Обещаю тебя забыть (СИ)

Мою руки с мылом и разворачиваюсь к ней. Полотенца на месте тоже не нахожу.
— Пожалуйста, старайся не лить воду во время купания на пол, а после душа вытирай пол. И волосы свои сразу удаляй из слива! — цежу сквозь зубы. — Чтобы не было вот такого, — показываю, обводя пространство вокруг себя рукой.
Ритка беспечно жмет плечами. Она вообще не видит ни в чем проблемы. Ни в забитом сливном отверстии, ни в том, что рано или поздно при таком ежедневном потопе соседи снизу накатают на нас жалобу и потребуют оплатить им ремонт. А меня сейчас бесит настолько, что я еле держусь.
— Уберу, какие проблемы. Переоденусь и вытру.
— Сейчас вытри! И полотенце чистое повесь.
— Вредная ты становишься, — кривит она лицо. А после с философским видом добавляет: — Мужика тебе надо.
— У меня есть мужик!
— Нормального, — поясняет Рита.
— Леша нормальный!
Я стискиваю зубы, чтобы не нагрубить, и ухожу в свою спальню подальше от греха.
Ссориться с подругой не хочу. Мне это невыгодно, да и повод пустяковый, а нам еще жить под одной крышей. Но ее слова задевают что-то внутри, что-то болезненное, словно сковыривают корочку с едва зажившего шрама и он снова начинает кровоточить.
В чем-то Рита права. Мне действительно нужно вплотную заняться своей личной жизнью. Начать почаще встречаться со своим парнем, целоваться, перейти уже на более серьезный уровень отношений.
С Лешей мы познакомились в интернете. Вначале переписывались в соцсетях, потом он предложил встретиться. И все бы ничего, но то ли Лешка нерешительный, то ли мне сложно перешагнуть психологический барьер, но до главного у нас пока так и не дошло. Поцелуи были, разговоры на тему секса тоже, а вот самой близости пока нет. То я работаю, то Лешка занят, то нам негде. Он живет с родителями, у меня дома Ритка и сын. Так и топчемся на месте.
Подруга в курсе, поэтому и подтрунивает, что нормальный мужик давно бы на его месте нашел и квартиру, и время, было бы желание. А когда его нет — начинаются вот такие танцы с бубнами. Хотя, на мой взгляд, Леша просто ведет себя тактично и не хочет торопить события. И в этом для меня его главный плюс. Он не давит. Веди он себя по Риткиному сценарию — я бы давно свернула с ним диалог. А так есть шанс, что рано или поздно ему удастся пробить мою броню.
Я стягиваю с себя узкую юбку-карандаш, снимаю блузку, бюстгальтер. Переодеваюсь в удобную домашнюю пижаму с сердечками.
— Чай будешь? Или есть? — заглядывает Ритка. — Я сегодня фрикадельки готовила и пасту с овощами.
— Чай, — отвечаю на автомате.
Мысли о сегодняшней встрече не идут из головы. Что надо Селезню в нашем городе? Как надолго он тут? Работает ли еще с моим бывшим? И если так — расскажет ли Стасу обо мне?
Сознательная часть меня шепчет, что переживать не о чем. Стас сам хотел разорвать наши отношения. Это была его инициатива, а значит, я ему неинтересна стала уже тогда. Все говорит о том, что мы с ним давно друг другу чужие люди и бояться мне нечего. Он наверняка уже не помнит, как меня зовут, не то что что-то большее. Тогда что меня тревожит?
Ответ очевиден: Ромка. О сыне бывший не знает, в этом я уверена, потому как если бы было наоборот… А что было бы?
Я на секунду задумываюсь, распуская волосы из тугого пучка, массирую кожу головы пальцами, зажмурившись от удовольствия.
Приехал бы Стас, если бы обнаружил, что стал папой? Заявил бы свои права на отцовство?
— Ты идешь? — доносится нетерпеливый голос Ритки из кухни. — Я с облепихой заварила.
— Иду, — отзываюсь негромко и откидываю прочь тревожащие меня мысли.
Глава 3 
Чай с подругой после трудового дня стал у нас традицией. Я рассказываю ей, что у меня случилось за день, она делится своими новостями. Сегодня у нее был обычный скучный день, а вот у меня новость из ряда вон выходящая.
— Охренеть! — тянет Рита, громко отхлебывая напиток.
Берет печенье из вазочки и с хрустом отламывает. — Каким ветром его сюда занесло?
