Первая стена

— Как вы могли не увидеть исходящую от этого культа угрозу? — Амон редко повышал голос вне боя, но его слова эхом отразились от сводчатого потолка зала, и последнее слово прозвучало угрожающе.
Киилер открыла рот, собираясь ответить, но её остановила поднятая рука Малкадора.
— Именно это и является темой нашего обсуждения, кустодий, — сказал регент.
Они двигались быстрой процессией по внутреннему проходу Последней стены — Дорн распорядился, чтобы они разговаривали только в то время, когда он перемещается между другими сражениями, требовавшими его внимания. Стены и пол непрерывно дрожали из–за грохота попаданий и ответного огня башен. Из боковых коридоров и бастионных казематов доносились лязг магазинных подъёмников, доставлявших снаряды к макропушкам, и топот обутых в сапоги ног.
Шаги впереди выдавали присутствие четырёх отделений Имперских Кулаков, расчищавших путь к месту назначения Преторианца — мобильный кордон Храмовников под командованием Сигизмунда. Их присутствие гарантировало, что импровизированный конклав останется незамеченным.
Помимо Малкадора и Дорна, на собрании присутствовали первый капитан Сигизмунд и Константин Вальдор. Эти гиганты были вынуждены идти медленно, чтобы Малкадор поспевал за ними, постукивая посохом по голому феррокритовому полу. Киилер сопровождал Кирилл Зиндерманн, который теперь заговорил в первый раз.
— Согласиться с этим — значит признать, что сама леди Киилер представляет угрозу Императору, — сказал бывший итератор. Точными, изящными руками он разгладил складку на своей одежде. — И мои собственные убеждения, хотя в данный момент они имеют существенно меньшее значение.
— Капитан-генерал, я знаю, что произошло в госпитале, — сказал Амон. — Вместе с доказательствами из карантинных казарм очевидно, что существует связь между ритуалами Lectitio Divinitatus и демонической активностью.
— И что вы предлагаете? — спросил Малкадор. Он откашлялся от пыли, которая плавала в лучах света люменов. — Сомневаюсь, что чистка от теистов принесёт нам пользу, даже если это возможно. Осада находится в неустойчивом равновесии, чтобы рисковать вызвать огромное недовольство среди значительной части наших солдат.
— Речь идёт не о преследовании по закону, а о защите Императорского дворца, — сказал Вальдор. Его доспехи загудели, когда он повернулся и посмотрел на регента. — Битва бушует на многих уровнях, вы знаете это.
— Я не могу выделить ни одного воина, — прямо сказал Дорн. Он выглядел раздражённым тем фактом, что его подстерегли за пределами стратегиума, но его присутствие было необходимо. Амон надеялся, что Преторианец окажется верным союзником, но его, очевидно, нужно было ещё немного убедить. — Я не могу сказать вам, как идёт духовная война, но чаши весов физического конфликта готовы качнуть в любой момент. Враг контролирует половину базовых уровней космического порта Львиные врата, и почти такое же количество территории в верхнем шпиле. Силы неизвестной численности действуют в Небесном городе, но командующий Ранн не может выделить огневую мощь, чтобы уничтожить их, не ослабив одновременно защиту транспортных мостов. Я собрал ударную группу подкрепления, которую капитан Сигизмунд возглавит в течение часа, но это не оставляет мне никаких резервов. Все легионы растянуты до предела.
— Учитывая вашу недавнюю встречу с демоном Самусом на борту «Фаланги», давайте вспомним это своевременное напоминание о исходящих от Нерождённых опасностях, — сказал Амон, посмотрев на Киллер. — Давайте также не будем упускать из виду связь этого происшествия с вами через фигуру Мерсади Олитон.
— Я мало что знаю о том, что произошло, — ответила Киилер, переводя взгляд с Амона на Малкадора. — Как бы то ни было, мы с Мерсади давно расстались.
— Я слышу обвинения, но не вижу никаких подтверждённых предложений, — снова сказал Малкадор, покачав головой. — Рогал прав, мы не можем выделить воинов со стен для патрулирования Внутреннего дворца. Как раз такое отвлечение может являться целью этих появлений.
 
