Доля Пути: Лето (СИ)
Я не впервые применяю Слово на людях — Антон согласился побыть объектом — но не могу избавиться от чувства диссонанса. Я ведь даже не знаю, как по-настоящему звучит Слово — в мироздании нет существа, которое помнило бы звучание Речи Первых. Я, как это ощущается, произношу и слышу слово из моего языка, подходящее ситуации. Но моя Воля, впитавшая доли, из которых состоит Слово, "знает" и "воспроизводит" его суть. Н-д-а-а-а, я даже себе не могу этого толком объяснить.
Я метнулся к хозяину квартиры и повторил долю «Омрак» — ещё один "соня" оказался на полу. Прикрыл входную дверь, убедившись, что на лестничной площадке никого нет. Быстро прошёл к двери в дальнюю комнату. Остановился. Теперь, главное — спешить, не торопясь. Поправил на боку небольшую сумку, ремень которой пересекал мои грудь и спину. Там, у меня лежал камень духа, очень не понравившийся До́мнику — теперь вот повсюду ношу с собой; пара склянок от Антона; мой нож, с которым я не расставался даже на пробежке, для чего имелись ножны скрытого ношения; и прочее, вроде денег, карты, носового платка...
Резко толкнув прикрытую дверь, я сделал два быстрых шага в полумрак комнаты и остановился перед детской кроватью, на которой лежал мальчишка лет пяти и ревел, держась за голову. На моей ладони зажглось «Око света» и поднялось под потолок. Комнату озарил приглушённый свет, проникающий в каждый уголок и от которого предметы не отбрасывали тень.
«Око» ещё только поднималось, а я уже увидел призрачную, полупрозрачную фигуру, постоянно расплывающуюся и возвращающую себе чёткость. Она парила в метре над ребёнком.
Кикимора.
Некогда слабая нечисть, теперь уже — "откормившийся" на людских страданиях бес, даже принявший некое подобие фигуры. — Что-то среднее между огромной крысой, человеческим ребёнком и натуральным чёртом, какими их описывал Гоголь.
Дух, попавший под свет «Ока», резко дёрнулся и, как от огня, шарахнулся в сторону зашторенного окна. Вязь из долей «Место» и «Омут» настигла беса и закрутила его в медленном матово-сером круговороте. Благо, чтобы связать всего две доли мне требуется пара секунд, а начал я сразу после того, как «Око» отправилось под потолок. Кстати, именно свет «Ока» проявил, как бы материализовал беса, позволяя остальным долям воздействовать на него.
Я мог задержать беса ненадолго или развеять, лишив его псевдожизни. Но не до конца оформившаяся мысль заставила выбрать третий вариант.
— До́мник! Явись передо мной! — сказал я негромко, но твёрдо.
От правой стены отделилась тень и проявилась в домового, который почти сразу перевёл вопрошающий взгляд с меня на «Омут», в котором метался изнывающий от Света бес. Огромные глаза домового налились праведным гневом, меняя цвет с жёлтого на почти красный.
— Схвати беса и заставь его влезть сюда, — приказал я, протягивая вперёд камень духа.
Секунду До́мник, будто сомневался, затем подплыл к «Омуту», который я тут же "отозвал". Бес даже тенденцию к побегу не успел обозначить, как длинные ручищи домового впились в него, отчего "тело" беса приобрело сразу несколько оттенков багрового.
Я притянул «Око» и связал его с долей «Тупь», и когда До́мник буквально впихнул беса в камень, впечатал Вязь сверху. Камень мигнул призрачным светом и поменял окрас с чёрного на болотно-зелёный.
«Вот и пригодился камушек»
Я облегчённо выдохнул, завернул его в платок и убрал обратно в сумку. Доля «Тупь» — одна из манипуляций пространством. Может работать и как скрыт, и как мо́рок, и как лабиринт, из которого нет выхода. Я не духолов, как Антон, поэтому "закрыл" беса в камне, как умею.
— Почему не ведаешь, что в доме делается? — грозно глянул я на До́мника.
Домовой распахнул вновь пожелтевшие глаза, которые наполнились чувством вины и обиды.
— Бес. Мо́рок сильный. Не могу. Всё слышать. Искусник правый. До́мник погано.
Я даже смутился немного — нифига ведь ещё толком не знаю, на что способны домовые и те же бесы.
