Плюсик в Чарму (СИ)

Мои пальцы медленно разжимались. А нога становилась на ступеньку ниже…
- Я подумаю, - ответила я, чувствуя, как дрожит сердце. – Мне пора домой… Откройте мне портал, пожалуйста…
Краснея и чувствуя жар, приливающий к щекам, я спускалась по лестнице. Мне было сладко и стыдно одновременно. И маленькая тайна стучалась в мое сердце, но я не хотела ее пускать.
Портал сработал быстро. И меня выбросило в моей комнате. Я делала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.
- Отлично, - послышался знакомый голос позади меня. Я распахнула глаза, видя Филиуса, который спокойно выходил из комнаты Никиты.
- Вы что здесь делаете? – обалдела я, глядя на ректора собственной персоной.
- Я пришел поговорить, - произнес Филиус, как в тот самый первый день нашего знакомства. – Присаживайся…
- Я не давала вам разрешения появляться в моем доме! – насторожено произнесла я, не сводя глаз с белой фигуры.
- Скажем так, я имею право посмотреть, как поживает в мире людей мой сын, - произнес Филиус, скрипнув креслом. – Удивлены? Хорошо, я все объясню. Присаживайтесь.
Я смотрела на его руки, вспоминая, что с магами шутки плохи.
 - Ну… Я жду? – усмехнулся Филиус.- Ты ничего не хочешь мне сказать? Где вопросы: «Ах, как же так?»
Филиус рассматривал свои руки на моем потертом подлокотнике.
- А теперь вопрос. Какого хрена, я тут по слезам соперничала с фонтаном, когда считала бюджет? Где алименты? Ты мог бы оставить деньги? Или дать деньги на подготовку к Академии! Это все-таки твой сын! – возмутилась я, чувствуя, как у меня по ноге ползет Блу.
К папе «полярнику», «космонавту» и «разведчику» присоединился папа «ректор».
- Я подумал и решил, что сыну будет намного лучше жить с отцом, - произнес Филиус. Я застыла на месте. – Подумай сама. Что ты можешь дать талантливому чародею? Ничего. А я могу дать ему все. Он будет жить в магическом мире.
- Нет! – я резко встала, едва удержав рукой Блу, которая уселась мне на плечо. – Я не отдам тебе ребенка!
- Подумай. Ты еще молодая. Зачем тебе ребенок сестры? Ты еще можешь устроить свою личную жизнь. Поверь, мужчины не любят чужих детей. И это – факт. Не знаю, как в вашем мире, но в магическом это не приветствуется, - поднял брови ректор.
- Овощ в помощь. То есть хрен тебе, - процедила я, указывая на то место, где обычно открывается портал.  Однажды я заведу котенка. И буду тыкать его точно так же.
- Хорошо, у меня есть встречное предложение. Я ценю твою привязанность к Никатосу, поэтому предлагаю выйти за меня замуж. Таким образом, у Никатоса будет и тетя, и отец, - Филиус посмотрел на меня красивыми глазами.
Я уже прикидывала, в какой из них плюнуть. В правый или левый!
«Сделай это ради ребенка!», - шептала добрая тетя.
«Да-да, соглашайся. Главное шлепнуть мужа так, чтобы все знакомые и суд назвал тебя бедной, несчастной вдовой, а не мерзкой отвратительной убийцей!», - язвила злая тетка.
«Понимаю, но многие живут вместе ради ребенка! Ну и что, что брак без любви?», - вздыхала добрая тетя.
«Сначала плачешь у обычной плиты. А потом у могильной!», - потирала ручки злая тетка.
- Я не согласна. Я являюсь официальным опекуном ребенка. По документам! – настаивала я. – Никатос – мой ребенок! И воскресный папа нам не нужен!
- Знаешь, если бы ты жила в мире магии, то понимала бы одну простую вещь. У нас ценится сила. И то, что Никатос проявил способности и силу, делает его достойным быть моим сыном, - спокойно произнес Филиус.
Тоже мне, ректор – эректор! Подожду, когда ребенок вырастет, а потом такой: «Ник, я твой отец!».
- А если бы не проявил, то «иди отсюда, мальчик, не мешай»? – спросила я, прикидывая, сколько весит ректор. И смогу ли я утащить его труп по ступенькам вниз. Принципиально буду тянуть за ноги. Чтобы почаще бился головой.
- Ну зачем же так? - послышался миролюбивый голос ректора. – Я предложил вариант, который устроил бы всех. Но ответ требую немедленно.
- А если я откажусь? – сощурилась я.
- Бедный мальчик рос в каморке, - покачал головой Филиус, кивнув на комнату Никиты. – Просто в нечеловеческих условиях!
 
