От -50 до +50: автостопом и пешком по России, Азии, Африке
Первым уехал замерзающий Илья Саплин, затем тройка — Савва, Аня и Казанцев, затем взяли Руслана из г. Волжский и напоследок — мы с Женей Лохматым. Всё на бензовозах.
* * *Водитель на зимнике — он же охотник. Ехал, увидел птиц — остановился, достал ружьё — подстрелил! И дальше в путь. Здесь такая хорошая дорога, что может пройти даже легковой УАЗик. На исходе светового дня (около 16 часов) — переезжаем по льду Подкаменную Тунгуску и прибываем, один за другим, в посёлок Байкит. Так рано, а северный зимний день уже завершается красивым закатом. Выгрузились из машин в одном месте и почти одновременно.
Байкит — один из трёх райцентров Эвенкии — редкий оазис цивилизации на сотни километров вокруг. Население порядка четырёх тысяч человек. Дома по пояс завалены снегом, заборы все под снегом, на крыше всех зданий, деревянных туалетов, бань и сараев — полуметровые снежные шапки. Почти все дома одноэтажные, деревянные. Почти ничего здесь не производят, только немного нефти добывается под Байкитом (тогда это были отделения известной компании “Юкос”). Компания “Юкос” подкармливала население Эвенкии (всякие компьютеры в школы, телефон, небольшие деньги доплачивала местным бюджетникам), а взамен этого имела своего человека во главе округа — губернатора Б.Золотарёва.
Итак, в самом Байките ничего не добывается, зато тут есть заправка, пост ГАИ (он же магазин, и всё в одном вагончике), а также скрипящая двухэтажная деревянная гостиница “Эвенкия” (туалет во дворе, в коридоре электроплитка с одной работающий конфоркой, лестница на второй этаж крутая, почти вертикальная). Стоимость житья — 30 рублей с человека, но нас поселили бесплатно, по инициативе Ильи Саплина, прибывшего туда первым (заплатили лишь одну “тридцатку” на всех). Спасибо администратору гостиницы! Также в Байките есть баня, почта, телефон, аэропорт (рейсы в Туру и в Красноярск), ещё несколько магазинов — все торгуют одинаковыми завозными продуктами по одинаково высоким ценам (вдвое дороже, чем в Красноярске). Говорят, где-то в городе есть Интернет, не то в администрации, не то в школе. Цивилизация! По улицам ползают редкие машины-УАЗики с номерами “88-RUS”(Эвенкийский автономный округ).
Закончился январь, начался февраль. Завтра нас ждёт продолжение — трасса на Север.
1 февраля. Байкит — Суринда
1 февраля встали в семь утра. Аня просыпалась дольше всех, но всё же и ей это удалось. Поблагодарили сторожиху гостиницы и потратили целый час, выбираясь из посёлка. Байкит стоит в долине Подкаменной Тунгуски, а наша трасса сразу забирает круто в гору. Идём вверх, одетые тепло, обливаемся потом, пока наконец не доходим до городской свалки (весь мусор завален снегом на метр). За нею — удобное место для ожидания машин. Но их почему-то не видно.
Последний 500-километровый участок дороги — наиболее сложный. Сначала 130 километров нет ни одного населённого пункта, до деревни Суринда. После Суринды — незначительного оплота цивилизации — уже 350 километров без единого жителя, до самой Туры.
Вот стоим на трассе — навстречу, из Туры, едет большой гусеничный трактор. С прицепом-санями. Даже два прицепа: бочка горючего и второй прицеп в виде будки-домика, и там же дрова, топор и всё для жизни. Останавливается, из трактора выглядывает удивлённый, обросшей седой щетиной, тракторист.
— Куда едете? — спросил он нас.
— В Туру!
— А я только что оттуда! Ездил из Байкита в Туру, теперь возвращаюсь обратно!
— И долго ездили? — спросили мы, ожидая ответа: ну, три дня, неделю…
— Да нет, недолго. Месяц туда, месяц обратно.
МЕСЯЦ?? Пятьсот километров туда, пятьсот обратно — итого ДВА МЕСЯЦА!!
Да, месяц до Туры для трактора — это нормально, ведь он не просто едет, он ещё и расчищает дорогу, и спит каждую ночь в своём домике — всё своё вожу с собой. Но всё равно, МЕСЯЦ? 15–20 километров в день? Ну и дорога!
