Война вечножителей (ЛП)

– Да плевать. Мне-то что? Делайте что хотите.
Бабушка нахмурилась – дурные манеры мальчика ей не понравились, но она продолжила.
– Дальше Вероника.
Вероника посмотрела сначала на Генри, потом на всех остальных.
– Предлагаю выпотрошить весь Чертог. Мастер похитил Генри и меня. Из-за него мои дочери жили в приюте. Он украл два года моей жизни. Откройте все двери, Рельда.
Генри нахмурился. Когда старушка повернулась к нему, он пришел в ярость.
– Ты знаешь мой выбор. Папа сказал бы, что мы съехали с катушек, даже обсуждая это. Из-за такого высвобождения магии он и мертв.
Дядя Джейк уставился в окно.
– Но мой голос не имеет значения, – продолжил Генри. – Большинство уже высказалось.
– Хэнк, твои опасения приняты к сведению, – сказал Канис. – Однако участие в тренировках поможет тебе понять, что страхи никогда не оправдаются. У тебя значительные таланты. Тебя как-никак тренировал Базиль Гримм. Ты бы мог…
– Это не моя война, Канис, – отрезал Генри.
Бабушка кивнула.
– Сабрина?
Сабрина хотела проголосовать против. Она видела, какой хаос может наделать магия. Она настолько увлеклась силой волшебных предметов, что у нее появилась зависимость от них. Что, если то же самое случится с одним из солдат или, что хуже, со всем полком? Но в глазах Дафны плескалась надежда, которая, как казалось Сабрине, означало, что младшая сестра простит ее, если она проголосует «за». Но, скажи она «нет», предаст она дядю, а скажи «да», предаст своего отца?
– Сабрниа, что ты скажешь? – снова спросила бабушка.
– Открывайте двери, – ответила Сабрина.
Дафна посмотрела на нее, словно никогда ее не видела прежде. Полным прощением это не было, но это и не был взгляд, с которым она смотрела несколько дней.
Генри же нахмурился и выбежал из хижины.
Бабушка свела брови, но не последовала за ним.
– Что ж, решено, мистер Канис. Передайте Шарманьяку, что он получит все из списка. Надеюсь, что это поможет.
– Я молюсь за это, – ответил Канис.
– Отлично, за работу.
***
– Вы сказали «армия»? – переспросил Зерцало, изучая список.
Бабушка кивнула. За ней стояла рота из примерно тридцати солдат, вместе с Вероникой, Сабриной и Дафной. Солдаты были разношерстными – в основной рыцари Круглого Стола и Веселые разбойники. А еще Моргана ле Фэй, Кот в сапогах и Страшила. И несколько фей, которых Сабрина никогда не встречала, одна другой отвратительней, и довольно вонючая баньши. Все посетители были совершенно сбиты с толку, пройдя через черный ход Отеля Чудес в Чертог Чудес. Даже Шарманьяк, чье собственное зеркало было ничуть не менее волшебным, потерял дар речи.
– Ну ничего себе, – проговорил мистер Семерка, восхищаясь огромным залом.
– Да, к этому месту никогда не привыкнешь, – подтвердила Снежка, хотя сама она провела здесь много вечеров, обучая сестер боевым искусствам.
– Злая Королева описывала это зеркало как «первый блин комом», – сказал Шарманьяк, имея в виду женщину, создавшую волшебные зеркала и их хранителей.
– Первый блин комом? – вскричал Зерцало.
Шарманьяк оставил его без внимания.
– Я ожидал чего-то гораздо менее грандиозного. – Он прошел по Чертогу Чудес, руководя новобранцами, которые устанавливали палатки и раскладывали спальные мешки. – Мы сможем тренироваться прямо здесь. А еще можно хранить здесь всю пехоту, и оружие.
– Рельда, я что-то пропустил? – спросил Зерцало.
Бабушка протянула ему массивную связку ключей.
– Я с семьей согласились помочь армии принца Шарманьяка с припасами и тренировками. Список подскажет тебе, что им нужно.
Зерцало выглядел ошеломленно.
– Я уже не молодое зеркало, Рельда, но с памятью у меня все в порядке. Ни один Гримм не вмешивался в общину вечножителей таким образом. Я против.