- Там восемь метров квадратных! – огрызнулась я, глядя на фото племянника.
-  Одевался в обноски, - Филиус достал тряпку. – Потому что злая тетка мстила ему за то, что ее не взяли учиться в Академию Магии. Тетка патологически ненавидит магию и магов. Поэтому была против обучения мальчика в Академии. Этот факт у меня тоже зафиксирован.
- Это – половая тряпка! – смотрела я на старую футболку Никиты в руках Филиуса.
- Мальчик недоедал. Злая тетка морила его голодом, - продолжал Филиус, улыбаясь странной улыбкой.
- Ага, и пытала, заставляя есть суп с хлебушком! – процедила я, сжав кулаки от бессилия.
- Если ты отказываешься, тут через минуту будет ювенальная магическая юстиция. Они оценят условия проживания. И сделают соответствующие выводы,- вздохнул Филиус, стряхивая с белой мантии пылинки. – И тогда ты никогда не увидишь Никатоса. А ему я скажу, что тетя отказалась от него. Вот документ, который она подписала.
- Раньше тебе было плевать, в каких условиях живет Никита! Ты палец о палец не ударил! – кричала я на радость соседям.
- Это было раньше. Но сейчас я уверен, что в Никатосе есть потенциал. Из него получится отличный маг, - убеждали меня, осматривая потолок.  – Так что у тебя есть выбор. Либо ты становишься моей женой.
 На столик легла бархатная коробочка.
- Либо просто подписываешь эти бумаги, - ректор показал мне стопку бумаг, но на стол упал один единственный лист. – Либо сюда приходит комиссия. И тогда у тебя не будет даже права видеться с племянником. Выбирай.
Я смотрела на коробочку и бумаги. Вечный брачный договор или договор отказа от ребенка. Сердце дрогнуло. Попа сжалась.
- Значит, все это было не просто так? – спросила я, глядя в бесстыжие глаза отца мальчика.
- О чем ты? – вежливо улыбнулся Филиус.
- Феи, пропажа и так далее, - продолжала я, негодуя.
- Можно я не буду отвечать на этот вопрос. Просто ответ слишком очевиден. Как говорят? Магия раскрывается в полной мере в критических условиях. Так что иногда эти условия появляются сами, - Филиус смотрел на бархатную коробку. – А иногда их приходится создавать.
- Вон отсюда, - выдохнула я, ткнув пальцем на двери.
- А если я скажу, что ты мне нравишься? – спросил Филиус. – Очень нравишься? Больше, чем ты думаешь? Не смотря на то, что ты даже немаг…  Это как-то повлияет на твой выбор?
- Сейчас я выбираю, либо проломить тебе голову стулом. Либо спустить с лестницы, - воинственно выдала я, понимая, что оба варианта очень хороши! Так меня не соблазняло даже пирожное после шести!
-  Я – биологический отец. Ты – просто опекун. Как ты думаешь? Кто имеет больше прав на ребенка? – спросил Филиус, намекая на столик. – Тем более, что у меня есть свидетель. Скажем так, благодаря ему, я был немного в курсе происходящего.
- Да! – послышался голос из туалета. – Я готов свидетельствовать о том, что это – жестокая и бессердечная женщина! Которая разбила мне седельце!
Блу сползла с меня и поползла в сторону ректора. Она ловко взобралась по его штанине и устроилась у него на коленях.
- Прелестно, - заметил Филиус, пока голубая предательница терлась об него и норовила забраться под мантию.
 В моих руках был увесистых томик похождений одной кобелирующей личности. Не смотря на то, что  предпоследней главе «бобик сдох», а в последней почти отвалился, я была настроена решительно.
 Однажды меня спросят: «Какая ваша самая любимая книга?». И я с улыбкой отвечу: «Вот эта! Я проломила ею голову одному нехорошему человеку!». Я яростно бросилась на ректора.
 
- Ай! – внезапно закричала я, сворачиваясь в дугу. Такое чувство, что это заклинание называется заклинанием поноса. Мамочки! Что это?
- На днях вышел закон, которые разрешает применение заклинаний в мире магов, в качестве необходимой самообороны, - заметил Филиус.- А теперь подписывай документ. Любой.