Доля Пути: Лето (СИ)
— Тогда, пусть Далер наколдует ещё один "фонарик", — сказал я, глядя на Баходира. — Мы так ноги переломаем.
Антон только начал переводить, но лидер его не стал слушать и что-то сказал Далеру. Колдун огрызнулся, ведьмак повторил настойчивее и, через десяток секунд, над нами зажглось второе колдовское "солнце".
Дальше шли без остановок и молча. Передвигались мы действительно быстро и за два часа отмахали километров пятнадцать. Я испытывал странные ощущения. Казалось, должно быть жутко — идти в ночной степи, в кровавом свете колдовского "фонаря", зная, что рядом ошивается толпа нежити... Но, глядя на лица людей рядом, прислушиваясь к себе, я не мог отделаться от мысли, что мы будто в туристическом походе. — Все сосредоточены, но только на том, чтобы не ступить ногой в сурочью нору или не зацепиться за куст степной колючки. Никто не оглядывается со страхом, не выказывает нервного напряжения. — Чувство охраняет нас от внезапного нападения, да ещё ведьмак с колдуном явно как-то "сканируют" местность вокруг — я постоянно ощущаю от них "волны" применения Знаний.
Когда ночной мрак стал сменяться предрассветными сумерками, Баходир скомандовал привал. Все попили воды, проверили снаряжение. Около получаса просто ждали, усевшись прямо на землю. Антон развеял какой-то порошёк, сказав, что змей и насекомых можно не опасаться. Горизонт, который здесь ничего не загораживало, начал светлеть и нам стал открываться окружающий нас пейзаж. — Ровная, как стол, степь, похожая на ту, что рассекал Путь в моём видении. Редкие кустики степной колючки, глина в перемешку с песком и расплывающиеся в дымке холмы предгорья — далеко на юге.
Привал мы сделали на склоне пологой возвышенности, площадью с четверть футбольного поля, которая как атолл в океане — слегка выдавалась среди степного "моря". Баходир, Женя и Умар уже лежали на гребне этого недохолма и вглядывались куда-то на юг.
Дальше, мы немного перестроились. — Все кметы, включая Руслана, и ведьмак растянулись цепью и пошли вперёд. За ними, на расстоянии метров тридцати, двигались стихийник и колдун, а жрец присоединился к нашей группе, которая отстала ещё метров на двадцать. Когда мы оказались на возвышенности, я увидел, что с этой стороны местность существенно понижается. Вдалеке, земля почему-то приобрела более тёмный оттенок, а справа виднеются какие-то строения. Мы равнялись на скорость головной группы, поэтому шли не спеша и приблизились к тёмной полоске земли минут через пятнадцать.
Участок грунта, метров сто в ширину и непонятно сколько вглубь, был... Перекопан? Тут и там, на нём громоздились целые кучи земли и это "поле" уходило вперёд и вправо — к группе глиняных домов или сараев. Отсюда, пока, было не разобрать.
«Кладбище», — дошла до меня мысль. — Запоздалая, так как прямо из "вскопанной" земли поднялся... Не, ну если это не зомбак, то я тогда не знаю. — Тело и голова цвета чуть светлее земли, из которой он восстал. Какие-то обрывки, не то одежды, не то мусора, свисают с плеч и рук. Когда он встряхнулся и с него посыпался песок и глина, я понял — это, мать его, кощей-голем. Земля, погребальная одежда, ещё чёрт знает что, за долгие века, смешались с разлагающейся плотью и солью, которой богата местная почва. Всё это заменило неживому тело, каркасом которого выступал скелет. А глубоко в провалах пустых глазниц зловеще горели багровые огоньки. Ма-а-ать!
Нежить шагнул вперёд. Никаких подволакиваний ног или дёрганных движений — двигался он плавно, но механически, как робот и похоже, неплохо владел своим "телом". А затем, за первым некроголемом, начали подниматься другие... Десятка два его "клонов" выкапывались из земли.
