Принцесса Амаль. Между светом и тьмой (СИ)

Студенты с удовольствием слушали ректора и охотно делали записи в своих тетрадях. Аля не была исключением. Моя принцесса выглядела счастливой и довольной, а я только сильнее убедился в том, что её родители приняли верное решение, отпустив дочь в университет и позволив ей насладиться жизнью обычной студентки.
Что же касается меня, то я приму все необходимые меры, чтобы защитить принцессу от Даата. Я конечно же рассказал Таиру об Эйтоне и об опасности, нависшей не только над Амаль, но и над невинным ребёнком. Мы с королём долго обсуждали произошедшее и у нас появился план, как спасти малыша, не позволив чёрному колдуну осуществить задуманное.
Глава 22
— Лекса, что произошло? Почему ты на меня злишься? — почти кричала я на свою подругу, когда мы зашли в женскую раздевалку после физической подготовки, во время которой она так и старалась попасть в меня тяжёлым мячом и до сих пор сверлила злым взглядом.
— Так ты не понимаешь, что произошло? А ещё подругой называлась… — голос Лексы был холоден.
— Я ничего не понимаю. Давай поговорим спокойно, — всеми силами я пыталась успокоить разбушевавшуюся девушку.
— О чём тут говорить! — не унималась подруга. — Я тебе призналась, что мне нравится Эйтон, а ты сказала, что он не в твоём вкусе. Так какого …, - Лекса осеклась и не произнесла ругательство, хотя ей очень этого хотелось. — Что у вас с Эйтоном?
Всё встало на свои места: подруга приревновала меня к дарктцу. Дело в том, что ни я, ни Эйтон не рассказали моим друзьям о шантаже Даата и об угрозе его сынишке. Мы усиленно притворялись влюблёнными, чтобы неведомый нам шпион передал чёрному королю об успешном выполнении задания по моему обольщению со стороны Эйтона.
— Между прочим, тебе понравился не только Эйтон, но ещё наш шеф-повар, затем профессор Юргас, профессор Лукас, профессор…
Лекса отступила от меня и угрюмым взглядом, брошенным в мою сторону, не дала завершить перечисление всех мужчин, которые импонировали ей за столь короткий период учёбы.
— Но Эйтон мне понравился намного больше, чем все они вместе взятые, — обиженным голосом ответила рыжая и уселась на скамейку.
Я примостилась рядом с несчастной влюблённой и слегка приобняла её за плечи.
— Но я ведь об этом не знала. И вообще, я бы посоветовала тебе поговорить с Эйтоном о наших с ним отношениях.
— А что не так с вашими отношениями? — недовольно фыркнула подруга. — Учитывая, сколько времени вы проводите наедине, боюсь представить до чего уже у вас дошло. Да и на людях не сильно то стесняетесь.
— Мы ничего такого себе на людях не позволяем, — обиделась я.
И это было правда: мы могли обняться прилюдно, поцеловать друг друга в щёку и прогуляться, взявшись за руки. Но ничего более интимного. А наедине мы всего лишь обсуждали технику и бились над решением самой сложной задачи — как спасти малыша Ануара.
— А не на людях? — не унималась Лекса.
— Поговори с Эйтоном.
— Но ведь ты моя подруга, — ныла уже успокоившаяся Лекса и смотрела на меня умоляющим взглядом, а потом тяжело вздохнула. — Если у вас всё так серьёзно, я попробую забыть Эйтона.
Лекса смотрела на меня глазами, полными слёз. Мне стало жаль девушку, но рассказать правду я не могла.
— Лекса, я ничего не могу тебе сказать по этому поводу. Все вопросы к Эйтону, — быстро проговорив, я поднялась со скамейки, переоделась и забросив на плечо сумку, отправилась в общежитие.
Подруга ничего не ответила на моё предложение, но и за мной не последовала. Я очень надеялась, что рыжая наберётся смелости и побеседует с Эйтоном. Уже больше недели мы якобы встречались с дарктцем и я замечала, что парень с большим удовольствие проводил бы свободное время с моей рыжей подругой, чем со мной. Он усиленно скрывал свою симпатию к Лексе даже от меня. И пока мы не знали, кто именно шпионит за нами, рассказать правду не могли никому.
Да и у меня был секрет от дарктца: я ему так и не призналась, что Юргас знает о нём и его сынишке всю правду.
— Александра Кирстен, — услышала я за спиной голос наставника, который всегда обращался ко мне официально, чтобы даже случайно не выдать своего особого отношения к студентке-первокурснице.
 
