Новый поворот (СИ)
— О, очухался, пацанчик. Не шевелись, тебе вредно. Зелье немного тебя спасло, сильное было и дорогое, зараза. Да не крути головой, я тебе дырку на шее закрываю и вдыхай меньше, а то опять легкие порвешь. — Смотрели на меня усы Хагалбара.
— И зачем возиться со мной, ты нахрена со стены спрыгнул? — Болезненно прохрипело мое горло.
По правде, все тело стало болезненным, превратившись в одну пульсирующую агонию. Особенно меня пугала острая боль в животе, видимо, что-то лопнуло или порвалось при ударе. Не это однозначный конец, в моем бы мире это было даже безоговорочно, а тут и думать не надо.
— Зачем спрыгнул…дык, думал весело! Не прогадал! Еще ни разу в жизни так не делал! А ты это, завязывай, еще будешь жить. Еще за наградой вернуться надо! Это же матка! Представляешь, мы, не кто-то, а мы матку Клыкачей завалили. Еще и помет ее урезали больше чем на две трети, вон солдаты забавляются по лесу бегают недобитков ловят. Без мамашки они все передохнут, а кто выживет уйдет подальше. А еще бы месяц и они начали бы таскать жителей деревни. Отъелись бы на мясе они быстро. А там еще месяц, максимум два и даже солдатики ничего бы не сделали. Думаю, это тянет на попойку и на сто золотых всей команде. — Ободрял меня дед.
У него это получилось, алчность требовала получить свою долю!
— А что… Так… Много? И куда… Смотрели… Местные… Охотники?
— Ты чего? Какие охотники в таких местах? Хочешь мяса или расти сам или нанимай авантюристов или покупай. Умея, охотится среди монстров, думаешь кто-то останется жить в деревне? Все в авантюристы идут! Местные, конечно, гурьбой иногда собираются на рыбалку или каких мелких монстров бить, но это мелочи. Да и в задании был указан один обычный клыкач. Он всего лишь в два раза больше этих. Я даже не поверил, когда ты матку описывал. А потом трезвею и опа! Думаю, в этих краях клыкачей-то никогда не было, откуда одному взяться!
— Почаще трезвей… Но я же помру, Хагалбар. Ладно, все эти переломы… укусы… и даже дырка на шее. У меня в… животе что-то лопнуло. Болит… Сильно… Очень… И холодок такой… Нехороший… Внутри. Слышишь, как в груди булькает? Там все… Легкие… Порваны… Зелье… Перестанет действовать и все. Так что, давай сопли эти не разводить. Хорошо. Найдете… Вальдию, Йося знает, и скажите ей… Что я не в обиде. Она поймет… Может быть.
— Погоди, воины обещали сейчас зелий целый ящик принести! Как раз хватит, пока Вихра над тобой колдунствовать будет! — Ни капли не уныл Хагалбар после моей душещипательной речи, в которой я даже с подругой попрощался.
Я почувствовал боль в глазах, при упоминании помощи Вихры. Если меня так скручивало, от небольшого укуса на шее, спасибо мамашке Вальдии, то от все этого… я оглядел тело… безвозвратный билет в психушку мне обеспечен, если выживу.
— Слышь, дед. Я не хочу. Вообще не хочу, добей лучше. — Начал шевелиться я чем мог. Грядущая боль была куда страшнее!
— Не волнуйся, пацанчик! Все будет как надо! — Натянуто обещал Хагалбар.
— Не будет! Пусти! Я сам сдохну! Не надо! Прошу! — Мой страх было не описать словами. В голове крутилась лишь пара воспоминаний, когда она проверяла у меня дыхание во сне, и как я до этого кулем на землю свалился.
— Сиди тихо, пацан. Вихра может испугаться. Ты будешь жить, я сказал, паскуда. Понял? Никому не дам сдохнуть в моей команде, пока я рядом! Ты понял, щенок! Никому. Закрой рот и не вопи как баба в первый раз. Вихра скоро подойдет. — Хладнокровно шептал на ухо Хагалбар.
— Пусти, сука! Во век не забуду, мразь! Сволочь. Не смейте! Я не забу… — Поток моих речей прервал грубо впихнутый в рот кляп.
Я попробовал освободится при помощи рук, но здоровяк сунул их под себя. Они и так сломаны, сука! Хотел пнуть его в лоб, но едва напрягся пресс, как я перестал чувствовать хоть что-то от переполнившей меня боли. Взгляд потерял фокус из-за выступивших ручьем слез. Я еще пытался трепыхаться, но это было больно и жалко.
— Хаг, а с ним точно все будет хорошо? — Послышался рядом взволнованный голос Вихры.
— Либо так, либо никак, Ви. Ты же это понимаешь? У него все один шанс, который лежит у тебя в руках. В деревне только бестолковые травники, помочь некому. Сейчас зелье закончит действовать и жить ему останется совсем немного. — С ноткой стали в голосе говорил Хагалбар.
