Atomic Heart. Предыстория «Предприятия 3826»

— В таком случае приступим! — Сеченов окинул взглядом два десятка научных сотрудников, замерших за рабочими местами, соединёнными с центральной ЭВМ, и нажал кнопку запуска.
Если сейчас запуск пройдёт удачно, все эти пульты, телевизоры и кнопочные панели станут вчерашним днём. «Предприятие 3826» перейдёт в новую эру научно-технического развития, а следом за ней поспешит весь огромный Советский Союз.
Выполненная во всю стену индикаторная схема предприятия вспыхнула скудной россыпью лампочек, обозначающих висящие в небе командные «Узлы». В следующую секунду вокруг каждой из них загорелись индикаторы подотчётных «Грифов», и через мгновение вся карта полыхнула сотнями отметок, обозначающих роботов, составляющих кибернетический персонал входящих в предприятие комплексов. Безмолвно стоящие вдоль стен человекообразные роботы-лаборанты и киберинженеры ожили и принялись за дело, занимая места возле лабораторных столов и научного оборудования. Сеченов надел наушники и перевёл взгляд на девятку телеэкранов, собранных в единое информационное видеополе.
По экранам густыми строками бежали данные по состоянию только что запущенной сети, и контролирующие её действия живые операторы сообщали в эфире о результатах действий подконтрольных им роботов.
— Сектор «А», алгоритм стабилен! Киберперсонал действует уверенно!
— Сектор «Б», волновые колебания полимеров в рамках расчётных значений!
— Сектор «В», прямое взаимодействие между роботами без участия человеческих операторов демонстрирует высокую скорость коллективного осмысления поставленной задачи! Они соображают на порядок быстрее, чем я бы вводил команды!
— Сектор «Г», алгоритм стабилен! Наш «Узел» начинает самостоятельный процесс изготовления роботизированного образца на автоматической производственной фабрике. Продолжаю наблюдение, буду информировать!
— Сектор «Д», сеть успешно обменивается данными по всей своей протяжённости!
Доклады продолжали поступать, но Сеченов уже не слушал. Он снял наушники и устало откинулся в потёртом кресле. Это победа. «Коллектив 1.0» запущен и успешно функционирует. Десять долгих лет ушло на то, чтобы дерзкие планы, записанные огрызком карандаша на оборотной стороне инструкции по применению плохонькой лабораторной горелки, превратились в торжество научной реальности. Нейросеть кибернетических механизмов работает, работает устойчиво, и эффективность её работы на порядок превышает эффективность аналогичного по функциям людского персонала.
С этой минуты на «Предприятии 3826» наступило будущее. Вскоре оно наступит на всей территории СССР, а позже и во всём мире. Провода и кабели, соединяющие громоздкие устройства, более не нужны. Роботы обмениваются меж собой информацией через волновые колебания полимеров, и волновая активность полимеров в районе действия роботов составляет согласованно действующую единую сеть. Это и есть коллектив. «Коллектив 1.0»!
Да, конечно, ещё не все проблемы решены окончательно. Массив роботов, действующих в заданном районе, имеет высокую полимерную волновую активность. Но между собой таковые массивы, разнесённые на значительное расстояние, взаимодействовать не могут. Зона ответственности одного «Узла» велика, но не бесконечна. Поэтому связь с «Узлами» приходится поддерживать при помощи радиоволн и радиостанций. Но это не навсегда. Раз сегодня мы достигли победы, значит, завтра же замахнёмся на покорение следующей, ещё большей высоты! «Коллективу» необходима более мощная командная единица, способная объединять «Узлы» на целых континентах! И в этом нет ничего невозможного, если вынести такие командные единицы в космос, на земную орбиту! Вот они, первые, но уже не робкие шаги на пути в космос!
— Товарищи! — Сеченов поднялся. — Друзья! Соратники! Поздравляю вас с успешным запуском «Коллектива 1.0»! С успешным, с настоящим шагом в светлое будущее! С шагом в светлое настоящее!
Человеческий персонал зааплодировал, обмениваясь друг с другом радостными репликами, и кибернетические сотрудники внезапно остановились. Они все как один уставились на Сеченова и тоже зааплодировали. Сеченов перевёл взгляд на профессора Лебедева, с хитрой улыбкой колдующего над центральным пультом.