С Ритой мы познакомились после моего расставания со Стасом. Я не скрывала от нее подробности, так что мою историю она знает от а до я.
 
— Бизнес, как я поняла.
— Но ведь это еще ничего не значит? Такие шишки сюда только для заключения договоров приезжают. А тут даже не он, а его зам. Да и вообще ты сама говоришь, что не в курсе, работают они вместе до сих пор или нет.
Рита закидывает в рот кусочек печенья и смачно хрустит им. Смотрит со знанием дела.
Я согласно киваю, помешивая ложечкой чай в кружке. Так-то оно так, только вот неприятное предчувствие никуда не уходит. Кусает, скребет, царапает.
— Ты его так и не простила? — давит на больную мозоль.
— А ты? — поднимаю на нее взгляд. — Ты бы на моем месте простила?
Подруга задумывается, даже жевать перестает. Хмурит брови, отчего на переносице образуется небольшая морщинка.
— Ну если только ради денег. В смысле, не простила, а вернулась бы ради денег, — тянет неуверенно. — И то вряд ли. Предательство — это всегда больно. Потом всю жизнь отравлять будет.
Вот. Даже Ритка, которая ищет не столько любимого, сколько кошелек на ножках, не готова мириться с изменой.
— Так меня никто не просит вернуться. Проблема в другом. Во-первых, я просто не хочу его видеть. Пересекаться. Ни при каких обстоятельствах. Противно. А если у него дела с администрацией города, то они обязательно заглянут к нам на кофеёк. А во-вторых, что будет, если он узнает о Ромке? Как отреагирует на то, что я ему не рассказала? А если решит мстить?
Но подруга меня удивляет. Она беспечно жмет плечами и выдает как ни в чем не бывало:
— Пф-ф, всего-то! Я думала, ты его еще любишь, страдаешь, а тут… Скажи, что родила от Костика, а он тебя бросил. Все равно тот уже уехал, не обидится.
Я зависаю.
Я действительно довольно тесно общалась с Риткиным двоюродным братом во время беременности. Конечно, это была простая дружба, но кто об этом знает, кроме меня, Кости и подруги?
Они тогда снимали квартиру этажом выше. Костик помог мне донести тяжелую сумку, так и понеслось.
Друзей в чужом городе у меня не было, я выбрала этот край спонтанно, поэтому новым знакомствам была только рада. Рита вообще мне стала как сестра за считаные месяцы. Мы тогда быстро сблизились, а спустя пару месяцев подруга по секрету шепнула, что ее брат по уши влюблен в меня и готов стать отцом моему ребенку, когда тот родится. Я вначале подумала, она шутит, отмахнулась, но уже спустя небольшое время ее слова подтвердились. Костя действительно предложил мне руку и сердце.
Обманывать парня я не хотела, как и пользоваться его добротой, поэтому сразу же отвергла. Он, кстати, отнёсся с пониманием, но попыток завоевать меня не оставил.
И даже когда Костику предложили перспективную работу с высокой зарплатой за границей, он не торопился принимать предложение, надеясь, что сможет добиться от меня взаимности и уже тогда по итогу решит — ехать или остаться со мной.
— Ты серьезно? — давлюсь чаем.
— А что такого? Нормальная версия, правдоподобная. По срокам плюс-минус сходится. Вспомни, у нас даже соседи думали, что вы встречаетесь и это его ребенок. Так что в случае чего всегда можешь прикрыться этой версией, а копать глубоко ни один мужик не станет. Надо ему это? Или ты собралась своим недомужиком прикрываться? — снова тыкает в больное место Рита.
— Никем я не собираюсь прикрываться, — огрызаюсь раздраженно. С Лешей у меня еще и отношений толком нет, чтобы им прикрываться. А ведь пора бы уже. Тут Рита права. — И вообще, я устала, пойду спать. Спокойной ночи.
Допиваю остатки чая и ухожу из кухни. Возвращаюсь в спальню. Последняя фраза подруги не выходит из головы. Если мне все же суждено пересечься со Стасом, то лучше, чтобы к этому времени у меня был какой-никакой мужчина. Плечо. Защитник.
Вспоминаю худощавого долговязого Лешу и грустно усмехаюсь. Его, конечно, с большой натяжкой можно назвать защитником, но другого варианта у меня нет, да никто и не говорит, что ему придется вступать в драку. Главное — статус.