Трофейная жена (СИ)

Мне сейчас так жалко себя стало… И дышать всё труднее.
– Снимай свадебное платье, Эмилия, – произносит мой… муж. А я схватилась за вырез лифа и отрицательно головой качаю. Только не это.
– Нет, – голос дрожит, а внутри зарождается паника.
– Снова «нет»? – насмешливо переспрашивает Наиль. – Ты теперь моя по закону, и я хочу посмотреть, что скрывает за всеми этими тряпками моя трофейная жена.
Я делаю несколько шагов назад и упираюсь спиной в стену. Абрамов идёт на меня. Подходит вплотную. Я дергаюсь из последних сил, но он играючи прекращает мои попытки и обездвиживает. Берётся за вырез моего платья…
– Если ты это сделаешь, я буду ненавидеть тебя вечно, – хрипло выплевываю слова.
– Ты думаешь, меня это волнует? Ты – моя, я могу и буду делать с тобой всё, что захочу. И, кстати, ты слышала про наши традиции? – с этими словами он срывает с меня платье…
Я даже пикнуть не успела, как оказалась перед ним лишь в одном корсете и юбке. Наиль просто разорвал верх платья. Я в ужасе уставилась на мужа. Он подошёл ко мне ближе, но я отшатнулась в сторону, придерживая ткань.
– Не подходи! Не надо! – выставила вперёд руку, чувствуя, как кислород перестаёт поступать в лёгкие.
– Я не собираюсь брать тебя силой, бл*ть! – заорал муж. – Не трясись. Я помогу тебе выбраться из платья. Ты сейчас задохнёшься на хрен!
Наверное, кислород перестал поступать мне в мозг, потому что я хотела поверить Абрамову. Меня разрывали сомнения. С одной стороны я умом понимала, что мне нужно снять корсет, сама я не смогу, только если не вырежу себя из него. А с другой стороны… Наиль сам только что меня целовал и не собирался останавливаться! Кто даст мне гарантии, что, сняв с меня корсет, он не зайдет в своих действиях слишком далеко?!
​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​– Я люблю, когда женщина подо мной трясётся от страсти, а не от страха. Может, я и монстр, каким ты меня считаешь, но я не насильник. А теперь повернись спиной, дай мне расстегнуть этот грёбаный корсет!
Я нервно сглотнула и почти сдалась. Но всё же решила уточнить:
– И ты не будешь меня ... со мной? Трогать меня? – втягиваю носом воздух.
– Не сегодня, – видимо, моё лицо вытянулось, потому что он ухмыльнулся и добавил. – И не завтра. Ты должна сама этого захотеть.
Я хотела съязвить, но прикусила язык. Нужно научиться молчать. Наиль вызывает во мне лучшие качества.
И я повиновалась. Я хочу жить, хочу дышать. Повернулась спиной и почувствовала, как мужчина начал ловко расстёгивать крючки. Наверное, опыт у него огромный в этом вопросе. Интересно, сколько женщин у него было? И почему меня вообще волнует этот вопрос? И самое странное – какого чёрта внутри такая злость поднялась?
Я схватилась руками за ненавистный предмет гардероба, чтобы не оголилась грудь. По мере того, как Наиль расстёгивал вещицу, дышать становилось всё свободней. Юбка упала к моим ногам, когда муж полностью расстегнул корсет, я сделала глубокий вдох. И ту же едва не задохнулась, когда наглые пальцы Абрамова прошлись по выпирающим позвонкам. А затем начали вырисовывать замысловатые узоры на голой коже, посылая табуны мурашек в разные стороны.
– Ты… Ты же сказал, что не будешь меня трогать, – прошептала хрипло.
Его ладони легли мне на плечи, а кончики пальцев очертили ключицы. Грудь болезненно напряглась. Пришлось прижать корсет ближе к телу, чтобы, не дай бог, не свалился.
– Я тебя не трогаю, Милаха, я тебя соблазняю.
Я не знала, что ответить. Осталась перед мужем в одних трусиках. Наиль шумно выдохнул позади меня.
– Чёрт подери, я с тобой свихнусь на хрен. Сведёшь меня в могилу раньше времени своими этими кружевными трусиками.
– Ты сам выбрал это бельё, – ядовито сказала. – Теперь терпи.
– Я выбрал его, чтобы снять с тебя, – протянул этот соблазнитель, а затем добавил тихо на ушко, – Зубами.
Ох.
– Иди в ванную и готовься ко сну, – отошёл от меня. Оглянулась назад и увидела, что он сел в кресло.
– Мне… Мне нечего надеть…
– Там висит моя футболка. Милаха, уйди с моих глаз и не появляйся минут десять.
 
