Из двух зол... (СИ)
– Понятно... - протянул я слегка разочарованно. Все-таки я очень рассчитывал на поддержку Гвоздя. А тут ему самому впору помогать. - А связь с ним есть?
– Есть, - утвердительно кивнул зам вождя колхозанов. - Но он сказал по пустякам не дергать.
– А намечающийся совместный рейд на Герцога, о котором Гвоздь так давно мечтал - это пустяки?
– Да! - не колеблясь ни секунды подтвердил Пастух. - Гвоздь мне четко сказал: "Пока по улицам поселка не пойдут марсианские треножники, расстреливая всех и всё - меня лучше не дергать. Справляйся сам."
– Ну так давай тогда справляйся. Вместе со мной рейд замутим.
– Ты смеешься? Да у меня тут народу почти не осталось. Ну, в смысле - бойцов. Мелких-то навалом. Как и девок. А в строй ставить некого. Два ствола на весь поселок. Всё с собой Игорь унес. Некому воевать!
– И что, совсем ничем помочь не можешь?
– Ничем. Извини бро, совсем ничем. Жди Гвоздя. Как вернется обо всем с ним договоритесь.
– Так когда он появится-то? Ты хоть сообщи ему, что я приехал и зачем.
– Нет, Шиша. Нет. Он крепко-накрепко запретил его по пустякам тревожить...
В общем, как я не бился - результат был нулевой. Разговор шёл по кругу. В итоге мне пришлось так не солоно хлебавши и уезжать, ничего не добившись. Что за зама себе Гвоздь выбрал? Безынициативный просто ужас! Ничего не решает. Нет, с одной стороны Гвоздя тоже можно понять. Имея перед глазами пример того же боевого Жмура, оттеснившую от руля Варвару в Карчевке - он законно опасается подобного же. И, потому, приблизил к себе самого серого и невзрачного. Но зато верного. Который никогда не предаст. А всех инициативных раскидал по окраинам. Кабан в Заозерном. Макс на Стальмосте овощехранилище охраняет. Неведомый мне Горыныч в СНТ Западное получается. Не знаю. Не берусь судить, правильно ли он поступил. Это его проблемы. Вот только мне самому что делать в такой ситуации?
Домой возвращались молча. Да, вот она какая птица обломинго. Договорился бы с Гвоздем и все мои проблемы были б решены. А теперь самому крутиться нужно. Нет, у меня, конечно, есть пара идеек, как вывернуться из этой скользкой ситуации. Но заниматься этим буду уже завтра. Сил нет никаких. Нельзя! Нельзя так на износ работать. Вроде и физически сегодня вообще ничего не делал, одни только разговоры разговаривал, а чувствую себя как выжатый лимон. Надо отдохнуть. Подумать хорошенько. Как говорится "переспать" с этой идейкой. А завтра с новыми силами в бой.
Но и отдохнуть мне вечером толком так и не дали. Сначала мама Таня подскочила - напомнила, что я обещал с детьми поиграть, заняться. Пришлось выполнять. Так как на подвижные игры я был явно не способен, играли в крокодила. Ну это когда один рисует что-то на листе или на доске, а все остальные угадывают, что это... Кто первым угадал - получает конфетку и выходит сам рисовать.
Ну что сказать. Было весело. А я в полной мере сумел оценить художественные таланты Васьки. Да, она умела рисовать. Без дураков. По настоящему. А то я до последнего в этом сомневался. Ведь я-то знавал таких «художников»... В художку-то ходили тоже, а коснись что... а у них фигня получается. А критиковать не смей. Обида лютая. "У меня свой стиль! Ты не понимаешь просто." Выдавали за что-то особенное, за некий неуловимый шарм, банальную собственную лень и бездарность. Так вот Васька была не из таких. Она действительно - Художник. Мне с моими потугами и рядом не стоять. Это только на фоне совершенно не умеющих рисовать я что-то там стоил, а рядом с профессионалом сразу видно кто есть кто. У Васьки действительно уровень.
Эта-то Васька и не дала мне толком отдохнуть, подойдя ко мне в перерыве игры и напомнила об обещании написать пару заметок для газеты. Пришлось опять напрягать усталый мозг.
