Двойняшки для Деда Мороза (СИ)
Постучала в двери и не услышав грубого «войдите», решила не дожидаться разрешения.
― Вызывали? Ах да, вызывали. Доброе утро, Виктор Валерьевич.
― Полина, доброе утро. Как твои двойняшки?
― Мои? Мои нормально. В сад пошли. А ваши?
Босс нахмурился, а я посмотрела на него с подозрением.
― Точно. Ну да ладно. Что‐то случилось? Или вы по работе?
― Присядь.
Меня долго уговаривать не надо. Я быстро попу примостила.
― Слушаю вас.
― Как часто твои сорванцы такое чудят?
― Почти никогда, ― я пожала плечами, ― через день, через два.
― Мда уж. Весело.
― Скучать некогда.
― Послушай, у меня к тебе есть два предложения.
― Хм, я дико заинтригована.
Беляев откинулся на спинку кресла и глядя внимательным взглядом мне в глаза, заговорил:
― Поскольку у тебя есть дети, хочу тебе предложить работу на дому. Ты же переводчик?
Я кивнула.
― Так вот, могла бы заниматься переводом для моей компании…
― Да, но…
― Ты не дослушала. Второе предложение. Я обеспечу тебе няню, но при одном условии.
― Каком еще условии?
― Двадцать девятого декабря мне нужно быть на одном мероприятии. И мне нужна спутница.
― Вы хотите, чтобы я пошла с вами?
― Да.
― Но я не знаю, мне даже надеть нечего.
― Я выдам тебе аванс.
Я задумалась над его словами. А почему, собственно, и нет? Что такого в том, чтобы ему подыграть? А работа дома, да еще и переводчиком вообще предел моих мечтаний. Перевод занимает много времени, и потому я не устраивалась на работу по этой профессии, зная, что меня могли дергать, а различные совещания. То ли дело секретарь. Но вот дома…
― Тогда у меня к вам тоже будет просьба.
Он слегка задрал голову, и посмотрел на меня с высока. А чего он ждал, что я ему на шею брошусь со словами благодарности? А в постель не прыгнуть к нему?
― Мои дети просят в субботу елку, но как принести, так и установить ее некому.
― Нужна помощь? ― уточнил он, на что я согласно кивнула. ― По рукам.
И мы пожали друг другу руки. Ох и попал ты, Дед Мороз. Так просто теперь не отделаешься.
Глава 5
Второй рабочий день отличался только тем, что он прошел более удачно, и сегодня моя малышня никого не потопила. По крайней мере пока что. Мало ли, скоро вечер на горизонте замаячит и ожидать можно чего угодно.
― Привет. Я Танечка, ― услышала над головой и оторвав взгляд от документов, посмотрела на явившуюся.
― Алевтина Викторовна, очень приятно.
― И мне. Может перейдем на «ты»?
― Эм… а вы кто, простите?
― А, я же не сказала, вот голова бедовая. Я из бухгалтерии.
― Ааа, так вы, наверное, аванс мне принесли?
― Какой аванс? ― она округлила глаза и отошла на полметра.
Господи, ощущение, словно я из ее кармана прошу.
― Виктор Валерьевич должен был выписать для меня аванс.
Она тут же плотно сжала губы, и одарив меня хмурым взглядом, медленно покачала головой.
― Не было приказа.
Я пожала плечами и нажала на кнопку внутренней связи.
― Виктор Валерьевич, что по поводу моего аванса? Тут вот как раз Танечка…
― Татьяна Григорьевна, ― поправила она, склонившись над динамиком.
― Так вот, Татьяна Григорьевна пришла. Из бухгалтерии.
― Татьяна Григорьевна, будьте любезны, выпишите нашей новой сотруднице Полине…
― Алевтине Викторовне, ― поправила его, в надежде, что он мне подыграет.
― Кхм, да, Алевтине Викторовне. Выпишите аванс в размере тридцати процентов от зарплаты.
― Пятидесяти.
― Зачем столько?
― За квартиру заплатить, за коммуналку, за елку, которую просят дети, за…
― Не продолжайте. Татьяна Григорьевна, сделайте так, как просит Алевтина.
― Хорошо, Виктор Валерьевич.
Я отпустила кнопку и дружелюбно улыбнулась новой знакомой.
― Как у вас это получилось? ― с выпученными глазами поинтересовалась она.
