Однажды в феврале
– Привет, Брендон. Я жду звонка от кузена. Он едет со мной к Джейн, – кидаю взгляд на тарелку с салатом из авокадо и свежих овощей и пододвигаю к себе ближе.
– А я думал, Райан в Англии…
– Прилетел сюда на пару дней, но завтра он уже обратно, – поджимаю губы и шумно вздыхаю, дав понять, что не в духе.
– Ну и к чему огорчения, когда твой кузен-эрудит очень даже неплохо впишется в вашу компанию. Но слишком откровенно туда не одевайся.
– Может, мне в таком случае уже арабскую абайю на себя напялить? – накалываю вилкой кусочек авокадо и тащу его в рот.
– Дорогая, я в отлёте, как мне не волноваться за тебя? Да, я сожалею, что не смог прилететь в назначенный срок, но и дело бросить тоже не могу, которое, кстати, уже почти завершил. Слишком запутанно всё было…
– Это не самое долгое дело, над которым ты работал. Но я тебя поздравляю… – без интереса выдала, жуя салат.
– Ладно, любимая, не злись. Завтра я уже прилетаю, но давай договоримся, что хотя бы раз в три часа я буду получать от тебя сообщения, – в голосе Брендона слышалась требовательность.
– Это контроль? – с этим вопросом пропал весь аппетит, и я положила вилку на тарелку.
– Безопасность. Разве я много прошу от своей невесты?
– Хорошо…
– Вот и прекрасно. Ладно, не буду тебя задерживать. Да и мне ещё предстоит поработать над кучей бумаг для моего подсудимого, а я ещё даже не спал.
– Да… Брендон… хорошо…
– Люблю тебя. Кстати, если хотите, моя мать может отвезти вас с Райаном обратно домой?
– О, нет, не нужно беспокоить миссис Вуд! – едва не выкрикнула я, представив, как выслушивала бы всю дорогу её нотации о нарушенных правилах одного бокала.
– Хорошо, дорогая, тогда увидимся завтра. Целую.
– Увидимся, Брен… – не успела я даже договорить его имени, и положила телефон на стол. Он всегда занят. И день. И ночь.
С Брендоном мы познакомились на выставке картин в Гранд-музее. Когда я разглядывала одну из композиций, мужчина подошёл ко мне и с угрюмым выражением лица сказал:
« – Мисс, что Вы тут рассматриваете? Это же полная безвкусица. Разве Вы не находите, что это искусство пахнет искусственно?»
С моей стороны на его слова завязался неугомонный спор. И когда он устал молча выслушивать мои реплики о том, как художник гениально положил краску на холст, то просто пригласил меня на свидание, а после сама того не заметила, как наши отношения начали стремительно развиваться.
На прошлое Рождество Брендон сделал мне предложение. Сказочно надеть кольцо на палец в такой чудесный праздник. Но когда одиннадцать лет назад со мной случилась беда на озере в Висконсин из-за чего в семнадцать лет мне поставили бесплодие, я возненавидела этот праздник всей душой, что навсегда разломал мою женскую жизнь. Тогда я закрылась в себе. Нескончаемый плач по ночам в подушку с мыслями, что такая, как я, не сможет подарить любимому мужчине крохотное счастье. Если какой-нибудь мужчина теперь вообще будет в моей жизни. Полноценная семья для меня стала недосягаемой мечтой.
Вуд просил руки и сердца очень трогательно. А также настаивал меня забыть о случившемся кошмаре, тем самым давая понять, чтобы моя тонкая душа ни в коем случае не теряла надежды на будущее материнство. Но будь даже иначе, Брендон клялся, что отсутствие полноценной семьи никак и никогда не повлияет на его любовь и отношение ко мне.
Я согласилась, сказав: «Да». Словно Брендон стал для меня единственным человеком на земле.
Тем временем мы запланировали свадьбу на осень по инициативе его матери. Когда я сказала миссис Вуд, что хотела бы организовать всё в начале августа, то мать Брендона ответила мне в недовольной форме, что всем будет заниматься она. Статная женщина имея тотальную власть, уверяла, что только она обладает изысканным вкусом и лучше всех разбирается во всём.
Всё, чем я могла ей помочь – найти идеального флориста, которых я как раз и ненавидела. Миссис Вуд словно знала, что именно выходило у меня хуже всего, а потом приравнивала меня ни к чему не приспособленным личностям.