— Но я…
— Смотри, видишь ему уже больно и хуже некуда. Неужели ты не попытаешься? Неужели брат по команде не стоит твоей попытки его спасти? А ведь я не слышал, чтобы он хоть что-то плохое тебе сказал. Так ты платишь за его дружелюбие к тебе? Вспомни сколько раз тебя выгоняли и унижали! А он тебя спас в лесу. И знаешь, когда он рассказывал, что там случилось, он не пытался понравится тебе или как-то корыстно поступить. Он просто спас тебя, хотя многие тебя считают лишним балластом с камнями. Понимаешь, другие люди на его месте бросили бы тебя. Даже Контас. И знаешь, у них было бы хорошее оправдание. Она сама не пошла, а я ей говорил, что зверь обратно придет. И все. — Уже хитроумно давил Хагалбар на чувства и психику Вихры.
— Я не… смогу.
— Пытайся, пока есть шанс, нужно за него цепляться всем чем можно. Верни ему свой долг. Жизнь важнее всего на свете!
— Хорошо. — Решилась Вихра после нескольких секунд напряженного молчанья.
Зато от ее хорошо, стало совсем плохо мне. Не надо, пожалуйста. Хагалбар, сволочь. Ты сволочь. Моральный урод! Об успокоении своей совести ты думаешь, а не о моей жизни! Это же в десятки раз больнее? чем все вместе взятые сейчас травмы.
— Подожди, сейчас принесут зелья и можно начинать.
— …
— Не волнуйся, ты не делаешь ничего плохого.
— Точно?
— Мне ли не знать? — Как же эта фраза меня по больному сердцу резануло, паскуда двуличная!
Скоро принесли искомый ящик, но солдаты даже ничего не сказали в моем присутствии. Хотя рядом в лесу все их сослуживцы во всю гоготали, гоняя клыкачей. Бутылек Хагалбар влили мне сквозь зубы, не давая и шанса пискнуть. Тело начало трясти уже не от боли, а от страха.
— Сначала живот, видишь, как его сводит судорогой. Он успел мне сказать, пока от боли не обезумел. — Какая сердобольная сволочь.
Хагалбар задрал мне броню и рубашку, оголяя живот. Ничего не происходило, но потом как-то нечто чужеродное, совсем нечеловеческое мне на кожу легла небольшая чуть холодная девичья рука. Я начал втягивать живот внутрь, игнорируя всякую боль внутри. Лучше смерть, чем ходить с выжженными мозгами. Я пытался сжаться как можно сильнее, но ладошка неумолимо легла на мой живот. От паники я начал задыхаться, делая большие и глубокие глотки воздуха, чувствовал, как от этого рвал свое левое легкое осколками костей. Глаза перестали различать что-либо заполнившись слезами отчаяния, боли и обиды… Полнейшего бессилия.
Разряд… Это было неописуемо, мышцы по всему телу стянуло и ломанные кости рвали меня изнутри, впиваясь все глубже и глубже. Каждую рану начало жечь огнем. Одна боль не перебивалась другой, не смешивалась в общую, я ощущал все и сразу со всем чувством. Каждый нерв горел, каждая маленькая его ниточка… Но куда страшнее было то, что произойдет дальше. В живот начали втыкаться маленькие иголочки… Одна, другая… Их становилось все больше, и они были все напористее, заходя глубже и глубже. Словно прокалывая клетки организма слой за слоем. А потом они рухнули как лавина… Мой живот словно пропускали через мясорубку, как я был бы рад, если бы меня просто разрубило…
Сознание не меркло от боли, нет оно становилось все более ясным, позволяя чувствовать все ощущения ещё глубже. Нет, нет, нет!!! Кто-то что-то говорил, но я даже отдельных звуков различить не мог. Я не могу, ааа! Сука!
Прилагая просто нечеловеческую волю и силы, я пнул от себя Вихру более-менее здоровой ногой. Резкий переход ощущений поверг меня в еще более шоковое состояние, словно из кипятка в ледяную щелочную воду окунули. Но это уже не имело значения, боль была неимоверной и без разницы сколько ее и как она чувствуется, лишь бы не повторять попытку лечения снова. Я согнулся и ногой ударил Хагалбара куда-то в лицо, но тот был или слишком большим для меня или был готов к этому. Удар ничего не принес. Рука! Там все равно сломана ключица! Я дернул правым плечом, на которое как раз уперся великан. Дернул резко, вкладывая все силы и разрывая поврежденные мышцы. Удача улыбнулась мне, великана повело, и я успел вытащить левую руку и тут же снизу смазано ударил его в челюсть. Хагалбара отбросило и он схватился за рот. Я рывком сел и вытащил кляп, челюсть сводило судороги, но я орал от боли, орал от обиды!