Оса со скальпелем (СИ)
Всю дорогу до дома мы шли, держась за руки, словно подростки, но мне, на удивление, это безумно нравилось. Как оказалось, искать нас никто не торопился — ребята начали убирать со стола, и Оля, даже не осознавая этого, потянула меня на помощь, так и не выпустив моей ладони. Я же успел заметить усмешку, с которой Артур на нас смотрел, и, улучив момент, когда девчонки в очередной раз ушли на кухню, поинтересовался.
— Надеюсь, нравоучений не последует? Ольга — вполне взрослая девушка, — говорил вроде бы спокойно, но даже сам ощущал, что взгляд, которым я сверлил хозяина дома, далек от дружелюбного.
— И в мыслях не было, — фыркнул парень, и даже головой покачал, подтверждая свои слова, — я, скорее, удивлен, как долго вы соображали. Я еще в первую встречу с тобой заметил, что наша Оса тебя заинтересовала. Но, как хороший друг, должен предупредить, что обижать её не стоит.
— Сам к тебе приду, если её обижу. Сможешь смело оторвать мне голову, — кивнул, принимая предупреждение. Оно меня даже порадовало, ведь это значило, что рядом с Олей настоящие друзья, которые искренне о ней переживают.
— Добро, — ответил Артур и замолчал, потому что к нам как раз возвращались девушки, а обсуждать подобные вопросы при них нам совсем не хотелось. Для разговоров нашлись и более приятные темы.
Когда время приблизилось к полуночи, как-то дружно решили, что пора идти спать. Наверх мы с Ольгой поднимались вместе, и я даже с расстояния вытянутой руки чувствовал, как она напряжена от такого соседства, поэтому даже и не подумал прикоснуться к ней. Я вовсе не хотел оттолкнуть ее излишней настойчивостью, которая сейчас была совершенно неуместна. Но вот кое-что другое сделать я мог.
— Оль, — позвал её, практически уже открыв дверь в свою комнату, и задал вопрос, который сейчас оказался уместен как никогда, — пойдешь со мной на свидание?
Когда она сдержанно кивнула и поспешно спряталась за своей дверью, я довольно улыбнулся. Кажется, я только что придумал, куда можно сводить мою Осу.
Эпилог
— Оля, прекращай нервничать, мы просто едем в гости к моим родителям, — Кирилл, который заехал за мной полчаса назад, одетый в отглаженную рубашку и новые джинсы, сидел в кресле и ждал, пока я соберусь. При этом смотрел он на меня такими глазами, что мне от стыда хотелось провалиться под землю, но я ничего не могла с собой поделать. Сама мысль о том, что сейчас я должна буду приехать в дом Загорских не просто в гости, в качестве официальной девушки их единственного горячо любимого сына, заставляла меня нервничать.
— Не могу, — посмотрела на него несчастными глазами, в сотый, наверное, раз нервно поправляя ремешок на синем платье в горошек, — а вдруг я не понравлюсь твоей маме?
— Милая, ты абсолютно нелогична, — необидно рассмеялся Кирилл, глядя на меня с удивительной теплотой во взгляде, — ты вырезала моей маме аппендицит, и уже тогда ей понравилась. У нее просто не было шансов против твоего обаяния. Поверь, твое появление станет для нее лучшим подарком.
— Нет уж, дорогой, у твоей мамы день рождения, так что от поездки в магазин ты не отвертишься даже под таким предлогом, — я заметно успокоилась и была готова к любым подвигам, — я уже присмотрела кое-что интересное, так что вперёд, к свершениям!
***
Выбирая подарок Анне Владимировне, мы с Кириллом увлеклись так, что опоздали к назначенному времени, и имениннице даже пришлось лично встречать нас на крыльце.
— Дети, наконец-то вы приехали! Ужин стынет! — поспешила она к нам навстречу, как только мы вошли в ворота. Но, поскольку я шла следом за Киром, мое лицо женщина не разглядела, и тут же затараторила, — Сын, знакомь меня скорее со своей красавицей!
— Здравствуйте, Анна Владимировна, — я опередила своего молодого человека, выступив из-за его спины, чтобы попасть в поле зрения хозяйки дома, и тепло улыбнулась ей, — очень рада вас видеть!