— Мы должны верить, что Император защитит нас, — сказала Киилер. — Клянусь, я была свидетелем Его силы. Именно Его воля сдерживает Нерождённых. Поклонение Lectitio Divinitatus будет только усиливать Его.
— Это правда, в какой–то мере, — согласился Малкадор. — Именно телэфирная защита оберегает нас от демонического вторжения. Император находится под постоянным нападением, пожалуй, неудивительно, что это странное появление произошло именно сейчас.
— Император в опасности? — потребовал ответа Вальдор. — Что с охраной Имперской Темницы?
— Император всегда в опасности, Константин. Противостоять Четырём Силам — значит быть их врагом. Но угрожает ли Ему это физически? Думаю, что нет.
— Что насчёт Безмолвного Сестринства? — спросила Киилер. — Не должны ли они прислать своего представителя?
— Сёстры Тишины так же растянуты непрерывными атаками, как и все остальные наши силы, — ответил ей Дорн. — Будучи вынужденными покинуть лунные комплексы, они лишились части поддержки, которой обычно обладали для проведения широкомасштабных антипсайкерских операций. Они охраняют стены от колдовства, как Император охраняет Терру от демонов.
— Возможно, нам нужно просто изучить носителя этих психических способностей, — предположил Вальдор, недвусмысленно посмотрев на Киллер. — Вы исповедуете силы, которые можно описать только как исходящие от варпа.
— От Императора, — ответила она, скрестив руки на груди. — Не от врага.
— Различие, которое, кажется, видите только вы, — заметил Амон.
— Вы игнорируете несколько важных фактов, — возразил Зиндерманн, встав рядом с Киллер. — Во-первых, я сам был свидетелем ритуалов отречения с использованием священного текста.
— Предполагаемое изгнание демона на борту «Духа мщения»? — почесал подбородок Малкадор. — Разве не вы вызвали это заклинание?
— По ошибке, — поспешно сказал Зиндерманн, — через проклятую книгу. Несмотря на это, именно сила Императора позволила леди Киилер развеять Нерождённого.
— Я чувствовала реальную силу с Несущими Свет, — сказала Киилер. — Силу, которую мы могли бы использовать. Почему Император должен защищать нас за Себя, а мы ничего не должны отдавать? Наши молитвы могут быть использованы как оружие против нечестивых, так же как болты и лазерные разряды являются врагами для смертных.
— Давайте отложим это ненадолго, чтобы не уходить от темы, — быстро сказал Малкадор. Он посмотрел на Зиндерманна. — Вы сказали «во-первых», имея в виду, что у вас есть другие причины, по которым мы не должны подозревать Киллер в этом происшествии?
— Первое появление произошло, когда она находилась в заключении. Второй раз, когда она была в другом месте. Единственное проявление, которое у нас есть, когда леди Киилер действительно присутствовала, кажется, совершенно безобидным.
— Возможно ли такое? — спросил Сигизмунд, нарушив молчание. Храмовник следовал чуть в стороне от группы, и Амон почти забыл про него. — Возможно ли таким образом направлять сущность Императора?
Амон заметил, что Дорн глубоко нахмурился, словно раздосадованный словами первого капитана.
— Мы не будем предаваться суеверным домыслам, — прорычал примарх.
— Разве это суеверие, когда есть свидетельства сверхъестественного? — сказал Зиндерманн, удостоившись предупреждающего взгляда от возвышавшегося над ним командующего. Он вздрогнул, приняв на себя всю тяжесть неудовольствия Дорна, даже долгий опыт общения с примархами не мог защитить его от устрашающего присутствия генетических сыновей Императора. Он осторожно продолжил: — Если сила Нерождённых может быть направлена с помощью колдовства, разве верующий не может служить фокусом для мощи Императора?
 
— Я не знаю, идёт ли речь об обсуждении теологии или метафизики, но ни то, ни другое не имеет отношения к нашей цели, — сказал Вальдор, не позволив Малкадору ответить. — Что делать с этими культами? Я принимаю довод, что в настоящее время безобидное поклонение Императору может быть полезно для морального духа и, возможно, удержит умы, ищущие большую силу, от блуждания по неисследованным путям.