Раб третьего принца

— Горит Нанпар. Видимо, я и правда мстителен, — Рин пожал плечами и, отвернувшись, стал отдаляться от ворот. Нейт поспешил за ним.
 — Но как? Ты ведь всё время был со мной?
— Ты не осуждаешь? — неуверенно спросил юноша.
— За что мне тебя осуждать? Но как ты это сделал? Мне любопытно.
— Не сам, конечно, — усмехнулся Рин. — Это магистр Эвум и ещё несколько наших людей, но просьба и план были моими. Мы, кстати, встретимся с ними к утру, в деревушке Вазерс.
 — А юноши… рабы из борделя? Что будет с ними?
— Колдун освободит всех. Тех, кто пожелает покинуть город, он выведет за его пределы, а дальше уж мальчишки сами пойдут, куда захотят. Те же, кто захочет остаться в Абрасе… Что ж, это их выбор, и, скорее всего, они вновь окажутся в браслетах, — Рин печально склонил голову, и Нейт поспешил взять его за руку.
— Ты сделал для них всё, что мог, — сказал он. — Больше, чем кто-либо.
— Я знаю. Но хотелось бы верить, что это изменит их жизнь. Не всем повезло встретить тебя, Нейт, — Рин поднял глаза, и принц утонул в их нежности.
***
Терван терпеть не мог подобные дни. Мало того, что с самого утра ему принесли вести из провинции Кентса о том, что рабы подняли бунт, а возглавляет их какой-то сын портного, чью жену продали в рабство за его же долги, так ещё и еженедельный совет с членами тайной службы и доверенными людьми не принёс ожидаемых результатов. Пожалуйся он сейчас Нейту, брат бы, как всегда, выслушал и поддержал, или сказал что-то утешительное, а потом бы наверняка проникся жалостью к несчастному бунтовщику, потерявшему жену. «Вот только кто же заставлял портняжку лезть в долги?» – спросил бы Терван, а Нейт бы упрямо твердил, что должна быть причина, и что нельзя быть слишком суровым в наказании провинившихся рабов. Вот только Нейту теперь ни пожаловаться, ни спросить его добросердечного мнения. Прошло всего-то сколько? Около трёх недель? А ему уже не хватало младшего брата. Терван теперь не то что поговорить, даже присмотреть за ним не может.
Нейт вырос и выбрал свой путь, ради какого-то мальчишки, бывшей… Нет. Нейт ненавидел это слово и не позволял так называть Рина. И раз уж брата не волнует его прошлое, то и Терван о нём больше не вспомнит. Похоже, он ошибался насчёт этого мальчишки, и тот действительно любит Нейта. Второй принц сжал письмо, что лежало в его кармане. Его только-только доставили в срочном порядке из Сагора. У них получилось… Терван печально улыбнулся. Что ж, сегодня он в последний раз позаботится о младшем брате. Принц остановился у покоев Сатона и негромко постучал. Вообще-то, это было ни к чему — Терван единственный человек, которому позволено приходить к королю в любое время без доклада и предупреждения — даже королева не имела таких прав.
— Войдите.
Терван открыл дверь. В гостиной брата не оказалось, и он прошёл в спальню. Король лежал поперёк огромной кровати и приоткрыл глаза, только когда принц подошёл ближе к нему.
— Тер? Ты же только недавно ушёл, что-то ещё произошло? Бунта на востоке на сегодня не достаточно?
— Мне пришло письмо из Сагора – корабль картонцев отплыл от берегов Перии пять дней назад.
— Мальчишка был на борту? — спросил Сатон.
— Да.
— Хорошо. Ему нечего здесь делать, будь он хоть трижды маркизом.
— Да, ты прав, вот только... — Терван замолчал, собираясь с мыслями. — Нейт тоже на том корабле.
 — Что?! — король вскочил с постели и подлетел к нему. — Как?! Как такое возможно?! Как же ты недоглядел?! Как он вообще покинул город?!
— Это я его выпустил.
—Чт… — Сатон так и застыл, лишившись дара речи, и только смотрел на принца во все глаза. — Как ты мог? — прошептал он, когда прошёл первый шок. — Как? Это же предательство, Терван, почему?
— Ему здесь тоже не место.
— Этот ублюдок — принц Перии, как бы я не желал обратного! А если он соберёт там войско? Или наплодит детей, которые заявят потом свои права на трон?
