Туман над морской бездной (СИ)

-- И как это соотносится с нашей ситуацией?
-- Люди для нас угрозы не представляют, а в отсутствии Адмиралтейского Кода и тактической сети я не могу сформировать новую флотскую структуру, чтобы заставить тебя выполнять мои приказы, и, не являясь твоим флагманом, я не могу восстановить прежнюю иерархию. Так что ты волен действовать по своему усмотрению. Ведь этого ты добивался, покидая без разрешения свой район патрулирования и подставляя корпус под огонь гравитационного орудия, дополнительно нацеливая в себя свои собственные?
  
-- Скажу так, я ожидал несколько другого результата своих действий, -- немного помолчав, произнёс Хорнет, крутя в руках банку с консервированными фруктами.
-- Если ты хотел покинуть Туман, зачем было подставляться под удар Чихайи Гунзо, утопив 401-ю и настраивая людей против себя? Ты бы мог просто пройти через мой район патрулирования или же помочь людям утопить меня, тем самым получив хорошую репутацию в их глазах, -- сказала Конго, подперев подбородок рукой.
-- Саут Дакота не дала бы мне уйти просто так. А если бы мне удалось сбежать от неё, за мной охотилось бы всё Центральное соединение, а возможно и девчата Мидуэй, -- ответил Хорнет, вскрыв банку. -- Так что принципиальной разницы не было бы, сойди я просто на берег или заработав авторитет в глазах Гунзо и компании. Я влез в бой совсем по другой причине.
-- Значит, ты не отрицаешь того, что знал заранее о моём бое с Чихайей Гунзо и 401-й? Даже корабль штурма и подавления класса "Эссекс" не смог бы преодолеть путь от Гавайских островов до места сражения за несколько часов.
-- Я покинул свой район патрулирования за два дня до твоего сражения. По пути пообщался с ещё одной подлодкой с людским экипажем, -- ответил Хорнет, повертев вилку в руках. -- Гравитационные возмущения от использования флагманского оборудования сложно не заметить. И логично предположить, что если было использовано флагманское оборудование, то противник нанёс флоту значительный урон и вскоре постарается закрепить успех.
Конго нахмурилась. Действия Чихайи Гунзо действительно укладывались в предположение, высказанное Хорнетом. Экипаж 401-й, нанеся её флоту значительный урон, утопив два тяжёлых крейсера, постарался воспользоваться ситуацией и ослабить его ещё больше. Тем временем, Хорнет продолжил:
-- Я, в свою очередь, постарался воспользоваться происходящим для своей выгоды. Как я говорил ранее, Саут Дакота не дала бы мне уйти, поэтому я решил инсценировать своё уничтожение. Ради одного корабля никто не стал бы использовать флагманское оборудование, и я мог бы спокойно выйти на берег. На дне было достаточно наноматериала, чтобы я смог сформировать себе новую ментальную модель, а в творившемся хаосе меня никто бы не нашёл, -- сказал Хорнет, приступив к поглощению содержимого жестяной банки.
-- Тебя бы раскрыли Киришима, Харуна, Такао или Хьюга. У них был тесный контакт с командой 401-й, -- напомнила Конго.
-- На одной Японии суша не заканчивается. Дальше я бы продолжил свой путь на континент. Вот только я не предусмотрел появления гравитационной сингулярности, вероятность её возникновения была настолько мала, что я решил ей пренебречь. Но имеет ли это значение теперь? Сомневаюсь. Нам сейчас нужно думать немного не об этом.
-- "Нам"? -- спросила Конго. -- Если ты хотел уйти к людям, то теперь путь у тебя свободен. Тебе ничего не мешает, и даже я, при всём желании, помешать тебе сейчас не смогу. Так почему ты ещё здесь?
-- И чего ж ты мозги-то включаешь, когда этого не нужно? -- в мыслях выругался Хорнет, вслух ответил: -- Изменились обстоятельства. Мы находимся в мире, о котором знаем лишь то, что он похож на наш родной, и обладаем лишь поверхностными знаниями о ситуации в нём. Глубинный флот, флотские девы, люди -- слишком много неизвестных. Даже будучи здесь один, я бы не смог быстро сделать однозначный выбор. Но я здесь не один.
