Экземпляр номер тринадцать (СИ)

— Факта опекуна только нет — недобро сверкнула глазами Верховная ведьма, краснея нежным персиком юных щечек.
— Да! И это тоже очень странно. Человек просто пропал! — всплеснул руками судья.
— И что же теперь? — хмыкнула бабуля — Поиски могут затянуться. С кем все это время будет жить Делия?
— Законом полагается в таких обстоятельствах временно определить ребенка в приют…
— Это совершенно исключено — топнула ногой Ада — Моя внучка не будет жить в приюте при живой… мне! И вообще, а если его так и не найдут? А если он сбежал из страны?
— Зачем ему было сбегать? — недоуменно хлопнул глазами судья — Его же ни в чем не обвиняли!
— И все-таки — настаивала бабка.
— Ну, если в ближайший год вир Драг не объявится…
— Год?! — возмущено возопила бабушка.
— Год?! — ахнула я — Я… не хочу год жить в приюте!
— Успокойся, Делия — грозно сдвигая брови процедила Ада — Ты вообще не поедешь ни в какой приют. Ни на год, ни на день. Я забираю ребенка себе. И точка!
— Но если вир Драг объявится и потребует свои права опекунства…
— Не объявится — в этот миг донеслось из дверей и на пороге объявилась невысокая пухленькая женщина в наглухо застегнутом темно-зеленом пальто, отороченном золотистым мехом — Боюсь, что вир Драг мертв, Ваша Светлость.
— Добрый вечер, уважаемая вира — чуть привстал удивленный судья — А Вы, простите, кто? Не могли бы Вы представиться и сообщить нам, откуда у Вас такие сведения?
— Я супруга покойного… Точнее, теперь уже вдова — почти спокойно произнесла женщина, тяжело опускаясь на свободный стул и расстегивая верхние пуговки на пальто — Простите, я так спешила… Можно мне стакан воды?
— Конечно — мужчина, подскочив, налил в стакан из стоящего на его столе графина — Простите за вынужденный вопрос, уважаемая вира, но как… когда Вы получили эти трагические новости?
— Час назад — утолив жажду, выдохнула вдова — Собственно, я не могу сказать точно как и когда погиб мой супруг. Просто час назад я совершенно случайно обратила внимание на собственное запястье и увидела вот это.
С этими словами, женщина быстро закатала правый рукав и продемонстрировала нам совершенно черную печать с именным гербом рода на запястье — знак единого союза. Точнее, померкнувшего уже союза, учитывая цвет печати.
— Увидев это, я, конечно, тут же кинулась к фамильному древу, выгравированному у нас на стене, и сразу же получила подтверждение случившемуся. Ветвь Октавио погасла. Далее, мне оставалось только связаться с секретарем мужа, для разъяснения обстоятельств. От него я и узнала, что сегодня муж должен был присутствовать на суде по слушанию дела об опеке над какой-то девочкой, дочерью его почивших друзей. И я кинулась сюда.
— То есть Вы не знали, что Ваш супруг собирается стать опекуном сидящей здесь Делии Адаль?
— Я впервые сегодня об этом услышала — всплеснула руками вдова — И, конечно, впервые вижу сиротку — тут женщина смерила меня внимательным, подозрительным взглядом — Я и не предполагала, что речь идет о такой… взрослой, по сути, девушке.
— По закону, Делия еще несовершеннолетняя — пояснил судья.
— Секретарь Октавио сказал мне, что у девочки есть родственники — уточнила вира Драг — Это так?
— Конечно — тут же отозвалась бабуля — Я вира Адаль, тетя Делии. А Вы что же, хотите взять на себя обязательства почившего супруга? — и бабушка угрожающе прищурилась на собеседницу.
— О, нет! — воскликнула вира Драг — Я, конечно, думала, что если у малышки совсем никого не осталось, то будет правильным уважать последнее обещание моего супруга своим друзьям и позаботиться о ребенке. Но я, почему-то, была уверена, что речь идет о совсем еще маленькой крошке. И, конечно, мне подумалось, что родственники, видимо, просто не хотят брать на себя ответственность за девочку. Однако, судя по всему, это не так?
— Определенно нет — высокомерно вздернула подбородок Ада — Мы здесь собрались именно за этим — я оспаривала отказ Вашего мужа передать мне опекунство над моей племянницей.