— Не погано, — сменил я тон на убеждающий. — Ты помог мне беса поймать. Молодец! Ступай — охраняй дом.
Домовой благодарно моргнул глазами, из которых ещё не до конца ушло виноватое выражение, и растворился на поверхности стены. А я присел на кровать к мальчику. Пацан тяжело дышал, находясь в шоке — глаза его вот-вот должны были проясниться. Доля «Омрак» отправила его в глубокий сон на пару часов.
Я вышел в коридор. Поправил задравшуюся рубашку, немного поколебался и присел на колено перед мужчиной. «Омрак», наложенный на него, втянулся обратно в мою Волю. Мужик вздрогнул, открыл глаза, ещё не осознавая своего положения в пространстве. Я потянул его за плечи, помогая подняться. Он, ещё в прострации, посмотрел на меня, затем оглянулся и заметил лежавшую тут же жену. Прежде чем вся картина сложилась в его голове и он начал возбухать, я вновь произнёс Слово:
— Слушай!
Пространство всколыхнулось. Мужик замер.
— Я — знахарь, табиб. Шёл мимо, услышал — ребёнок плачет. Я твой сосед сверху. Живу здесь всю жизнь. Мунира-опа меня знает. Хилола, твоя жена, меня знает. Я решил помочь вам. Глянул мальчика, у него температура и живот болел. Я помог ему — сейчас он крепко спит, через два часа проснётся. Смотри!
Я потряс перед его лицом двумя бутыльками с зельями ведуна, которые достал из открытой сумки.
— Я не вор, не бандит. Я — табиб. Сосед. Сыну твоему помог. Вникаешь?
Мужик вникал. До Наставника мне далеко, но и моего «слушай» — ещё одного смысла Слова «Молчание» — достаточно, чтобы обычный человек минуты две преисполнялся непоколебимой уверенностью в том, что я истину глаголю. Это — не гипноз и не ментальное воздействие, это — ближе к НЛП. Только усиленно моей Волей и древней силой Слова из Речи, на которой, возможно, Первые говорили с самим Творцом.
"Разбудив" женщину, я повторил им обоим уже сказанное, убедился, что Хилола вспомнила, как одалживала мою мантышницу и свалил к себе.
***
От изображения стольких долей подряд, Вязи и аж дважды произнесённого Слова, меня слегка качало, а в глазах раскрывался "калейдоскоп". Но, войдя в квартиру, я сразу начал собирать "тревожный чемоданчик", попутно набирая номер в телефоне.
— Антон, здорова!
— Привет, Илья!
— Я засветился...
— Излагай.
Я изложил краткую версию событий.
— Нафига ты их вырубил?
— Бес был занят ребёнком, но мог почувствовать меня в любой момент. А родители, если бы и пустили меня чудом, это заняло бы время. Потом лови этого беса... Вот где, кстати?
— Ну да... Всё правильно. Они вызвали ментов?
— Не знаю. Мужика обработал Словом, но владею пока плохо, ты в курсе. Жена его, вроде, меня вспомнила. Я сразу ушёл.
— Понял. Короче, не суетись. Если приедут менты, отправь мне смс — куда везут. Кто бы что ни спрашивал, держись версии о народной медицине, хе-хе, чётко придумал.
— Хорошо, до связи.
— Угу, давай.
На счёт подобной ситуации, Антон меня проинструктировал давно. Хоть широкая, да и не очень, общественность, до сих пор, не подозревала о существовании Знающих, «кому положено» в верхах и в специальных госструктурах давно были в курсе и даже активно использовали "дары" нового мира. Антон, например, уже как пару месяцев состоял "на учёте", попав однажды в похожую на мою историю.
Если сейчас приедет милиция и заберёт меня за проникновение или разбой, то Антон наберёт нашего "участкового" из "конторы" и тот, аки горный барс спустится со своих "вершин", чтобы вызволить меня из кутузки.
С чего бы?
С того, что я не учтённый пока системой элемент, да ещё и с первым пробитым порогом Силы, да к тому ж искусник — редкий зверь... Короче говоря, примчится он, ксивой махнёт и даже кому надо позвонит, если милицейские возбухнут. И придётся мне встать "на учёт“, в чём нет ничего страшного, но стоит мне набрать Силу, освоить действительно уникальные Знания, как поводок может и натянуться.