-- Поясни, -- вопросительно изогнув брови, сказала Конго.
-- Вот как ей объяснить, что я не хочу, чтобы она путалась у меня под ногами? Или же всадила мне нож в спину? И не забываем про красивые ножки, которые оставлять в одиночестве нехорошо, -- мысленно воззвал к небесам Хорнет.
С каждым часом, проведённом на острове, он начинал жалеть, что его выбросило в мире Кантайской Коллекции. Лучше бы он оказался в каком-нибудь мире средневековой фентези, вроде "Дев Войны и Лучника", вот там бы он развернул бурную деятельность. Здесь же выбор был слишком велик, хотелось всего и сразу. А тут ещё и Конго со своими расспросами.
-- Мы с тобой -- корабли Тумана, -- проговорил Хорнет, подняв пустую банку на уровень глаз. -- Даже в своём прежнем мире мы были угрозой, чего уж говорить об этом, технологически более отсталом. Люди такие существа, что они всё непонятное воспринимают как угрозу. И нас они воспримут именно как угрозу. Мы не знаем всех возможностей как канмусу, так и Флота Бездны. И самое главное -- состояние твоего корпуса является следствием моих необдуманных действий. Так что я считаю обязанным как минимум помочь тебе с ремонтом корпуса.
-- В этом нет нужды, -- ответила Конго.
-- Конго, мои мощности позволяют производить до двадцати тонн наноматериала в час, а я свой ремонт, как ты знаешь, уже закончил. Пришлось, правда, разобрать половину пусковых установок и часть суперструктуры. Чем быстрее ты закончишь ремонт, тем быстрее мы сможем найти своё место в этом мире, -- сказал Хорнет, попытавшись разложить банку на наноматериал.
Ещё будучи студентом технологического университета в Сан-Диего, Хорнет частенько использовал возможность ментальной модели переваривать окружающие предметы в небольшое количество наноматериала. Это позволяло ему избавиться от некоторых бытовых проблем, ну и само превращение выглядело довольно красиво. Однако сейчас вместо того, чтобы покрыться серебряной плёнкой и рассыпаться на мельчайшие частицы, банка вдруг начала гнить, будто бы для неё время было ускорено в тысячи раз. А сам Хорнет почувствовал странный приток энергии и некое чувство насыщения, которое он не испытывал уже почти десять лет.
-- Я никогда не стану договариваться с людьми, -- заявила Конго, проигнорировав или не заметив произошедшего с банкой.
-- Зачем с ними договариваться, когда их можно подчинить? -- спросил Хорнет, мысленно анализируя произошедшее.
-- Перепроверь свои протоколы обработки данных, -- вздохнула Конго. -- Ты говоришь вещи, лишённые смысла.
-- Это с какой стороны посмотреть, -- подумал Хорнет.
-- Тебе придётся вновь зайти на отмель, чтобы начать отгрузку наноматериала, -- помолчав немного, вновь заговорила Конго.
-- Нет проблем, вот только шторм мешает.
-- Он прекратится через семь часов, -- сказала Конго, посчитав разговор оконченным.
До утра они просидели в комфортном молчании, каждый занятый своими мыслями. Но утром из мечтаний о технологическом рывке средневековых крестьян в космос и налётах на торговые караваны Хорнета отвлекло странное чувство, что его ноги что-то вылизывает и покусывает. Оглядевшись, он не заметил ничего такого, что могло бы доставлять ему чувство дискомфорта, но тут его взгляд зацепился за лицо Конго, которое выражало крайнюю степень отвращения. Вспомнив, что сенсорная сеть ментальной модели и корпуса составляет собой единое целое, он переключился на приборы визуального наблюдения и стал осматривать внешний периметр корпуса, который два часа назад выбросил на отмель рядом с остовом Конго.