— Оспаривали? — нахмурилась вира — Честно говоря, даже не представляю, что могло сподвигнуть Октавио настаивать на опеке в подобных обстоятельствах. Он ведь даже не обсуждал это со мной. И, хотя, по сути мы уже много лет живем раздельно, каждый своей жизнью, но принятие в семью чужого ребенка — это важное решение. Его следовало принимать сообща.
 
— Ну, теперь о его мотивах, судя по всему, мы уже не узнаем — ухмыльнулась Верховная, похлопывая бабку по плечу — Об обстоятельствах смерти супруга Вам не сообщили?
— Секретарь сказал, что он исчез по дороге на суд. Во время остановки ушел из трактира и потерялся в лесу — пожала плечами женщина — На месте уже работает полиция. Его следы ищут. Но, пока что, безрезультатно.
— Мы слышали вой вурдалаков — кивнула бабушка — Если они способствовали гибели вира, то вряд ли что-то отыщется. Советую Вам не ждать, пока найдут его останки, а организовать церемонию уже сейчас. Быстрее вступите в права наследства.
— Да, я уже отдала первые распоряжения на этот счет — согласилась вира Драг — Погасшая ветвь не оставила нам надежды на его жизнь. Не вижу смысла тянуть. Дождусь, покуда приедет Ораст и мы простимся с его отцом.
— Примите мои соболезнования — хрипло прошептала я.
— Спасибо, дитя — мягко улыбнулась мне вдова — Скажи, были какие-то особые причины, почему твои родители оставили тебя именно Октавио?
— Нет — я чуть прокашлялась, чтобы размять онемевшее горло, и покачала головой — Конечно, вир Драг был вхож в нашу семью, но… Как и сказала тетя, после смерти отца мама слегла. К сожалению, горе не пожалело ее рассудок. Иначе она никогда бы не отдала меня эт…
— Успокой свою племянницу, Ада — тихо фыркнула Верховная — У судьи над столом уже парит его молоточек для оглашения приговора.
— Тише, милая — успокаивающе прошептала Ада, укладывая руку мне на плечо — Ты начинаешь шипеть и глаза сияют зеленью — едва слышно хихикнула она — Этак ты выдашь нас головой.
— Простите — тут же испуганно сникла я, с ужасом отмечая, как падает на стопку бумаги вышеупомянутый предмет — Я… я просто еще не пришла в себя.
— Господи, сколько горя на тебя свалилось — сокрушенно покачала головой женщина — Держись, дорогая. Уверена, теперь все твои несчастья позади. Ведь у тебя есть такая заботливая тетя!
— Я правильно понимаю, вира Драг, что Вы снимаете все претензии своей семьи на опекунство над вирой Адаль младшей? — быстро уточнил судья.
— Конечно — недоуменно пожала плечами вдова — Девочка вполне может жить с родней. Зачем же принудительно отдавать ее в чужую семью? Варварство какое-то!
— Ну, в таком случае — облегченно выдохнул судья и недоуменно нахмурился, не сумев нащупал свой молоточек на привычном ему месте — Хм… короче, объявляю: решением суда, опек над несовершеннолетней Делией Адаль присуждается Аде Адаль, в виду отсутствия препятствующих этому обстоятельств.
Полчаса спустя, тепло распрощавшись с первой вдовой моего покойного мужа и получив на руки заветные документы, мы стояли перед зданием суда и поджидали бабушкин экипаж, который должен был за нами приехать.
— Итак, Ада, я жду Делию на шабаше в канун Дня всех святых. Девочку нужно ввести в ковен. Даром, что все сроки вышли.
— Непременно, Гретта — уважительно кивнула бабушка — И спасибо за помощь.
— Она не понадобилась — отмахнулась вира Градейн — Вы отлично сами справились. Девочка с хорошим потенциалом. А ты замечательно ее инициировала. Но дальше ей нужно хорошее обучение. Контроль у нее никакой. Да и печать до конца не снята.
— Определенно — снова согласилась Ада — Найму лучших учителей. Может штатных их ковена позаимствую на дополнительные часы.
— Мда… Наделала дел твоя Аделина — неприязненно поморщилась Верховная — Как только ума хватило силу родной дочери запечатывать? И что в итоге? Ребенок совершенно не обучен! Отдавать ее в школу ковена сейчас — это только мрак смешить. Ну как она за одной партой с восьмилетками смотреться будет? Значит только домашнее обучение. По ускоренному курсу, экстерном. Держись, девочка — пахать придется по полному!