― Что?
― Выпросить сверхурочный аванс? Это же невозможно.
― Я ничего не выпрашивала. Мне когда зайти? Сегодня, или завтра с утра?
― Давай завтра.
― Хорошо.
Эта тетечка округлых форм наконец‐то поняла, что нужно смываться. Меня начало немного утомлять ее присутствием. Танечка! Ежкин дрын! Ну придумала же, а?
Отложив документы для босса, я устало потерла виски и откинулась на спинку кресла.
Ишь, чего удумал! Тридцать процентов. На тридцать я только свои вопросы разрешу, а платье тогда за какой счет покупать? И вообще, это он еще не в курсе, что после зарплаты, за платье мне со своих кровных отдаст. С какой стати я должна свои деньги на это тратить? Ему платье надо? Ему. Пусть и покупает! А нет, значит…
Хм, а что, если… так‐так.
Достала телефон и отыскала в контактах подругу.
― Слушаю, шилопопая, ― услышала через пару гудков в трубке.
― Галюня, привет. Есть дело!
― На миллион?
― Нууу… ― протянула я, и тут же опомнилась: ― таких денег у меня нет. Но могу предложить дорогое красивое платье.
― А что сделать‐то надо?
― Сходить на одно мероприятие вместе с красивым мужчиной, ― произнесла не громко, чтобы не дай Бог не услышал босс.
― Свидание что ли?
― Нет, какое‐то мероприятие. Мой новый начальник попросил.
― А сама чего не пойдешь?
― Тю, Галюнь, когда это я была послушной девочкой?
― И то правда, ― хихикнула она, а я представила, как в это время Галюна махнула рукой.
Ох и довольная, коза.
― Так что, поможешь?
― Ну, конечно! Говоришь, красивый?
― Очень.
― А не боишься, что отобью?
― Тю, а мне он зачем? Такие явно не способны на серьезные отношения. А мне как‐то не до гулек. Все, вечером позвоню, обсудим. Гудбай.
Сбросила вызов и уткнулась в рабочий блокнот.
А мне нравится эта работка. Не напрягательная. Я даже отдыхаю здесь, чего нельзя сказать про дом. Там малышня вечно покоя не дает. Вся в меня. А тут считай покой, если не брать во внимание любопытных Танечек.
Посмотрела на часы. Четыре часа. Еще пара часов тишины и снова начнется. Надеюсь, моя мелюзга не разгромила детский сад, иначе я с ума сойду. А они у меня могут все что угодно. Те еще сорванцы.
Когда я забеременела, понятия не имела, что у меня будет сразу два ребенка. Но как оказалось моему бывшему ослу, и один не нужен был. Он бросил меня стоило ему увидеть тест с двумя полосками. Сначала позеленел, потом покраснел, а в следующую секунду, когда открыл рот сказать, что я идиотка, вмиг стал синим. Ну… как вмиг… просто я двинула ему по челюсти. Рука правда потом долго болела, но зато ушлепкин больше не появлялся. И кстати, он даже не знает, что у меня родилось сразу двое малышей. Ох, он, наверное, в обморок бы плюхнулся.
Кстати, Варя с Ваней знать своего папашу не хотят. И это между прочим я им и слова не сказала о нем. То есть, ни одного плохого слова. Просто они сказали, что их крутой маме нужен достойный папик. Я тогда подавилась гречкой, но ничего не ответила. Детям виднее. Но бывшему лучше не попадаться на глаза. Ни мне, ни малышне.
Страдала ли я за Хусейном? Конечно же нет. Еще чего не хватало? У меня полно других забот. Например, поставить на ноги маленьких озорников. А любовь к мужчине для меня это второстепенное. По крайней мере страдать по трусу точно не в моем стиле. Ладно бы мужик достойный бросил меня, и я вся такая с раненным сердцем. А то так, недоразумение случившееся со мной несколько лет назад. У него только одна часть тела сработала на ура, и то не мозги.
― Алевтина, принеси мне кофе, пожалуйста.
Алевтина‐Алевтина, ― мысленно пропела я, устремив взгляд в окно, за которым кроме серого неба ничего не было видно.
― А, Алевтина это же я, ― шлепнула себя по лбу, ― несу Виктор Валерьевич, уже чайник вскипятила.
Отпустила кнопку и хихикнула. Как же, чайник. Ему кофе только из джезвы подавай.