– Тц-тц, – цокнул Шарманьяк, подходя к Зерцалу, и навис над ним. – Никому нет дела до твоего мнения. Ты слуга. Поторопись и открой все двери.
– Мистер Шарманьяк! – вскричала Дафна.
– Он не слуга, а наш друг, – поддержала Сабрина.
 
– Девочка, этот «друг» даже не настоящий. Он не более чем система безопасности, предназначенная для присмотра за этим залом и выполнения приказов. А личность у него только для того, чтобы общаться с ним было приятно. И его упрямство, очевидно, является неисправностью, которую нельзя оставлять без внимания, нужно передать его производителю. Он тратит бесценное время. Моим войскам нужно тренироваться.
– Ты забываешься, Билли Шарманьяк, – одернула его Белоснежка, вставая между двумя мужчинами. – Зерцало – важная часть семьи Гриммов, и его очень уважают. Я не понаслышке знаю, какой он милый. – Она обернулась к Зерцалу. – Так, я могу более подробно рассказать про наши планы, но пока давай просто скажу, что мы в меньшинстве и у нас нет волшебной огневой мощи, чтобы противостоять Мастеру и Алой Руке. А ты можешь помочь нам уравновесить чаши весов.
Зерцало посмотрел на переданные ему ключи, потом на список. Пожав плечами, мужчина пошел делать, что его попросили.
– Не обижай его, – накинулась Дафна на принца.
Тот закатил глаза.
– Что мы можем сделать? – шагнула вперед Вероника.
Снежка улыбнулась.
– Ты и твоя семья – ключ к нашему успеху. Нужно, чтобы вы натренировали нас, как использовать эти вещи.
– Будем рады помочь, – ответила Вероника. – Но я не хочу, чтобы девочки участвовали в чем-то опасном.
Весь день Гриммы обучали вечножителей правильному использованию магических штуковин. Сабрина делала все, чтобы помочь, ни к чему не прикасаясь, и в конце концов научила некоторых управлять ковром-самолетом. От его магии она не впадала в зависимость, поэтому она научила нескольких рулить, лететь прямо и набирать скорость. Было приятно, когда солдаты обращались с ней как с героиней, но помогать им было словно предавать отца. Генри вместе с ними в зале не было. Вместо этого он сидел во дворе форта и брюзжал. Сабрина вспоминала все случаи, когда она дулась вместо того, чтобы помогать, и впервые ясно увидела, насколько это раздражало.
Довольно быстро Дафна стала экспертом по многим вопросам. Сабрина знала, что сестра умела обращаться с палочками и кольцами, но была удивлена, увидев, с каким уважением к ней обращаются вечножители. Сабрина смотрела на нее со смесью гордости и сожаления, что относилась к ней как к ребенку. Очевидно, Дафна повзрослела.
Бабушка Рельда обучила нескольких Веселых Разбойников искусству взмаха волшебной палочки, чтобы активировать ее магию. Здоровякам, которые привыкли бить злодеев дубинками и стрелять из лука, сразу это умение не давалось. Палочка требовала немного деликатности, что приводило к крикам и разочарованию. Разъяренный Малыш Джон так ударил ближайшую мраморную стену, что сломал руку. Вероника помогала медсестре Кильке вправлять сломанные кости, а дядя Джейк одолжил ей лечебную мазь. После лечения Малыша Джона женщины перешли к другим, кто получил незначительные травмы на тренировках.
Дядя Джейк, имевший немалый опыт общения с волшебными существами, оседлал единорогов и делал все, чтобы успокоить взволнованных зверей. У животных был упрямый характер и единственный заостренный рог, который делал их особенно опасными. Эльвис рядом с ними приходил в ужас и прятался за Вероникой, когда какой-то единорог проходил близко. Несмотря на явную боль в сердце и раненом плече, Джейк никогда не отдыхал.
К большому сожалению, к концу дня Сабрина забеспокоилась, что армия – дело проигрышное. Большинство солдат были безнадежными неумехами, у некоторых появилось нездоровое пристрастие к магии. Что хуже, оставалось слишком много вечножителей, которых нужно было обучить, и очевидно, что только время и практика могли помочь освоить новое оружие. Снежка рассказала Сабрине, что в форте осталось около трехсот солдат, ждущих тренировки на следующий день.
– Сабрина, покажешь мне, как на нем летать? – попросила Белоснежка, указывая на коврик.