— Войско? Нейт-то?! — усмехнулся Терван. — И о детях не беспокойся: он любит младшего маркиза и вряд ли когда-то изменит ему.
 
— Даже если и так! Его могут использовать против нас! Он обязан жить в Перии. Более того: я приказал ему никогда не покидать столицу! Даже ты не имел права нарушать мой приказ. Найти его! Выслать погоню немедленно. Отправь самые быстрые корабли, ты обязан вернуть его, Терван.
— Отпусти его, — тихо проговорил второй принц.
— Не понял?
— Отпусти.
— Ты — человек, который может безжалостно приказать убить любого. Тот, кто охраняет закон и порядок в этой стране. Мой советник, правая рука, опора и поддержка. Так почему ты всегда питал слабость к этому ничтожеству?
— Он наш брат. Даже если ты не признаёшь его, он и ты — моя семья, и другой у меня не будет. Сатон, отпусти его. Он никогда больше не потревожит тебя, ты его не увидишь: он не вернется в Перию. Ты уже достаточно наказал его за ту несчастную девушку. У него не было ни друзей, ни близких, да он и не жил толком. А теперь он наконец-то встретил человека, которого полюбил и готов бороться за него. Позволь ему жить своей жизнью, брат. — Король недовольно поджал губы, а Терван продолжил: — У меня есть ещё один довод – Маркиз Эмберс подписал торговое соглашение на двадцать лет, с одним единственным условием: ты не станешь преследовать Нейта, и наши люди никогда не побеспокоят ни его, ни второго маркиза Ринару. Если ты откажешься, я сожгу соглашение.
— Это шантаж, — Сатон устало опустился на кровать. — Двадцать лет прибыли в обмен на Нейта…
— Значит, контракт ты готов рассмотреть, а мою просьбу бы проигнорировал?
— Я хоть раз тебя игнорировал? Позлился бы пару дней, да успокоился, а Нейт… Пусть катиться куда угодно. Может оно и к лучшему. Он вообще не должен был родиться принцем. Если картонцы хотят с ним возиться – пожалуйста, я принимаю условия договора. Только Нейт должен умереть. — Терван поражённо уставился на брата, и тот, глядя на его лицо, расхохотался, — Тер… Серьёзно… Видел бы ты себя сейчас, и это самый грозный человек в королевстве. Мы объявим всем, что Нейт скончался, так и не поборов болезнь, с которой мужественно сражался последние месяцы. Его затворничество нам только на руку. Закрытый саркофаг пронесут от его дома до дворца и водрузят в усыпальницу королевской семьи. Для всех третий принц Перии будет мёртв. Если он когда-либо ступит на территорию Перии, ты убьёшь его своими руками, Терван. Подготовь церемонию, и на этом всё: после я больше ничего не желаю слышать о нём. Даже если вы будете поддерживать связь, я не хочу об этом ничего знать — для меня он будет погребён в семейной усыпальнице.
 — Спасибо, — Терван грустно улыбнулся и уже собирался покинуть королевские покои, но его остановил голос брата.
— Я любил её. Сколько бы женщин и любовниц я не сменил, ни одна не затронула моего сердца так, как Ирия. Ты просил меня относиться к нему добрее, просил не отсылать его мать, просил оставить ему этого мальчишку-шлюху и ещё много чего. Иногда я прислушивался, иногда злость была сильнее меня. Я даже пытался игнорировать его, но… Это только его вина. То, что случилось с ней – его вина. Говоришь: он достаточно наказан? Посмотри на меня – у меня нет никого, кроме тебя, пожалуй. Даже моим детям по большому счёту плевать на меня. Что дочь, что сын — наследник, предпочтут мать, нежели меня. Ты говоришь: Нейт влюбился, убежал из страны подальше от злого старшего брата-короля, чтобы быть со своим мальчишкой, и я должен его отпустить. Отпускаю! Но, Терван, неужели он заслужил счастье? И почему тогда счастье так и не досталось мне?
— Она не любила тебя, — тихо сказал второй принц.
— Я этого уже никогда не узнаю.
***
Проснувшись, Рин протянул руку и наткнулся на пустую половину койки. Нейт — эта ранняя пташка — опять поднялся, пока он спал. Наскоро умывшись холодной водой из таза, стоявшего в углу каюты, он надел первые попавшиеся вещи. Выйдя на палубу, отыскал глазами Нейта – тот стоял у борта корабля и смотрел на лёгкие морские волны. Рин подошёл к нему и обнял со спины.