— Профессор Юргас, — в тон наставнику отозвалась я.
— В вашем реферате по усилению магических потоков при зарядке бытовых артефактов имеются некоторые неточности. Если вы не успеете всё исправить до завтра, я поставлю вам отрицательный балл, — ледяным тоном продолжал профессор, но в глазах мужчины я видела лишь нежность и обожание.
— Какие неточности, профессор?
— Пройдёмте в мой кабинет, и я всё вам покажу, — строго завершил речь Юргас и не дожидаясь моего согласия, направился в сторону своего рабочего кабинета, который располагался в самом конце коридора.
Студенты, случайно проходившие мимо, смотрели не меня понимающим взглядом и ободряюще улыбались, пытаясь хоть таким образом поддержать несчастную девушку, попавшую в немилость к «ледяному» герцогу.
А я следовала за Юргасом, сдерживая себя усилием воли, чтобы не выдать, насколько я рада вынужденному визиту к строгому преподавателю.
— Солнышко моё, как же я соскучился, — шептал на ухо профессор, прижав меня своим крепким телом к дверям, стоило лишь нам остаться наедине.
— И когда вы успели соскучиться, профессор? — подначивала я мужчину к более активным действиям. — Мы ведь виделись с утра и вместо положенной медитации вы обучали меня совсем другому.
От воспоминаний о занятиях, которые уже целую неделю заменяли медитации, щёки вспыхивали румянцем, а внизу живота порхали бабочки.
— Малыш, мне конечно нравится, когда мы играем в профессора и студентку, — говорил соблазнительным голосом Юргас, одновременно расстёгивая пуговички на форменной блузке и тут же прокладывая дорожку из поцелуев ниже и ниже, приближаясь к жаждущим ласке грудям. — Но всё же мне бы хотелось слышать своё имя из твоих уст…
— Юргас, — не выдержала я настойчивых ласк любимого мужчины, когда прохладные губы прикоснулись сначала к одному соску, а затем ко второму.
Профессор, добившись желаемого результата, набросился на мои губы, страстно целуя и нежно покусывая в то время, как руки не прекращали доставлять наслаждение моему телу. Наши языки сплелись в безудержном танце, лаская друг друга и даря неописуемое блаженство.
От таких сумасшедших поцелуев мой разум таял, а тело жаждало продолжения. Но Юргас, к моему великому сожалению, не спешил переходить к более серьёзным действиям, обещая подарить все немыслимые радости и ласки после нашей свадьбы. Да, он сделал мне предложение, а я взяла и согласилась. Правда мои родители были не в курсе таких важных событий в жизни единственной дочери, но я не сомневалась ни на минуту, что возражать против нашего брака никто не станет. Осталось лишь спасти маленького сына Эйтона и можно объявить о нашей с герцогом Гальтером помолвке.
— Сладкая моя девочка, — продолжал шептать нежности Юргас, лаская грудь и глядя в глаза, чтобы насладиться возбуждением, отражавшимся в моём взгляде.
— Юргас, — хныкала я обиженно, понимая, что профессор сейчас прервёт ласки и отправит меня в общежитие, чтобы никто ничего не заподозрил.
— Амаль, любимая, у меня есть план по спасению Ануара.
— Какой? — от любопытства я смогла даже без привычных жалоб вынести тот факт, что Юргас уже начал поправлять мою одежду, приводя её в прежнее состояние.
— Ты и твои друзья сможете принять участие в магралли… — начал излагать профессор свою задумку, но стоило мне услышать последние слова, как я набросилась на Юргаса и страстно его поцеловала. Как это здорово, когда твои мечты сбываются!
 
Герцог конечно же не смог устоять от такого напора и ответил мне не менее горячо. Сколько мы целовались, не знаю, но Юргас как всегда первым смог прийти в себя и вспомнить о прерванном разговоре.
— Я, конечно, рад твоей реакции, но давай всё обсудим серьёзно и очень основательно, — профессор продолжил застёгивать мелкие пуговички на моей блузке, а я настойчиво отвлекала мужчину, нагло запустив свои ладошки под его рубашку и поглаживая обнажённое тело.