Дважды мне повторять не нужно было. Со всех ног я бросилась в ванную и закрыла за собой дверь. Меня начал разбирать истерический смех, пришлось зажать рот рукой. Боже, какое-то сумасшествие творится в моей жизни. Столько событий, что я не поспеваю за ними! Мне даже подумать обо всём, что творится, некогда. Голова шла кругом. Ладно, подумаю обо всём, как останусь одна. Распустила причёску и зашла под душ. Как же приятно, чёрт возьми!
Не знаю, сколько времени я провела под водой. Пора выходить. Быстренько вытерлась, надела трусики и футболку Наиля, она доходила мне до середины бёдер и пахла им… На секунду я прикрыла глаза и втянула его аромат. Так, стоп! Пора выходить.
Даже не посмотрев на себя в зеркало, вышла из ванной. Абрамов всё так же сидел на кресле, рядом с ним стояла бутылка алкоголя и ваза с фруктами и шоколадом. Только сейчас я поняла, что хочу кушать. Решилась подойти к столу, мужчина неотрывно следил за моим приближением. Здесь были фрукты в шоколаде. Обожаю. Схватила клубнику и целую отправила себе в рот. Манеры у меня те ещё, но, как говорится, ты не ты, когда голоден. Потянулась за второй. Я прислонилась бёдрами к столику и взгляд остановился на огромной кровати.
– И что же мы будем делать? – поинтересовалась у Наиля, кивая на кровать.
– Консумируем наш брак? – спросил, ухмыляясь, я фыркнула.
– Тогда импровизировать, – пожал плечами и сделал глоток алкоголя.
Я внимательно посмотрела на мужа, и мне стало стыдно за свое поведение. Если разобраться, то Наиль не сделал мне ничего плохого. А я едва ли не обвинила его во всех смертных грехах, слишком поспешила с выводами. А ведь он и перед отцом меня защитил, и не дал наделать глупостей… Мог унизить меня, избить, взять силой… Но он ничего этого не сделал!
Поэтому проблему с простынями я вознамерилась решить сама. И не придумала ничего лучше, чем взять нож, лежащий на столе, и порезать ладонь. Сколько раз в фильмах герои так себя резали и даже не морщились. Как только лезвие коснулось кожи, я дикой кошкой зашипела от боли. Как же больно! Пока кровь не пролилась на пол, подбежала к кровати и накапала на белоснежные простыни.
Хотели кровавых простыней? Получите!
– Думаю, у многих появится вопрос, что я с тобой делал,– сказал Наиль позади меня, – трахал или убивал. – а я покраснела от его грубых слов.
Муж повернул меня лицом к себе и развернул раненную руку ладонью вверх, рассматривая порез.
Молча он разорвал на себе рубашку и, пропитав ткань виски, приложил к порезу. Я прикусила губу, чтобы не закричать от боли.
– Никогда больше не смей причинять себе боль, – тихо сказал, закрепляя повязку на руке.
– Ты сам сказал импровизировать, нам нужна кровь...
– Я бы сам себе порезал руку, не тебе, – смотрит в глаза, а в них столько неприкрытых эмоций. – Ты теперь моя, Эмилия. Ты моя жена. Никто и никогда не сделает тебе больно. Я убью любого, кто посмеет тебе навредить.
Его слова острыми иглами попали в самое сердце. Всю жизнь я хотела, чтобы меня защищали… И я верила, что Наиль защитит меня от любого… Вот только кто защитит меня от него самого?
– А теперь ложись спать, Эмилия. Завтра мы летим домой.
  
10
 
Я думала, что не смогу уснуть после всех событий дня. Тем более Наиль был в комнате. Но мужчина допил стакан виски и удалился в ванную. Я забралась на кровать, и не успела голова коснуться подушки, как я заснула.
Проснулась от того, что меня… трогают. Умело так. Настойчиво. Чувствую, как пальцы рисуют узоры на коже живота, щекочут в опасной близости от линии трусиков. Сон как рукой сняло. Я затаила дыхание и начала прислушиваться к своим чувствам. Меня поразило осознание сразу двух вещей: я замужняя женщина, и прикосновения мужа вызывают во мне трепет.