Чернильные стрелы (СИ)

– Откуда они тут взялись, что и в Лейно никто не знает – пробормотал Гормо. – Рядом же совсем.
– Меня, кластаро Нерго, много чего удивляет в этой ерунде. Мои мальчики как один говорят, что чаща тут пустая – ни зверья, ни птиц почти. Что эти уроды жрут-то? Но на деревни ведь не нападают, иначе разговоры были бы.
Подошел майор синего эскадрона, извинился за вторжение и что-то на ухо сказал Ультеро. «Разрешаю», – ответил тот и снова повернулся к негласным.
– А еще люди полковника нашли последнюю стоянку наших беглецов. Там был труп лошади, обычный для торопящихся путешественников мусор и прикопанная сумка. Посмотрите, Гормо, Вам будет интересно.
Снулый советник подвинул лейнцу большую переметную суму. Кластаро Нерго заглянул внутрь и обалдел.
Золота там хватило бы на жизнь, полную излишеств. Да таких, что и с самой жизнью не совместимы.
– Хорошо вы напугали егерей, Гормо, – усмехнулся Шмарсси. – Они даже прощупать что там внутри, не пытались.
– Что же у них тогда с собой, что они бросили все вот это? – все еще не до конца придя в себя пробормотал кластаро.
– А вот это – разговор отдельный, но, боюсь, что не с Вами, – жестко ответил черный. – Извините, но тут закрутился такой узел, что не по Вашим рукам его распутывать. И поверьте мне, Гормо, я бы дорого дал за то, чтобы и своими не касаться. Полковник, и не надо пытаться гадать и задавать наводящие вопросы. Все кончено. Завтра утром возвращаемся – егеря к себе, мы с Гормо в Лейно. По пути пытаемся выяснить судьбу пропавших. Этот лейтенант-лонча сказал, что серые явно сбивали вас с пути, есть надежда, что остальные просто заблудились.
– Но слабая, – мрачно сказал полковник.
– Слабая, – согласился вастер Шмарсси. – Но хоть какая-то. Здесь нам делать в любом случае больше нечего. Или Вы, Прайло, еще что-то имеете сказать?
Советник сначала отрицательно покачал головой, но все же спросил:
– А седла были там, где сумку нашли?
– Не видели… – задумчиво сказал вастер Шмарсси. – А должно быть?
– Зачем лошадь без седла? А при них на переправе не было ведь ничего такого?
Гормо признал, что седла у беглецов он не приметил, а не увидеть его было бы определенно невозможно. Полковник кликнул адъютанта, велев перерыть все вокруг, но найти искомое.
– Да, надо ли говорить, господа, что все произошедшее не то чтобы секретно, но распространение сведений о перипетиях этого похода Черный стол не порадуют? – задал риторический вопрос Шмарсси. – Вот и славненько. Ультеро, организуйте мне горячую пищу. Мой советник – человек исключительных талантов, но кулинарными его Творец обделил совсем.
Кайло Шмарсси, начальник Черного стола Негласного кабинета. 
Выбить карету в Лейно не удалось. Нерго был и не против отдать столичным гостям все, что те пожелают, но тот экипаж, который присылали за Кайло недавно, числился городской собственностью. Клерки в магистрате бледнели, дрожали, но никто так и не взял на себя ответственность за разбазаривание имущества в виде кареты. Даже для пользы самого вастера Шмарсси.
Черный уедет, а за дорогой экипаж потом кто-нибудь да спросит. Под конец года, когда круги на болотистой водице, вызванные приездом столичной знаменитости, завязнут в тине повседневных забот – настойчивая просьба вастера уже не будет выглядеть в глазах начальства достаточным оправданием. Шмарсси далеко, он уже не страшен.
Удивительно, но даже заводных коней не срослось выбить! Прайло ехал на своей кобылке, а господину начальнику всех черных уже хотелось начать какое-нибудь расследование, непременно бы завершившееся установлением несомненной вины всех старейшин Лейно. Только тогда нашлась хотя и крепенькая, но все равно кляча грязно-бурой масти, изъятая за долги по податям у спившегося купчишки.