Ведьмак что-то крикнул. Колдун быстро стал чертить какие-то каракули на земле, бормоча речитатив. Кметы растянулись пошире и вынули оружие — "близнецы" держали ещё свои ножны обратным хватом. Стихийник раскинул руки и его силуэт окружило горячее марево. Жрец вытащил свою книгу, не раскрывая поднял над собой и еле слышно что-то запел. Кожаная обложка книги начала испускать лёгкое голубоватое свечение. Мы, с Антоном и Машей, стояли статистами, не зная, что делать — только и успели что напрячься — я, будто в лихорадке, мысленно приготовился изображать доли, Антон вытащил оба своих ножа, а Маша что-то зашептал в кулак, который достала из кармана.
Големы не торопились нападать, они... выстраивались?!?... в две неравные линии.
Колдун, видимо, закончил и ткнул тупым концом своего копья-посоха в центр рисунка, который мигнул багровым и над ним стала сгущаться алая дымка. Далер погрузил в неё свободную руку и четыре раза взмахнул ею, указывая на бойцов впереди — четыре "кровавые ленты» устремились к нашим воинам, растворяясь в них. Сие действо крайне возбудило нежить, строй которой колыхнулся и големы пошли вперёд. Жути нагоняло то, что кроме топота, других звуков мертвяки не издавали. Хорошо хоть от них не смердело — чему там смердеть? — Кости, прах, глина и песок.
На первых шагах нежити, закончил свою короткую песнь и жрец — над ним образовалось мерцающее голубым облако, которое поплыло вперёд и опустилось на вражеский строй, аккурат за пару мгновений до того, как наши кметы нанесли свой удар. Нежить, которая шагала довольно бодро, замедлилась, будто преодолевая реку вброд. А кметы...
Мне рассказывал Наставник, пытался объяснить Антон, я сам пытался представить это не раз, но тут, как говорится, лучше разок увидеть.
Фигуры и оружие кметов окутало лазурное свечение. Никаких размытых в пространстве рывков или рук-пропеллеров... Просто, они не останавливались ни на мгновение. Все их движения выстраивались в одно сплошное, без единой заминки. И всё это — на немыслимых, для человеческого мозга, скоростях. Будто Сила, а точнее Умение вело их руки, ноги и тела. Чтобы отсечь, в случае Руслана переломать, некроголему руги, ноги и голову, им требовалось секунды три-четыре. Руки тех мертвяков, которые успевали дотянуться до кмета, будто соскальзывали.
Цвет Силы ведьмака, как и у всех ведунов, был зелёный. Немного уступая в скорости кметам, всё же именно он наносил основной урон. Его длинные изогнутые ножи кромсали нежить не хуже сабель, а раз в несколько секунд, с клинков срывались зеленоватые призрачные блики, которые рассекали големов пополам. Его силуэт всё время, расплывался, отчего мертвяки, будто впадали в ступор.
«Будто теряют его», — показалось мне.
Евгений, периодически, выкрикивал имя одного из передней четверки и добавлял слово, видимо, сторону. Когда воин резко смещался, стихийник совершал пасс рукой и, в освободившемся промежутке, воздух мгновенно начинал аж дрожать от жара, отчего части тел нежити плавились и рассыпались пеплом.
Вообще название «стихийники» очень условно. Огонь, вода, воздух и земля — классические первостихии — не подвластны никому, ибо являются творениями Его. Поэтому стихийники именно служат стихиям, за что Те позволяют им управлять, так сказать, своими производными. Жар, холод, ветер и притяжение — в свою очередь, имеют множество проявлений. Например, Евгений мог использовать угольки, вроде моих искр, и пепел, остающийся от нежити — оба элемента облепливали мертвяков, буквально "пожирая" их.
Весь бой занял около минуты — наша "балластная" тройка даже сообразить не успела, чем помочь. Алые "ленты" колдуна превратили наших воинов в цель номер один для нежити, которая весь бой толпилась вокруг ведьмака и кметов, не обращая на остальной рейд внимания. Когда последний неживой сложился кучей обрубков, четверка бойцов продвинулась вперёд, а колдун и жрец подбежали к недавнему месту схватки. Жрец что-то крикнул нам.
— Доставайте баулы, — сказал нам Антон и тоже пошёл вперёд.
У машин, каждый из нас получил по крепкому брезентовому мешку на лямке, куда сейчас колдун, жрец и присоединившийся к ним Антон складывали черепа, с которых сошла вся псевдоплоть. Собирали в мешки Антона и Маши. Я попытался было развернуть свой, но жрец замотал головой и что-то сказал.