Гончарное дело попаданки или Кирпич на вашу голову (СИ)

Я потеряла ребёнка. Моя жизнь стала бессмысленной. Я хотела умереть… Лекарь, который всё это время лечил мои травмы, сказал, что я не смогу иметь детей…
Тогда я ещё не догадывалась, что Ричард одержим. Что он принял тьму и скоро должен был потерять последний человеческий облик.
В то время Алан Райхорт мстил всем, кто был повинен в смерти его родных, и Ричард был в этом замешан. Герцог ворвался в наш замок, перебил всех гвардейцев, уничтожил тёмных, которые скрывались в подвалах. Я поняла, что для меня это шанс отомстить. Уничтожить того, кто лишил меня всего.
  
Когда Ричард внезапно напал на герцога, я увидела в этом шанс. Не знаю, откуда силы взялись — я напрыгнула на Ричарда со спины и вонзила нож в шею. Это было прекрасное мгновение. Впервые мне не было страшно. Герцог к тому времени был ранен — он молча наблюдал, как я творю свою месть. Потом я упала перед Его светлостью на колени, отдавая свою жизнь на его волю.
В то время я почти потеряла человеческий облик. Избитая, изломанная, сумасшедшая... Он завернул меня в плед и унёс из полыхающего замка. Я стала служить Райхорту. Он поклялся хранить мою тайну. Для всего мира меня не было в замке, когда герцог творил свою месть.
Его Светлость дал мне кров и защиту. Я буду вечно благодарна ему за то, что он вытащил меня из того ужаса, в котором я жила. А он считает, что я спасла его, перетянув на время внимание Ричарда на себя. Мы слышали слухи, которые ходят по землям герцога — о нас. Но не считали нужным их оспаривать. Это защищало меня от внимания самцов. Как ты понимаешь, я… не могу терпеть прикосновения мужчин.
Имара подняла лицо, посмотрела мне в глаза, дотронулась до моей руки, которой я всё ещё держалась за её плечо.
— Теперь ты вправе выгнать меня, Альрина. Я грязная, проклятая. Мне нельзя быть рядом с детьми. Я… — её голос сорвался.
— Имара, — я просто притянула её к себе и обняла.
Тело девушки, напряжённое как струна, медленно расслаблялось. Потом я почувствовала, что она плачет — и не выдержала сама. Бедная девочка, сколько боли и ужаса… Но она не сломалась. Живёт — всем назло.
— Ты сильная, умная, прекрасная. Я восхищаюсь твоей выдержкой и силой воли. Ты не виновата в том, что с тобой произошло! Виноваты звери в обличии разумных! Я горжусь, что ты рядом со мной, твоя помощь бесценна для меня. А детям нужны твоя любовь и ласка.
Наревелись мы всласть, обнялись и рыдали. Я успокаивала Имару, говоря, что всё будет теперь хорошо. Никто не посмеет её обидеть тут, на моей земле. И пошли эти мужики в задницу…
В конце концов так мы и заснули на диване, укутанные пледом, в обнимку.
А утром земля содрогнулась…
Я соскочила с дивана, чуть не стянув на пол за пледом и вскрикнувшую Имару.
Тепло тут же растянулось на всё поместье, показывая, что со стороны леса к забору выходят чёрные кляксы. Тёмные тут? Мне кажется, Хорт поторопился насчёт безопасности моего поместья.
— Альрина? — домоправительница стоит рядом, напряжённая, собранная. Ни одного намёка на вчерашнюю слабость. — Что происходит?
— Это тёмные твари, земля предупреждает, — сказала я, мысленно отправляя к месту появления чёрных своих големов-защитников.
Но не тут-то было: с другой стороны парадного входа тоже пошли чёрные кляксы, половину защитников отослала туда. Да это же настоящее нападение!
— Имара, собирай всех вместе, идите в подвал к накопителю, закрывайте дверь и ни в коем случае никому не открывайте.
— А ты? Альрина!
— Делай, что тебе говорят, — в библиотеку ворвался полуодетый Хорт.
Имара сразу перестала протестовать, поклонилась и понеслась в сторону выхода.
Мы с герцогом переглянулись.
— Что это может значить? Ты чувствуешь, они идут с двух сторон.
— Я не знаю, — покачал головой Хорт. — Где больше скоплений?
— Из леса, — сказала я.
— Я иду туда, Альрина, ты… ааа! — герцог что есть силы ударил в стену. — Я не могу рисковать тобой! Ведь хотел ещё вчера послать вестника, чтобы Пай ехал сюда!