Женя Лохматый срочно прицепляет к палке, торчащей из сугроба, наш любимый календарик: «НАМ ЗДЕСЬ ЖИТЬ!»
Трактор уполз в Байкит, а из Байкита к нам поднялся, о удивление, джип, в котором ехали новые эвенкийцы и десяток бутылок “Кока-колы”. Оказалось, купили они джип сей на Большой Земле. Хотели перегнать своим ходом в Туру. Но сами ехать по плохой дороге побоялись, надеясь, что пойдёт какой-либо трактор или грузовик и они увяжутся за ним. Машина-автостопщица надеялась, что грузовики будут по пути её вытягивать, случись что. Но тут появились какие-то встречные машины, остановились; увидев джип, водители грузовиков смеялись: не проедет по зимнику ни в каком случае! “Так что лучше возвращайтесь, ребята, в Байкит, и там грузите свой джип на самолёт: дешевле обойдётся!”
Грустные перегонщики, ещё подробнее узнав о состоянии дороги, развернулись и поехали назад в Байкит. Нас тоже водители не обрадовали: сказали, что аномальное “курортное” тепло скоро кончится, ибо в Туре около -50ºС.
За день не было видно никаких машин на Туру, стемнело, и мы уже думали ставить палатку (которая была лишь у К.Саввы). Начало и холодать. Илья Саплин, вслед за Митей Ф., принял решение отделиться от нас и повернуть к югу. Что было весьма предусмотрительно: без бахил и спальника по трассе с 50-градусными морозами (которые вскоре нас настигли) передвигаться было бы неприятно. Итак, нас осталось шестеро.
В темноте наконец появились какие-то фары, снизу, из Байкита, поползли машины в Суринду. Сперва четверо уехали в одной машине, остались двое — я и Костя Савва. Через несколько тёмных часов и нам повезло. Всю ночь мы ехали в кузове “Урала” до Суринды, вместе с какими-то холоднющими тяжёлыми железяками, перекатывающимися по дну кузова. Подстелили пенки, завернулись в спальники и в полиэтилен.
* * *Снег, снег, снег! Повсюду, крошится с неба, обсыпается с придорожных лиственниц, набивается в рюкзак, спальник и в ботинки. По счастью, ещё не холодно, вполне можно спать в открытом кузове, накрывшись от снега жёстким, как рубероид, полиэтиленом. Но когда же мы приедем? Скорость тут невелика, мотор гудит, мы проваливаемся в сон, вокруг — бесконечная северная тайга. Ночь.
То ли ночью, то ли уже под утро проснулись в Суринде. За десять часов проехали сто километров — неплохая скорость. Дальше, говорят, будет хуже. Поблагодарили водителя; каким-то образом нашли наших друзей — они уже давно тусовались в облупленной «гостевой» квартире двухэтажного деревянного дома.
В Суринде 500 жителей, почти все — беспробудные алкоголики. В мечтах о выпивке встречают каждого приезжего. "Водка есть? водка есть?" За стакан готовы отдать тушу оленя или шкуру соболя, да и любого зверя, какой имеется в наличии. Официально водка в Суринде не продаётся; в единственном магазине — гречка, сухое молоко, консервы по бешеным ценам, но водки, главного наполнителя суриндийской жизни, тут нет. Поэтому процветает натуральный обмен; солярка, ворованная с котельной, меняется местными жителями на водку, привозимую водителями, в любой невероятной пропорции. Об этом ещё раз будет упомянуто на обратном пути.
В Суринде, помимо людей, имеется не меньше сотни собак, которые, за отсутствием нормальной пищи, питаются человеческим калом. Стоило лишь кому-то из нас присесть в уголке за каким-нибудь сараем, как собаки бросались и совали голодную пасть чуть не в самую задницу, и тут же лопали горячий кал. А когда мы заходили в туалет — здесь, как и в Байките, туалеты имеются лишь типа “очко”, — собаки сразу после нас совали головы в очко и съедали изделия человеческого организма.
Лохматый, Аня, Руслан и Казанцев ещё с вечера тусовались в Суринде. Однако, сейчас уже готовились уходить, чтобы избежать приставаний от местных жителей, мечтающих о выпивке. Они хотели получить с нас водку или иные удовольствия. Мы же узнали, что вокруг посёлка проходит (как нам сказали) «объездная», по которой и могут пройти машины, следующие прямиком в Туру.