— Оленька? Кирилл, ты почему сразу не сказал, что везешь к нам Олю?! — если в первое мгновение женщина и удивилась, то потом лицо ее стало очень довольным и, повернувшись к дверям в дом, она позвала, — Саша! Саша, иди сюда, посмотри, кто к нам приехал!
Осознание того, что мне действительно рады, согревало, так что я улыбалась, и обнимая Александра Ильича, и заходя вслед за родителями своего мужчины в дом. Кажется, это вечер обещал стать гораздо лучше, чем я себе придумывала...
***
— Загорский, я убью тебя! — вот честно, если бы встретила его хотя бы на пару минут раньше, точно бы треснула, а теперь только смотрела в его честные глаза и думала, за что же на меня такое счастье свалилось, — не хочешь объяснить, почему мне сейчас звонила мама и извинялась, что не сможет завтра приехать в ЗАГС? Что всё это значит?
— У нас завтра свадьба, — пожал плечами этот гад, протягивая в мою сторону свои загребущие руки, но я на эту уловку не попалась, отступая на пару шагов, и он вынужден был объясняться, — вчера у тебя была важная операция, завтра — прием, который никак не отменить, потом случится ещё что-то. Мы уже полгода живём вместе, а ты по-прежнему Баринова. Меня это бесит, так что завтра мы идём менять твою фамилию, любимая!
— То есть если бы не звонок от мамы, я бы об этом счастливом событии в своей жизни узнала уже на пороге ЗАГСа? — прищурилась, пытаясь казаться серьёзной, хотя внутри разливалась щемящая нежность, и ругаться не хотелось совсем.
— Сюрприз, — развел руками Кир, продолжая невинно улыбаться, — долго ты собираешься там стоять? Иди сюда, я соскучился, буду тебя целовать.
Разве я могла отказать себе в этом удовольствии?
***
— Вот теперь я точно тебя убью, Загорский, — первый триместр беременности проходил тяжело, и единственное, что я могла делать, когда не обнимала унитаз, это проклинать Кирилла. В первое время он еще старательно делал вид, что опасается моих угроз, но потом, кажется, совсем привык и неизменно оказывался рядом в самый нужный момент.
— Не убьешь, — подавая мне очередной стакан воды с лимоном, от которой становилось легче, неизменно отвечал он, — ты меня для этого слишком любишь, Загорская.
— Действительно, — от кислого тошнота ненадолго прекращалась, и я сменяла гнев на милость, разглядывая мужа с куда большим дружелюбием, чем он и пользовался. Усаживаясь рядом, Кирилл бережно обнимал меня, клал свои теплые ладони на живот и уговаривал малыша не мучать маму. И всё это казалось мне настолько трогательным, что на глаза наворачивались слезы счастья...
***
— Нормальное имя! Не пойму, что тебе не нравится? — обиженно бурчала я, поглаживая внушительный живот, в котором чувствительно ворочался младший представитель нашего пока ещё небольшого семейства.
— Я, конечно, восхищен твоими познаниями в истории Древней Руси и её внешнеполитических отношений, но сына называть Тамерланом мы не будем! — Кирилл был категоричен, и мне оставалось только надувать губы, хотя его сопротивление меня не очень-то и расстраивало. Тем более что любимый муж старался подсластить эту пилюлю, — давай всё же что-нибудь славянское, родная? Ну там... Всеволод, например...
— Ага, а еще мы можем назвать его Тимофеем, как предложила бабушка Аня, — я прищурилась, всем своим видом давая понять, что не сделаю этого, даже если мне будут угрожать, — или прислушаемся к бабушке Наташе и выберем имя Платон?
— Ну не знаю, мы же в современном мире живем, можем проголосовать за лучший вариант, — предложил Кир, делая вид, что и в самом деле верит в справедливость этого способа.
— А то я тебя не знаю! Если предлагаешь выбирать, значит уже сговорился с Александром Ильичом, — покачала головой, поражаясь находчивости мужа, — мы с мамами опять не договоримся, и с перевесом в один голос победит ваш вариант!
— Так может сразу перейдем к финальной части? — продолжая изображать полнейшую невинность, предложил Кирилл, отпрыгнул от пущенной в него диванной подушки и, выскочив за дверь, засмеялся, заставляя и меня улыбаться...