Хроники пилота: Звездолет для бунтаря (СИ)

Выключив рацию, недовольно взглянул на Сашку:
— Ты понял? У нас максимум пять-десять минут. Потом они сюда припрутся.
— А боров — это я? — Хряк с широкой ухмылкой почесал свою бычью шею. — Здорово ты им лапшу на уши навесил.
Не стал узнавать, какую лапшу и почему я навесил, эти идиомы землян иногда начинали злить. И я решил игнорировать их.
— Ну что, Сашка, веди нас к твоей квантовой пушке. И знаешь, что я тебе скажу — в следующий раз дам в рожу. Никто никогда не может мною манипулировать.
  
— Я понял, понял, босс, — Смирнов лукаво подмигнул. — Ну ты ж сам хочешь ее заполучить? Ведь хочешь?
И мы почему-то направились не к лифту, на котором сюда прибыли, а в другую сторону. Сашка прошел почти до конца коридора, остановился у абсолютно ровной стены, выкрашенной матовой голубой краской. Ни щели, ни отверстия, ни экрана.
Бросив на нас хитрый взгляд, незаметно провел рукой по стене на уровне пояса, и там будто краска на стене стала прозрачной, сквозь нее весело заголубел экранчик. Еще одно незаметное движение, и кусок толстой стены сдвинулся с удивительной легкостью, мягко ушел внутрь.
Я взглянул в отверстие, и отшатнулся, аж голова закружилась — куда-то вглубь планеты уходило темное нутро шахты. Бросая на стены тусклый желтоватый отсвет, едва-едва мерцали аварийные огни.
— Чего, прыгать будем туда? Ноги не переломаем?
— Ну зачем прыгать, дорогой! — с каким-то странным смешным акцентом пробасил Сашка. — Транспорт сейчас прибудет.
Действительно, послышался грохот поднимающейся платформы. Остановилась напротив. Сашка вручную поднял решетчатую дверцу вверх. И мы оказались внутри.
Платформа просела, покачнулась под весом Хряка, но резво тронулась вниз, все быстрее и быстрее набирая скорость, так, что вжало в пол.
— Что так все сложно? — вырвалось у меня. — Что это за пушка такая, чтобы ее прятать на такой глубине? Может она вообще какой-то недоработанный прототип? Взорвется в руках.
— Лазер, не дрейфь, прорвемся! — Хряк хлопнул меня по плечу с такой силой, что я присел. — Если что, на мне попробуем.
— Слушай, Сашка, а как ты вообще об этом узнал?
— От своих хлопцев, с которыми я переписывался в сети. Ну я тебе рассказывал. Из охраны. Один из них похвастался, что участие принимал в операции по извлечению этой вундервафли.
— Вундер… чего? — автоматически вырвалось у меня.
— Супероружия, — встрял Хряк. — Я слышал об этой штуке. Болтали разное. Говорили, что на Землю грохнулась инопланетная тарелка, в ней видимо-невидимо всякой заумной хрени…
— Да, верно, — подхватили Сашка. — Нашли разбившийся звездолет. И оттуда массу всяких технологий взяли. Эти технологии и дали нашим яйцеголовым сделать такой прорыв в технике, особенно, космической. Ну, а принцип действия этой пушки до конца не поняли…
— Вот как. Ну и зачем нам рисковать? — перебил я его.
— Затем, что у этого оружия невероятная мощь. Если человек знает, как использовать.
— А мы не знаем…
— Ну почему же? Технология инопланетная. А ты у нас пришелец. Может быть, ты и поймешь?
— Ну здорово. То есть вы думаете, у всех инопланетян одинаковые технологи и один пришелец знает, как работает техника других пришельцев?
Сашка лишь пожал плечами, отвернулся, сделал вид, что рассматривает пролетавшую стену, будто его этот вопрос совершенно не интересовал. Но слова его заставили меня глубоко задуматься: если эти технология со звездолета скалькутсов, то зачем они ее спрятали? Уж они-то могли знать, как пользоваться этой штукой? Но рассказ Сашки меня настолько заинтриговал, что я уже просто места себе не находил, так хотелось пощупать эту штуку. Что это — портальная пушка, или аннигилятор? Или еще что-то? Смогу я проникнуть в тайны скалькутсов?