Западный тракт давно вывел господ негласных в Шессотэ. В столицу провинции они рассчитывали въехать дня через два. Как меланхолично заметил Варконне, все, что было в их силах, они сделали: беглецов упустили, сокола с подробным отчетом послали, даже выбили денег на вознаграждение егерей, обещанное тем Гормо Нерго. Куда торопиться? Нет, конечно, плестись со скоростью беззаботного гуртовщика не следовало, но и загонять лошадей незачем. Подумав, вастер Шмарсси был вынужден согласиться с аргументами своего советника. Сначала-то он хотел рвануть в Лиссано во всю прыть, но в самом деле: раньше прибудешь – больше неприятных вопросов зададут. Даже у Кайло Шмарсси есть начальство.
 
– А почему мы уверены, что там все же было завещание Клейдарда? – вдруг спросил он Прайло.
– Потому что Вы так сказали? – невозмутимо ответил тот.
– Прайло!
Советник улыбнулся.
– Это логичное объяснение, шеф, – пояснил он, довольный своей шуткой. – Я бы не понял этого просто потому, что мало знал об этом в принципе. После же Вашего рассказа полагаю, что многое объясняется. В том числе и гора золота, брошенная Вагнером и его подельником.
Да уж, столько королей сразу, и не только королей, но и крупных монет иных стран, не каждый день увидишь, если только ты не казначей в столичном арсенале. Варконне оказался прав и с этим седлом: нашли его, закопанное еще глубже. Обычный результат работы безвестного шорника. Советник снова удивил всех, распоров шов, который с виду никогда не трогали.
Опять же — золото! Варконне безапелляционно заявил, что седло это принадлежало витаньери, егеря его поддержали: тут и потертость от ножен справа, и вообще подобные вещи делали на юге, в том числе и в наемническом раю – в Дельте. Увы, но больше никаких зацепок не было.
– Не нравится мне, что слишком легко мы пришли к этому выводу, – проворчал вастер Шмарсси.
– Это как раз объяснимо. Вы, шеф, сами того не понимая, подбираете своих людей по своему подобию. И мы все, так или иначе, мыслим схожим образом. Как Вы.
– То есть Вы хотите сказать, что являетесь копией меня?
– Я наблюдательнее.
– Совсем скромность потерял!
– Не без этого, – важно кивнул советник. – Но все же в этом и наша сила, и наша слабость.
– Поясните.
Мысль была новая, в этом аспекте свое ведомство Кайло еще не рассматривал.
– Охотно. Черный стол сейчас представляет из себя сборище странствующих аналитиков. Ваши агенты, шеф, конечно, все разные, но прежде всего, будут рассматривать любую проблему с позиции прямой логики. Любой из нас разложит ее на составляющие, осмыслит каждый момент отдельно и в связи с остальными, снова соберет части воедино и сделает окончательный вывод. Так уж случилось, что Вы сами собрали такую команду.
– И где же тут слабость?
– В силе. Сейчас объясню! – повысил, хотя и вежливо, голос Варконне, заметив, что начальство собирается перебить его. – Если случится что-то выходящее за рамки обычного, никто из Ваших людей не будет способен быстро отреагировать. Там, где хоть один элемент предстанет чем-то необычным, выходящим за пределы обычных знаний, мы либо останемся без ответа, либо ошибемся. И даже не поймем этого, что еще хуже.
– И как это исправить? – ошарашено спросил вастер Шмарсси.
– Не знаю, шеф. Я же тоже скучный логик и всегда буду искать разумное объяснение там, где стоит поверить в чудо и оттолкнуться от этой веры. Заметьте – среди Ваших подчиненных нет ни одного мага.
– Это как раз неудивительно, попробуй замани стоящего специалиста на службу короне.
– Я не про специалистов. У нас в нашем Столе нет ни одного хоть сколько-нибудь одаренного, наделенного хотя бы крохотной искоркой таланта к Тонкому искусству. Как нет и фантазеров, мечтателей, романтиков. Я не говорю, что они нам нужны, но учитывать это следует.
Вастер какое-то время молчал, но не преминул заметить:
– Слишком сложно рассуждаете.
– Может, и так, – опять согласился советник.
Кайло Шмарсси вздохнул.
Лошади мерно взбивали дорожную пыль, небо затянуло хмарью, и за это стоило благодарить Творца. Шессотэ – край бесконечных нив, здесь не укрыться от палящего солнца, если день выдастся жарким.