становится невольным объектом воздыхания каждого неженатого мужчины в округе. Хотя, почему только неженатого? Ее столичный лоск, отсутствие наигранного жеманства и поистине ведьмовская легкость в общении очень быстро сделали ее предметом вожделения и для куда более серьезных виров представленного высшего света.
Под ревнивый скрип зубов местных леди, их с Делией буквально завалили приглашениями на бесконечные ужины, суаре, приемы, чаепития и музыкальные вечера, коими, маясь от скуки, вовсю развлекалась знать. Первым желанием Дея было твердо дать отпор всему этому потоку дружелюбия, но тут вмешался отец.
— Ты что творишь, Деймон? — строго произнес он, с укором взирая на сына — Посмотри на свою жену. Она наслаждается общением. Неужели ты привез ее сюда, чтобы она сразу же возненавидела это место? Она городская девушка, сын. Такие как она привыкли находиться в толпе. Ей необходимо это, как воздух. Не пытайся запереть певчего щегла в клетке. Он может перестать петь.
И, проследив напряженным взглядом за собственной супругой, Деймон вынужден был признать его правоту.
Делия порхала от одного нового знакомого к другому. И для каждого у нее находилась теплая улыбка, веселая история и просто доброе слово. Словно маленький солнечный зайчик она скользила по бальной зале, одним своим присутствием умудряясь освещать самое скучное общество и разряжать обстановку в самых напряженных диалогах.
Она была мила с каждым. Со всеми. С любым. Кроме него.
Стоило ей заметить рядом с собой мужа, как ведьмочка ощутимо напрягалась, дергалась. Менялся ее голос, улыбка, жесты. Нет, она прекрасно справлялась с условленной ими ролью. Но неестественность, скользившая в каждом ее движении выводила Дея из себя не меньше, чем ревность, уже не первый час пожиравшая его изнутри. И для ревности определенно был повод!