Наконец платформа остановилась. Сашка раздвинул руками вверх и вниз решетку, и мы вышли в коридор, неяркий свет круглых ламп, встроенных по центру в потолок, обозначил стены, пол, потолок из бетонных, плотно пригнанных друг к другу плит. На уровне пояса шла выпуклая полоса из абсолютно черного материала, где золотой вязью проступали символы. Они напомнили те, что я видел в технических туннелях на лунной базе, через которые мы шли с Тимуром Селивановым спасать Ковалева и Дарлин из рук маньяка. Но сейчас эти странные каракули показались знакомыми. И нейро-интерфейс перевел их: «Вход только для персонала с высшим уровнем доступа». А материал полосы напомнил тот, чем был отделан мой космолёт, что я угнал с военного аэродрома.
Внизу черной полосы белой масляной краской шла надпись на том языке, на котором я общался с землянами, на русском: «Для входа спросите электронный пропуск у коменданта», и приписка: «Что непонятного, б… Спрашивать надо разрешение! Нарушителям…» и дальше — рисунок стилизованного черепа с перекрещенными костями под ним.
Коридор заканчивался двухстворчатой дверью, и когда Сашка подошел к ней, раздалось неприятное жужжанье, открылись бойницы, зловеще полыхнули алым «глаза» турелей. Но парень быстро открыл панель, ввел код. Красные «глаза» погасли, а створки двери с тихим шелестом разошлись в стороны. И я уже решил, что мы, наконец, у цели.
Но мы оказались в огромном зале, который напомнил зал музея естествознания. В несколько рядов шли тумбы, выкрашенные в грязно-желтый цвет с предметами разных форм, размеров, цветов, смахивающие на планшеты в фигурной окантовке, обломки, в которых угадывалась дюзы двигателей, роботизированная рука, кусок оплавленной обшивки из множества слоев, большой прозрачный куб, внутри которого висел шар, сплетенный из золотой проволоки.
На одном из постаментов возвышалась колба с человеческим мозгом, от которого шли толстые гофрированные провода. Всю стену слева занимала огромная трехмерная голографическая картина с падающим космическим кораблем, объятым пламенем. Я не удержался, подошел ближе. Изображение казалось невероятно реалистичным, живым, объемным до такой степени, что хотелось выскочить туда, чтобы потрогать обшивку звездолета, ощутить её жар.
Хряк с интересом прошелся по рядам, протянул руку к одной из штуковин, напоминавшей макет термоядерного двигателя. Но тут же отдернул, наткнувшись на силовое поле, которое разошлось под пальцами синеватым свечением.
— Еще и током бьет, зараза, — проворчал Хряк, вытирая пальцы о штаны.
— Это артефакты с упавшего звездолета? — я все-таки решил уточнить, хотя сам понимал, что это.
— Да. Частично. Остальные в разных КБ, лабораториях.
— Странно все это, — начал размышлять я вслух. — Похоже это и есть те самые технологии, которыми скалькутсы решили поделиться с землянами.
— Кто? Скаль… чего? — Сашка удивленно воззрился на меня.
— Я же рассказывал. Скалькутсы — это высокоразвитая раса, сверхцивилизация. Их звездолет где-то разбился. И они решили его восстановить. У вас на Земле.
— Кому ты это рассказывал? — Сашка обиженно выпятил нижнюю челюсть. — Я первый раз слышу. И с чего ты вообще взял, что этот звездолет именно этих самых скулькутсов?
— На лунной базе мы с Тимуром Селивановым нашли зал, где на постаменте стоит термоядерный реактор со звездолета. И там рядом на мониторе как раз космический корабль этой расы. И потом с этим скалькутсом сам встречался.
— Лазер, ты уж извини за грубость, но какая-то у тебя хрень. Ты встречался с ними, а мы нет?
— Они прячутся на Земле. У них есть такая же технология, как у меня. Фильтр восприятия. Они выглядят с ним, как люди.
— Ух ты, — Хряк заинтересованно подошел ближе. — А ты как без этого фильтра выглядишь? Как кто? Покажись. Ты какого цвета, зеленого? Синего? И похож на ящерицу или паука? Или, может быть, на большого кота? Или волка?
  
— Хряк, я похож на вас, на людей. Абсолютно такой же. Не знаю, как это произошло. Но скалькутсы выглядят, как… вот как они выглядят, — я вывел на внешний экран изображение того скалькутса, который пытался устроить бунт на лунной базе.
— Фу, мерзость какая, — фыркнул Сашка. — Ну а ты почему знаешь об этом?