Его королевство (ЛП)

— Черт возьми, из-за тебя так трудно уйти, — стонет Луи. Он прижимается своими губами к моим. — Я вернусь. Оставайся в номере.
— Удачной встречи, — говорю я ему.
Удачной встречи? Серьезно, Шарлотта, это лучшее, что ты смогла придумать? Боже, я такая глупая.

  
Спустя час и три бокала вина я сижу в гостиной Луи, умирая от скуки. Я решаю позвонить девочкам. Мне нужно с кем-нибудь поговорить.
— Ты жива. — Эви первой отвечает на мой видеозвонок.
— Жива.
— Ты принарядилась. Куда-то идешь? — Спрашивает она.
— Скоро. Надеюсь. Что происходит дома? Насколько плохи городские сплетни обо мне? — Я вздрагиваю, не уверенная, что хочу это знать.
— Все не так уж и плохо. Куда идешь? — То, что Эви сменила тему и не ответила, говорит о том, что сплетни плохие.
— Потанцевать. Я жду, когда Луи закончит встречу.
— Почему ты ждешь его?
— А, потому что он хотел меня куда-нибудь пригласить, но у него была назначена встреча, — отвечаю я ей.
— Хм, у кого бывают встречи так поздно вечером? Чем занимается этот Луи? — Спрашивает Эви.
— Он владеет здесь несколькими заведениями, — объясняю я, опуская тот факт, что ему принадлежат целых три казино. Не хочу, чтобы они судили о нем, не познакомившись с ним. Даже если шансы на эту встречу невелики.
Эта интрижка отживет свое, и я вернусь домой. У нас не настолько серьезные отношения.
— Почему у тебя такой вид, будто на твоих плечах лежит тяжесть всего мира? — Спрашивает Рейчел, когда ее лицо появляется на экране.
— Она идет на свидание с Луи, когда он закончит со своей вечерней встречей. О, и мы узнали, что Луи владеет какими-то заведениями в Вегасе. Но Шарлотта скрытничает по поводу того, что это за заведения, — рассказывает Эви Рейчел.
— Хочу заметить, что я не скрытничаю. Просто у нас не настолько серьезные отношения. Мне все равно, чем он занимается. Он добр ко мне. Очень добр. Я не помню, чтобы ко мне когда-нибудь относились так, как он, а ведь он меня едва знает, — признаюсь я.
— Значит, он хорош в сексе, — говорит Рейчел.
— Самый лучший из всех, кто у меня был. — Смеюсь я. — Это новый уровень, он вытворяет такие вещи, о которых я раньше и не подозревала.
— Какого рода вещи? — Спрашивает Эви.
— Так, а вот это я обсуждать не хочу. — Я чувствую, как вспыхивает мое лицо. — Ну, чем вы занимаетесь? Я скучаю по вам.
— Я уже собираюсь ложиться спать. Завтра мне рано вставать, — говорит Рейчел, зевая. Она – детский хирург, учится на первом году ординатуры. И работает большую часть своего времени. — А ты? Куда именно собираешься?
— Не знаю. Просто погулять. Потанцевать, — говорю я ей.
— А почему бы тебе не прогуляться по городу, пока ты ждешь этого Луи? — Спрашивает Рейчел.
— Он не хотел, чтобы я гуляла по городу одна. — Я пожимаю плечами.
— И ты согласилась? Шарлотта, ты только что разорвала длительные отношения с человеком, который тебя душил. Не позволяй кому-то другому делать то же самое, — говорит Эви.
— Ты права. Я не позволю относиться к себе так. К тому же, я не знаю этого парня. Почему я делаю то, что он хочет? Только потому, что он умеет дарить умопомрачительные оргазмы? Ну, знаете, что? Мой вибратор тоже на это способен, — разглагольствую я.
— Правильно, девочка! — Восклицает Рейчел.
— Я иду гулять, — говорю я подругам, хватая свои вещи и выходя за дверь. — Позвоню вам обеим позже. Люблю вас.
— Люблю тебя. Оторвись. — Смеется Эви, прежде чем я отключаю звонок.
Не понимаю, почему я так легко потакаю желаниям других людей. Мне нужно помнить, что я взрослый человек. И могу делать все, что захочу. Мне не нужно ни перед кем отчитываться.
Именно это я говорю себе, шагая по казино, прежде чем выйти на душный ночной воздух. Я смотрю на небо. Здесь не видно звезд. Я скучаю по звездам. Как только я делаю еще один шаг вперед, кто-то хватает меня за руку и дергает назад.
— Где тебя, блять, носило? — Шипит мне на ухо знакомый голос.
— Ай, Оуэн, ты делаешь мне больно. — Я пытаюсь высвободить руку, но его хватка только усиливается, когда он тянет меня прочь от входа в более темное место. Вокруг нас полно людей, но никто не смотрит в нашу сторону.
— Делаю тебе больно? Как, по-твоему, я себя чувствовал, стоя в той гребаной церкви и ожидая тебя? Какого хрена, Шарлотта? — Рычит он.
— Да? А как, по-твоему, я себя чувствовала, когда вошла и увидела, что ты трахаешь мою сестру? — Я толкаю его в грудь, и от шока он ослабляет хватку.
— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — говорит он.
— Неужели? Значит, это... — Я достаю свой телефон и открываю видео. — ... это не ты с Мелани? — Я тычу экраном ему в лицо.
— Шарлотта, детка, это просто недоразумение. Это ничего не значит. Я люблю тебя. Мы можем все исправить.
— Ты меня не любишь. И никогда не любил. — Я толкаю его еще раз, и он, наконец, полностью отпускает мою руку. — Удали мой номер и езжай домой, Оуэн. Я больше никогда не хочу тебя видеть, — говорю я ему и убегаю обратно в отель.
Слезы текут по моим щекам, пока я иду к лифтам. Я не знаю, почему плачу. Меня раздражает, что я снова позволила ему довести себя до слез. Я сердито вытираю лицо руками.
Когда я возвращаюсь к пентхаусу Луи, то понимаю, что мне никак не попасть внутрь. Поэтому я иду в свой номер и провожу карточкой по приборной панели. Переступив порог, я тут же сбрасываю туфли. Затем снимаю платье. Я оставляю его на полу в гостиной и иду к кровати в одних трусиках.
Вот тебе и ночь свободы и веселья. Мне следовало послушаться Луи и просто дождаться его. Он прав. В этом городе полно никчемных придурков. Мой бывший – один из них.
Глава 19

