Соль. Судьба Первородной

– Нет, балбес, я хочу, чтобы ты работал вместе со мной и при этом, прошу заметить, не просто избавился от участи висельника, но и получал деньги за свой труд, – немного раздраженно пробормотала я.
– Вы даже не знаете меня! Может, всё то, что я наговорил вам в подвале, было неправдой?
– А может, мне и не очень-то хочется тебя узнавать, но надо, чтобы кто-то делал то, что мне делать лень?
– То есть вам всё равно, совершал я то, в чем меня обвиняли или нет? – прищурился парень.
– Да мне собственно плевать, мне империя процент не отстегивает с того, что получают станции перехода.
– Но я могу быть преступником, вас это совсем не волнует.
– Пф, – раздраженно выдохнула я. – А чего мне переживать? Сопрешь у меня имперские деньги? Так мне ещё дадут. Воткнёшь мне ножик в спину? Так это вообще не считается, всё зарастет раньше, чем я замечу. И, – наставительно ткнула в него пальцем, – не вздумай проверять, иначе сделаю так, что в имперский гарем завсегда на работу сможешь устроиться, сечёшь? Ну, что там ещё? Снасильничать попробуешь? Так это я надеюсь и вовсе не про тебя в моём случае, но если что, то всё же может стать проблемой…
– Эй! Вы чего? – возмущенно вспыхнул паренёк.
– Сам сказал, что я тебя совсем не знаю, – пожала я плечами.
– Да вы ваще чтоль!
– Ваааще… хорошее определение. Ну, так что, согласен?
– Я хочу знать, что вы будете с меня требовать? – деловито поинтересовался парень.
– М… делать то, что я не хочу, – развела я в стороны руки.
– Например?
– Ну, будешь носить мою сумку, говорить 'здравствуйте', 'спасибо', 'до свиданья', 'пожалуйста' и 'господин целитель сожалеет, но сегодня принять вас не сможет', – перечисляла я, загибая пальцы.
– Вы это серьёзно?
– Вполне. А! Извиняться за меня тоже ты будешь, потому, что я этого делать не люблю, а люди расстраиваются и ходят за мной, пока я не скажу… Ну?
– Бить будете?
– Как пойдет, но не сильно! – поспешила добавить я. Всё же человек на работу устраивается, надо заранее предупреждать об издержках.
На мгновение парень устремил взгляд в пол, что-то для себя решая, после чего вновь посмотрел на меня.
– Вы правда первородный? – тихо спросил он.
– Да, – кивнула я, когда на эти мои слова парень хитро улыбнулся и изрек:
– Тогда вы не сможете меня ударить! Я согласен, – и протянул мне руку для того, чтобы скрепить договор.
– Тебе не говорили, что сказки врут? – усмехнулась я, со всей крепостью пожимая его руку. – Соль.
– Слуга не приносил, – растерянно отозвался пацан.
– Я – Соль, придурок, – раздраженно пробурчала я.
– А, – вновь усмехнулся он, и на его щеках появились две озорные ямочки. – Я – Кит.
– Пишется так же, как и кит? – растерянно пробормотала я.
Парень лишь заливисто расхохотался и кое-как кивнул.
– Ещё не легче, приду завтра, – махнула я на него рукой. – У меня дела, а завтра начнем обустраиваться. Вот, – достала я из кармана случайно прихваченное яблоко, – это тебе, чтобы больше не болел, – неуклюже сунула я ему свой гостинец и была такова.
Глава 3.
До самого вечера у меня было столько дел, что не сосчитать. Ведь я так и не досчитала, сколько листочков на дереве, что росло за моим окном. Утомилась невероятно. Потом стало темно, и я решила не портить зрение. Меня препроводили в свои покои сразу после встречи с Китом. А перед тем, как уйти, Сэптим дрожащим шепотом поинтересовался, может ли господин целитель дать консультацию его работникам, которые безумно жаждут меня увидеть и задать свои вопросы. Я любезно согласилась – после того, как сделаю свои дела. Ну, видно не судьба, дел оказалось очень много.
Теперь оставалось ждать приезда рабовладельца, разобраться с его болячкой, а заодно и с моим переездом. Жить здесь дальше мне совсем не хотелось. Кормить особо не кормят, норовят за здорово живешь эксплуатировать, поговорить за жизнь или стянуть одежду. Слишком много желающих влезть в моё личное пространство.