— Тебе придётся довериться мне, — сказала я без усмешки.
Мне было до чёртиков страшно, но дети, прислуга — я не могу допустить, чтобы кто-то пострадал, если могу это предотвратить.
— Я иду в сторону леса, Альрина, попробуй не выходить из дома, направляй големов.
— Я попробую, — кивнула.
Алан быстро оказался рядом, жарко поцеловал меня, так что закружилась голова, и, пока я приходила в себя, он уже ушёл. А я побежала к собравшимся домашним. Хорошо, что так и не расселила всех по домикам — все жили вместе.
— Спускайтесь в подвал. Ронья, захватите еды и воды. Ранир, мы проговаривали с тобой план действия, если никто не придёт в течение суток.
— Будет сделано, госпожа, — тут же кивнул конюх.
— Я хочу помогать! — Тревор бледный, с дрожащими губами посмотрел на меня.
— Дорогой, ты ещё не сдал экзамен, чтобы стать воином, так что спускайся в подвал и позаботься о сестре.
Мальчик словно с облегчением кивнул мне и схватил Мирию за руку.
— Тётенька, — девчонка готова была разрыдаться.
— Малышка, будь сильной, присмотри за братом, я на тебя надеюсь.
Девочка с неохотой кивнула.
В общем, пока твари преодолели калитку, все домашние были спрятаны за надёжной дверью, а я, выдохнув, открыла дверь на улицу. Я видела, что Хорт уже схватился с чёрными, его магию ни с чем не спутаешь. Пахло дымом, калёным железом, главное — чтобы он не пострадал. Я поняла, что этот мужчина важен для меня.
Все эти позывы плоти, флирт — прекрасно, но, если нет понимания, уважения, терпения, нормальный брак невозможен. Одной страстью сыт не будешь. Хорт показал, что он достоин быть моим мужем, быть тем, на кого я могу положиться. Тем более колючке нравится…
Солнце уже встало, утренняя прохлада тут же довела меня до мурашек, а может быть, это был страх. Когда видишь чёрные фигуры возле своего дома, которые безмолвно идут на тебя, тут не то что мурашками — тут броней покроешься. Колючка довольно рыкнула, подтверждая, что броня — это хорошая идея.
Големы вылезли из травы и медленно наступали на чёрные фигуры, я послала даже увечных — всё лучше, чем ничего. Вот когда начнёшь проклинать свою лень и беспечность.
— А ты негостеприимна, Альрина, — услышала я голос, который думала больше никогда не услышу.
— Джулиан! — я сделала шаг назад.
— Ты ещё помнишь меня, моя крошка, — Джулиан ласково улыбнулся, — а сейчас будь хорошей девочкой и просто отзови своих чучелок, нужно уметь встречать гостей.
Колючка внутри меня недовольно заворчала, тепло стало собираться вокруг меня золотистым хороводом.
— Гости не приходят без приглашения, — дрогнувшим голосом сказала я.
— Хватит с ней болтать, эмиссар будет зол, если мы опоздаем, время, Джулиан, пока твой братец занят, нужно схватить девчонку, лучшей жертвы не найдём, — рядом появилась ещё одна чёрная фигура — барон Мигл собственной персоной.
Стоило им сделать шаг вперёд, как я скомандовала защитникам атаковать.
Разница с простыми пешками и воинами очень огромна: по сравнению с изменённым Михой эти люди двигались быстро и умело обходили моих защитников. Я прикрыла глаза и атаковала магией — всё те же острые шипы, которыми пыталась проткнуть мечущихся по двору пришельцев, образовавшиеся дыры в земле, через которые они ловко перепрыгивали.
— Сила тьмы с нами! — рыкнул Мигл и, словно таран, пробил одного из защитников.
Да, они уже не были людьми, но и тёмными тварями не переродились. Тьма наградила их силой, и справиться с ними мне даже на своей земле было тяжело. Пятерых из нападающих я успела присыпать землёй, проткнула ногу Миглу, чуть не снесла голову Джулиану, но их всё ещё было много. А ещё что-то не давало мне покоя — нечто, что я сейчас в пылу битвы не могла проанализировать.
  
И я ещё страдала от скуки! Мамочки! Лучше тарелки лепить да придумывать дизайн для визуализации новинки, чем вот это вот всё. Хорт, где ты?! Я не воин!
Я создала стену, которую Мигл пробил, довольно ухмыльнулся: