Опаленные мечты (ЛП)

Когда мы находимся на людях, Рокко всегда ведет себя как любящий и заботливый муж. Никто бы мне не поверил. А Рокко ясно дал понять, что будет с моей мамой и братом, если я обмолвлюсь хоть словом. Поэтому держу рот на замке и терплю до тех пор, пока не накоплю достаточно денег, чтобы мы все трое смогли уехать как можно дальше.
Скоро.
  
Глава 3
 
Я нажимаю на серый значок в углу экрана ноутбука. Появляется окно с надписью «Подключение…» Через десять секунд рабочий стол компьютера заполняется мозаикой из десятка окошек, в каждом из которых показывается изображение с камеры, установленной в особняке Пизано.
— Работает? — спрашивает Феликс с другого конца телефонной линии.
— Да. Я подключился. Если возникнут проблемы, я тебе позвоню.
— Не вздумай бросать трубку! — кричит он. — Я хочу знать, что ты планируешь.
— Ничего такого, не волнуйся.
— У нас был уговор, Аз. Я помогаю тебе исчезнуть с радаров Крюгера, а ты сидишь тише мыши.
— Я не высовываюсь, Феликс. — Я нажимаю на окно, показывающее входные ворота, и наблюдаю за сменой охранников. — Мне нужно, чтобы ты достал мне тело.
— Тело? Какое тело?
— Мертвое. Мужчина. Около тридцати лет. Кавказец. Черные волосы. Рост метр семьдесят. Весом где-то под сто пятнадцать килограмм. — В последнее время я себя не измерял, но это неплохая прикидка.
— Не вопрос. Когда оно тебе нужно?
Сколько времени нужно, чтобы разрушить жизнь человека?
— Через два месяца, — отвечаю я.
— Ну разумеется. А как насчет цвета глаз? Может быть, у тебя есть любимая прическа? — усмехается Феликс в трубку. — Ты что, думаешь, у меня чертова служба «мертвецы на заказ» на быстром дозвоне? Где, черт возьми, я возьму тебе тело?
— Ты знаешь людей, Феликс. Придумай что-нибудь. — Я ухмыляюсь. — При условии, что он будет достаточно похож на меня, это сработает.
— Ты собираешься инсценировать свою смерть?
— Да. Как только закончу здесь.
— Закончу? Что закончу? — огрызнулся Феликс. — Если ты…
Я прерываю звонок, бросаю телефон на кровать рядом с собой и сосредотачиваюсь на экране ноутбука. Снаружи дома установлено более десяти камер, еще шесть — на стенах по периметру участка. Но в доме имеется только одна камера, установленная над входной дверью. Когда придет время, будет чертовски сложно, но не невозможно.
Мой телефон пикает от входящего сообщения. Это расписание миссис Пизано на сегодня. Шоппинг — три часа. Обед в ресторане — один час. Визит к матери — один час. Рядом с каждым из перечисленных мероприятий указан адрес. Сообщение заканчивается примечанием, выделенным жирным шрифтом.
«Завтра жду подробный отчет».
Наблюдение за сменами охранников, видимо, придется перенести на другой день. Я беру с тумбочки кобуру, надеваю ее и, взяв в руки куртку, выхожу из дома.
К особняку Пизано подъезжаю на полчаса раньше, чем нужно, и это время использую для того, чтобы пройтись по территории, изучая планировку и расположение камер.
Две над парадным входом — одна направлена на дверь, другая — на подъездную дорожку. Еще три — по одной с каждой стороны — прикрывают фланги дома. Сделав вид, что совершаю обычную прогулку, я пошел по узкой тропинке между деревьями, разбросанными по территории, и продолжил осмотр. На каждом углу стены по периметру дома установлены камеры, еще несколько — на воротах и в сторожке. Вернувшись к главному дому, обнаруживаю еще несколько камер, выходящих во внутренний дворик и на лужайку.
В пятидесяти или около того ярдах от особняка находится еще одно здание. Оно похоже на гараж, но слишком большое. Я схожу с тропинки и иду по траве, приближаясь к входу, чтобы заглянуть внутрь через приподнятую эркерную дверь. Это гараж, и внутри припаркованы пять машин. Люди из «Коза Ностры» любят посплетничать между собой, и я часто слышал, как они говорили о том, что Рокко помешан на дорогих машинах. Похоже, слухи правдивы, по моей беглой оценке, машины здесь стоят не меньше двух миллионов. Вероятно, он не очень хорошо отнесется к их потере. Я поворачиваю налево и огибаю гараж. Только одна камера, прямо над дверью отсека. Хорошо. Возвращаюсь к особняку.
 
Я вхожу в фойе как раз вовремя, чтобы увидеть спускающуюся по лестнице миссис Пизано. На ней элегантный наряд: коричневые брюки, шелковая рубашка того же цвета, поверх длинное белое пальто. Волосы снова убраны в высокую прическу, а большие коричневые солнцезащитные очки скрывают половину лица.
Рокко открывает дверь своего кабинета и спешит через фойе, встречая жену у подножия лестницы. Я сжимаю кулаки, испытывая зуд от желания медленно его задушить. Я надеялся, что, находясь так близко к Рокко, смогу контролировать себя, зная, что его смерть не за горами. Прошлой ночью мне приснился сон, в котором он был подвешен к потолку вверх ногами, а кровь стекала по его телу, и каждая капля падала в скопившуюся лужу с вязким глухим звуком. Это был самый лучший сон за всю мою жизнь.
— Хорошо спала, bellissima? — Пизано улыбается и целует жену в щеку.
— Да, спасибо.
— Отлично. Приятного дня и не забудь купить тот золотой браслет, который нам понравился. У жены Джанкарло такой же, но поменьше, а мы не можем допустить, чтобы Элизабетта носила украшения лучше, чем ты.
— Конечно, нет. — Миссис Пизано улыбается. — Спасибо, Рокко.
Я иду к машине, открываю заднюю дверь и жду. Миссис Пизано подходит и смотрит на сиденье. Сиденье моей машины с шинами, сделанными на заказ, гораздо выше, чем в обычном автомобиле. Если я намерен убить ее, это не значит, что я должен быть придурком.
Как ни странно, моя ненависть к Равенне Пизано не носит личного характера. Она не имеет никакого отношения к смерти моей жены, но олицетворяет собой все, что украл у меня ее муж. Говорят, что время лечит все раны, но в моем случае все произошло наоборот. С каждым днем мой гнев и жажда возмездия становились только сильнее. Месть Рокко Пизано стала целью моей жизни, единственным смыслом существования, той движущей силой, которая заставляла меня дышать в надежде пролить его кровь. Раньше я мог опасаться, что жертвами станут невинные люди. Но не сейчас.
Миссис Пизано склоняет голову и, возможно, несколько секунд смотрит на мою протянутую руку. Затем полностью игнорирует мое предложение о помощи и, взявшись за спинку сиденья, садится. Я закрываю за ней дверь и обхожу машину, крепко сжав челюсть. Может, я ей и не нравлюсь, но это меркнет по сравнению с моими чувствами к ней и ко всем, кто связан с Рокко Пизано.
За время часовой поездки телохранитель не проронил ни слова. А жаль. У него очень приятный голос. Глубокий и хриплый. Он ему очень идет. Пока мы едем к месту назначения, он не смотрит на меня, не удостаивает даже мимолетного взгляда в зеркало заднего вида. А я, наоборот, все время наблюдаю за ним. Наверное, хорошо, что на мне солнцезащитные очки, иначе он подумал бы, что я какая-то дурочка.
Перевожу взгляд на его руку, лежащую на рычаге переключения передач. Когда садилась в машину, он протянул ту же руку, чтобы помочь мне. Когда Рокко так поступает, мне приходится сглатывать желчь, чтобы почувствовать желание прикоснуться к нему. О том, чтобы не взять мужа за руку, не может быть и речи. Он одержим идеей сделать наш брак идеальным. Рокко проявляет себя только тогда, когда мы остаемся вдвоем.
Увидев протянутую руку Алессандро, я не осмелилась дотронуться до него. На подъезде стоят камеры, и Рокко часто проверяет записи. Не хочу, чтобы мой муж причинил вред Алессандро только потому, что я позволила себе дотронуться до своего телохранителя. Не знаю, что происходит между ним и моим мужем, но Рокко, кажется, не беспокоится об Алессандро. Это необычно. Раньше, если мой телохранитель видел меня или каким-либо образом прикасался ко мне, Рокко приходил в ярость.