Тихий стук в дверь вывел меня из состояния каталепсии, заставив вздрогнуть и пойти открыть дверь. На пороге стоял молодой стражник, а вовсе не Сэптим, как я ожидала. Мужчина посмотрел на меня холодным, ничего не выражающим взглядом, а после спросил:
 
– Колюще-режущие предметы есть?
– Да, – серьезно кивнула я.
– Оставьте тут и следуйте за мной, – также невыразительно порекомендовал он.
– Тогда мне придется вырвать себе глаза и язык, – фыркнула я. – Куда идем? – не дожидаясь ответа, поинтересовалась я.
– Господин Рэйнхард прислал меня за вами, но я не могу пустить вас к нему без досмотра.
– Досматривай, – спокойно кивнула я.
На самом деле я надеялась, что у личной охраны такого аланита, как Рэйнхард Эль Ариен, всё должно быть по последнему слову магии, и не ошиблась, когда мужчина вынул из кармана тоненькую серебристую палочку и начал водить ею вокруг меня, выискивая те самые сокрытые кинжалы-ножики. Минимальный досмотр – это, можно сказать, знак хорошего тона.
– Идемте, – закончив, сказал он, повернулся ко мне спиной и последовал по коридору. Свернул на лестницу и далее мы уже шли только вверх и ещё раз вверх. Рэйнхард Эль Ариен занимал весь верхний этаж своего немаленького дома,и делиться своими удобствами главы рода ни с кем не собирался. Ну, разве что с немногочисленными воинами, встречаемыми нами по пути. И что-то мне подсказывало, это было скорее демонстрацией специально для меня, чем обычным делом. Каждый из встреченных мною стражников будто бы испытывал солидарность к своему главному, поскольку был одет во всё черное и точно так же, как и Глава тайной службы, носили длинные брюки и высокие сапоги.
Думаю, нет смысла говорить о том, насколько роскошным всё было и на этом этаже. Единственное отличие заключалось в том, что здесь было гораздо больше пространства, не заставленного мебелью, несущей в себе лишь декоративную функцию. Всё исключительно для того, чтобы этим пользовались.
– Я буду за дверью, – коротко обронил аланит с определенным смыслом, когда мы остановились у высоких дверей.
– Мне всё равно, – точно так же отозвалась я и вошла в комнату.
Местом, куда меня привел личный охранник главы тайной службы Алании, оказалось спальней. Большой… нет, очень большой спальней. В дальнем углу комнаты находилась внушительных размеров кровать, у огромного, во всю стену окна, стоял письменный стол, за которым и сидел сейчас тот, к кому я пришла. В комнате царил полумрак, развеваемый лишь пламенем свечи. Что было скорее прихотью владельца, нежели необходимостью. У семьи Ариен было достаточно средств, чтобы иметь в доме магическое освещение.
Сейчас Рэйнхард был похож на статую, которая неподвижно замерла, устремив свой взор к темному звездному небу.
– Включай свет, я не сова, чтобы осматривать тебя впотьмах, – буркнула я, подходя к нему ближе.
– Глаза болят, – тихо отозвался он.
– Знаю.
– Разве вам нужно меня осматривать, чтобы понять, что со мной? – так и не обернувшись, тихо поинтересовался он.
– Я тебе больше скажу: я тебя даже попробую.
На это моё замечание он негромко усмехнулся и всё же соизволил обернуться ко мне, несильно хлопнув в ладоши для того, чтобы комнату затопило мягкое сияние магических светильников.
– Достаточно?
– Вполне, – кивнула я. – Раздевайся и начнем.
Похоже, предложение раздеться ему не понравилось, судя по тому как поджались его губы.
– Это необходимо?
– Нет, конечно, просто люблю чужие задницы разглядывать, – фыркнула я. – Раздевайся, чтобы там ни было, ты вряд ли сумеешь меня удивить, мальчик, – намеренно назвав его 'мальчиком,' я хотела показать, сколько лет нас разделяет. Обычно подобное срабатывает на особо застенчивых, заставляя их подсознательно относиться к немощному старикашке как к предмету интерьера.
– Дело не в этом, – вновь усмехнувшись, сказал он, – процесс весьма… болезненный, скажем так.