Основную статью я посвятил Дане. Написал о героизме. О мужском поступке. О том, как он остался прикрывать отход других. И принял свой последний бой, вызвав огонь на себя. Только чтоб ребята ушли. В общем, получилось неплохо. Мне даже самому понравилось.
Вторую статью посвятил Малинке. Тоже не пожалел дифирамбов. О проявленной твердости в плену врага. О перенесенных мучениях и о бесчеловечных пытках людоедов-захватчиков.
Ну и третью, самую маленькую статью - про общую обстановку в поселке. Свою роль постарался не выпячивать. Ограничился общими фразами. Так только, упомянул об участи захватчиков: "Да, демоны были. Не отрицаем. Но они того... Самоликвидировались." И в конце красочно описал последний бой Эльбы с Немцем. Тоже художественно получилось. Да.
Но Васька прочитав мои статьи оказалась недовольна.
– А почему ты ничего о себе не написал? Это ведь ты убил шестерых из восьми нападавших! А тут даже своего имени ни разу не упомянул. Словно они действительно сами по себе перемерли все.
– Ну ты же знаешь, что это я сделал? И все остальные тоже знают. Так зачем говорить об очевидном?
– Но это неправильно! - вроде как даже малость возмущенно заявила художница. - Это мы сейчас все знаем. А если кто чужой прочитает? Что он тут поймет? Ты вон про подвиги Дани, Малинки и Эльбы написал, а сам больше их всех троих сделал раз в пять. Но даже словом об этом не обмолвился!
– Кому надо всё и так знают. А кто не знает - тому и не надо.
– Нет! Так нельзя! - горячилась девчонка. - Надо и про тебя написать.
– Пиши, - тут же согласился я. - Если так горишь желанием - можешь весь третий номер моим подвигам посвятить. Но сначала вот этот, второй номер до ума доведи.
– Ну я же не умею писать? - тут же скисла девчонка.
– Ну значит и говорить больше не о чем. Я тебе статьи написал? Написал. Делай.
– И все равно, я что-нибудь ещё придумаю, - не могла не оставить за собой последнее слово маленькая женщина. - Найду кто мне про тебя напишет!
– Ради бога, - устало улыбнулся я ей.
На ночь решили спать все в одном доме. Пока полностью не решена проблема с Левашово, спокойный сон для нас роскошь. Собрали всех в доме. Натащили кроватей в клуб. Расстелили постели. Все пометились. На ночь составили график вооруженных дежурств. В него вошли Эльба, Темный, Толстый и Рыжик. Каждому досталось по два часа. Только меня как самого уставшего и раненого от дежурства освободили. Чуть ли не пинками погнали в мою комнату отсыпаться. А я и не спорил. Ибо реально вымотался. И стоило мне ощутить с обоих боков привычное тепло двух маленьких тел, как я тут же провалился в сон...
Из которого был довольно грубо выдернут бесцеремонным тормошением за плечо.
– Шиша... Шиша, проснись. Там это... Левашовские пришли...
Ничто так не способствует скорейшему пробуждению, как ударная доза адреналина в кровь! По моим внутренним ощущениям я подскочил мало не до потолка, ещё в полете натянув штаны и схватив в одну руку пистолет, а во вторую свой нож.
– Сколько их? Где они сейчас?
– Так это... - слегка растерялся разбудивший меня Толстый. - Там внизу сидят. Двое их. Девки.
– Какие еще девки? - Продолжал тупить я спросонья, - а где левашовские?
– Ну девки и есть левашовские, - терпеливо объяснял мне пацан. - Сбежали из Левашово, ну.
– Ах, беженцы, - наконец-то врубился я. - А может засланные к нам? Там внизу кто с ними остался?
– Так там наших полный клуб, - заерзал Толстый, - половина уже и проснулась, пока я их впускал.
– С оружием там кто из наших? - начал по настоящему закипать я. - Ты же на посту! Должен был меня будить кого-нибудь из проснувшихся отправить, а сам за пришедшими следить!
– Так там... Тёмный же с ружьем... И Синица.
– Ты им пост передал?
– Я... Это... Но они же проснулись... Синица, так точно.
Я лишь грязно выругался на это. торопливо одеваясь. Подхватив из тумбочки автомат я торопливо захромал вниз. Толстый виновато сопел где-то за спиной.