Неделю назад я бы наслаждался открывшейся передо мной сценой. Повсюду красивые, полураздетые женщины. А сейчас все, чего я хочу, – это вернуться домой, к Шарлотте. Эти цыпочки меня ничем не привлекают. Хотя, судя по улыбке на лице Эммануэля, он очень доволен ночным развлечением.
Он с ухмылкой наклоняется вперед.
— Кто она?
— О ком ты? — Я оглядываюсь по сторонам, ожидая, что он укажет на одну из девушек.
— О той, кто держит тебя за яйца. Ты даже ни на кого не посмотрел. — Он обводит рукой комнату. — А уж я-то тебя знаю. Если тебя не интересует ничего из здешнего меню, значит, у тебя есть кто-то другой. Кто она?
— Она – не твое дело, — говорю я ему. Моя челюсть сжимается.
— А, значит, я был прав. Ты нашел себе жену. — Он смеется. — Никогда не думал, что доживу до этого гребаного дня.
— У меня нет жены. — Я закатываю глаза.
— Если она настолько особенная, что ты хочешь скрыть ее от своих друзей, и тебя явно не интересуют другие варианты, тогда, возможно, стоит сделать ее женой, — говорит он.
— Да что ты, блять, можешь знать о жене? Твои самые долгие отношения длились... сколько? Пять часов? — Парирую я.
Эммануэль пожимает плечами.
— Я не испытываю потребности или желания заводить жену.
— А я, по-твоему, испытываю? — Я приподнимаю бровь, поднося стакан ко рту.
— Если ты нашел кого-то, кто готов терпеть твою жалкую задницу, оставь ее себе. Она явно единственная в своем роде. — Засранец снова смеется. На этот раз громче.
  
— Отвали. Все не так уж и серьезно, — говорю я, не зная, вру ли себе или ему.
— Конечно, нет. Где она? — Спрашивает он.
— Не здесь, — ворчу я.
Эммануэль, прищурившись, смотрит на меня.
— Ты мне не доверяешь? Мне больно, — говорит он, прижимая руку к сердцу.
— Я никому не доверяю. Ты же знаешь.
— Мы были друзьями долгое время, Луи, — напоминает мне Эммануэль. — Есть очень мало людей, которых я считаю друзьями. Ты – один из них. Я бы ничего не сделал тому, кто тебе дорог.