Нам сложно было найти общий язык, но так как это мать моего будущего супруга, приходилось терпеть эту несносную женщину.
* * *
Доставая праздничное платье, после завершения завтрака, мой телефон снова зазвонил. Фотография кузена, демонстрируя его довольную улыбку, высвечивалась на экране моего яблочного смартфона.
– Мел, я прихватил с собой обалденный виски! – радостно огласил Райан в трубку.
– Не забывай, у тебя утром самолёт… – предупреждающий тон вырвался с меня.
– Не переживай, стюардессы уже не раз приводили меня в чувства. Глоток виски и жизнь снова прекрасна.
– Поэтому ты и летаешь исключительно первым классом…
– Несомненно. Правда жаль, что сексуальные стюардессы к виски не включены.
– И это мой кузен, поступивший на факультет гуманитарных наук… Мне за тебя стыдно.
– Моя кузина уже день ото дня становится невыносимой, как и её адвокатишка.
– Вовсе нет!
– Ладно, принцесса не надрывай горло и лучше заморозь-ка пару кубиков льда к моему приходу.
– По дороге наскребёшь, мне некогда, – суматошно ответив, я скинула звонок.
Через пятнадцать минут Райан уже топтался на моём пороге до неприличия в позитивном настроении.
– Заходи скорее, – пропускаю кузена внутрь квартиры. – Подожди меня немного в гостиной, я сейчас, – оставив парня одного, я поспешно направилась в гардеробную и через пару минут вернулась, демонстрируя Райану, как сидит на мне платье.
– Ну, что скажешь? – интересуюсь, расхаживая модельной походкой, поставив руки на бёдра.
Кареглазый уставился на меня, запуская пальцы в светло-русые волосы, сидя на гостевом диване.
Платье бежевого цвета чуть ниже колен на мне сидело идеально, облегая и без того стройную фигуру. Декольте слегка приоткрывало грудь, тем самым придавая женскую загадочность, а боковой разрез на платье до середины бедра добавлял лёгкой сексуальности. Наряд эффектно обыграл просьбу Брендона.
– Обалдеть! Скажи честно, твоя подруга нашла тебе нового мужа?
– В смысле?!
– Нет? Ну тогда сегодня он сам найдётся.
– Райан, прекрати сейчас же. Если тебе не нравится мой Брендон, то это не значит, что он не нравится другим.
– Да он кусок занудного дерьма! Что в нём может нравиться?
– Ты разговариваешь как кусок необразованного засранца, а не студент оксфордского университета, – смутилась я.
– Ох, простите, мисс, что не передал Вам сути в красноречивой форме, – съязвил кузен. – И хватит так на меня смотреть. Своего мнения о нём я всё равно не изменю.
Райан поднялся с дивана и, игриво вздёрнув пальцем мой нос, направился на кухню.
– Ты смотришь на него поверхностно. И потом как ты вообще можешь так судить, когда видел его всего-то пару раз? – спросила я, разглядывая себя с ног до головы в зеркало.
– Мне и одного раза хватило взглянуть на него и сразу понять, что он – тот ещё козёл. А с его маман даже не нужно лепить косплей Стервеллы. Да к чёрту эту семейку Вуд. Всё, я открываю виски, – донесся глуховатый голос парня с кухни, а после послышался звон стекла. Видимо, Райан решил вообразить себя барменом-виртуозом.
Войдя на кухню, кузен уже сидел за островком, смакуя виски со льдом.
– Где ты взял лёд? – удивилась я, зная, что лёдницу не замораживала.
– Отколупал от мяса в твоей морозилке.
Кузен рассмешил меня больше тем, с каким непринужденным выражением лица смотрел на меня.
– Мм-м… – протянул он, закатывая глаза. – Брукладди со вкусом говядины… Божественно, – кузен не сдержал смех, и подтолкнул пальцами наполненный наполовину рокс в мою сторону. – Пей, не отравишься.
– Смотрю, годы студенческой жизни проходят не зря.
Я сделала небольшой глоток и, поморщившись от крепкого привкуса алкоголя, тут же подбежала к раковине и фонтаном выплюнула этот крепкий ужас.
– Райан! Что это?! – завопила я кузену и стала отплёвываться.