 
— Алексей Владимирович! — укоризненно нахмурился гениальный учёный. — Не прерывайте испытательный процесс. Я уж подумал, у нас сбой.
— Я тут ни при чём, — довольно заявил Лебедев. — У нас же голосовое управление. Сеть проанализировала ваши слова и самостоятельно приняла решение присоединиться к аплодисментам! Сработал наш алгоритм логического анализа и самообучения. Отличный результат! Пусть сугубо косметический, зато мы только что убедились, что система способна анализировать полученную информацию и адаптироваться к действиям влияющего на неё человека! Блестяще!
— Полностью с вами согласен, дорогой коллега! — Сеченов обернулся к аплодирующим роботам: — Работайте уже! Аплодисменты не должны быть долгими!
«Коллектив 1.0» сделал выводы, и киберперсонал продолжил выполнение поставленных задач. К исходу назначенного времени сеть идеально справилась со всеми порученными ей тестами и была переведена в повседневный режим. Отныне «Коллектив 1.0» будет функционировать всегда, без перерывов, выходных и остановок.
Вечером по поводу успешного запуска сети был устроен торжественный фуршет, и как всегда задержавшийся в лаборатории Сеченов нашёл актовый зал заполненным улыбающимися людьми, обсуждающими в разновеликих компаниях открывшиеся перед наукой перспективы.
— Дима! Вот ты где! — От группы научных сотрудников отделился Захаров с двумя бокалами в руках и направился к нему. Следом за учёным шла молодая привлекательная девушка в комбинезоне НИИ мозга «Предприятия 3826» с фужером шампанского.
— Угощайся! — Харитон протянул Сеченову бокал. — Знакомься: это Филатова Лариса Андреевна, моя аспирантка, перспективный нейрохирург и большой знаток твоих научных трудов!
— Мне только двадцать четыре, — смутилась Филатова. — Определение «большой знаток» применительно ко мне звучит слишком громко. Но я полна решимости принести науке реальную пользу!
— Похвальное стремление, товарищ Филатова! — улыбнулся Сеченов. — Приятно видеть целеустремлённую молодёжь! Ведь за вами будущее! И только от вас зависит, каким оно станет!
— Предлагаю тост! — воодушевлённо изрёк Захаров. — За будущее! За торжество науки! За «Коллектив 2.0»!
— За «Коллектив 2.0»! — поддержал его Сеченов.
Хрустальные бокалы мелодично звякнули, соприкасаясь, и Сеченов поинтересовался у Филатовой:
— Над чем работаете в настоящее время, Лариса Андреевна?
— Пытаюсь быть полезной Харитону Радеоновичу, — смутилась девушка. — Пишу диссертацию по теме «Нейрохирургия и бионика полимерных сетей».
— Я привлёк её к работе над нашими разработками совместной нейросети человека и полимеров, — объяснил Захаров. — Из всей группы она показала максимальную степень увлечённости поставленной задачей, для меня это основной критерий. Я поручил ей изучение реакций головного мозга как индивидуальности на различные попытки объединения данной индивидуальности в единую общность с другими активными элементами предполагаемой сети.
— Непростая задача даже для умудрённого опытом учёного, — оценил Сеченов.
— Я не боюсь трудностей! — с жаром воскликнула Филатова. — Наоборот, я считаю, что настоящая, истинная наука рождается исключительно в процессе решения сверхсложных задач. И ваш пример есть тому самое наглядное подтверждение!
Она сделала изумлённые глаза и воскликнула:
— Создать полимеры! Это же фантастика! Но вы решили эту невероятную задачу в одиночку! А ведь до сих пор мало кто сумел понять принципы полимеров полностью!
— Полимеры — это вчерашний день, — улыбнулся Сеченов. — Это лишь ступень на бесконечной лестнице научного прогресса. Высокая, но всё же лишь ступень. Нейрополимеры! Вот за чем будущее!
— Это потрясающе! — Глаза Филатовой пылали жаждой свершений. — Я счастлива, что мне повезло стать частью этого уникального проекта! А поначалу, будучи студенткой, я даже не понимала, как нейрохирург вообще смог изобрести то, что, по логике, должен был изобрести химик! Я тогда ещё не знала, что вы ещё и доктор химико-биологических наук и даже механики!