Бьёрн Магнуссон (СИ)

— Вы золото прямо в тюрьму отправляете? — спросил Магнуссон. — Начальнику стражи?
— Нет же, я там никого не знаю, — собрались грустные морщинки в уголках глаз миссис Бэгшот. — Его старый дружок передаёт, Альбус. Сразу, как Геллерта посадили, он пришёл ко мне и говорит: «Если хотите, можно немного помочь племяннику в заключении, я посодействую». Теперь он от внука приветы мне передаёт, а я через него — галеоны для охраны.
Бьёрн в изумлении почесал затылок. Дамблдор, с его образом доброго волшебника, не производил впечатления человека, способного на плохие поступки. В отличие от того же Гриндевальда. За два месяца ежедневного общения с ним, Бьёрн понял, что «Тёмный лорд» — это не просто красивое прозвище. Гриндевальд был харизматичным, но и невероятно безжалостным волшебником. А Батильда Бэгшот смотрела на него через призму прошлого и видела в нём весёлого белокурого мальчишку, что бегал по саду, гоняясь за садовыми гномами. «Наверное, Дамблдор такой же опасный тип, как Гриндевальд. Просто хорошо носит маску добряка», — подумал Бьёрн и решил, что с директором следует быть осторожней.
Батильда положила на стол старую палочку, обмотанную какой-то тряпкой.
— Орешник и волос единорога, — грустно вздохнула женщина. — Более ста лет ею пользуюсь. Сначала была очень сильная, а потом постепенно старела вместе со мной. А теперь совсем колдовать не может. Время никого не щадит, Бьёрн.
Магнуссон осторожно взял палочку и сунул в специальный футляр для переноски магических артефактов, который приобрёл в «Горбин и Бэркс».
Утром следующего дня, мальчик уже шёл по Косой аллее в направлении магазина мастера палочек.
Звякнул колокольчик на двери, и Бьёрн снова очутился в лавке, где продают самые важные артефакты в мире волшебников.
— Здравствуйте, мистер Вильямс, как поживает ваша палочка? — узнал посетителя Олливандер. — Норвежский ледяной дуб и перо феникса, если я не ошибаюсь.
— С ней всё хорошо, мастер, — улыбнулся Бьёрн.
Мистер Олливандер и в первый раз показался ему слегка сумасшедшим. Чтобы там ни считал создатель палочек, для Бьёрна концентратор был, в первую очередь, оружием и инструментом. Петь дифирамбы волшебной деревяшке он не собирался.
— Я к вам по очень важному делу, сэр, — сказал Бьёрн, доставая футляр со сломанной палочкой внутри. — Миссис Батильда Бэгшот попросила меня отнести к вам вот это… — Магнуссон вытащил из футляра обломки и положил на стол.
Олливандер взмахнул над ними рукой, задумчиво покачал головой и произнёс:
— Орешник и волос единорога. Работа моего прадеда. Знаете, мистер Вильямс, палочка из орешника отражает эмоциональное состояние хозяина. Видно, что её хозяйка долгие годы живёт с какой-то болью в душе́. Поэтому её палочка не выдержала и сломалась. Её уже нельзя починить. Но можно подобрать новую, если она придёт сюда.
— Миссис Бэгшот слишком старая, чтобы перемещаться камином, иначе она непременно зашла бы к вам сама, — покачал головой Бьёрн. — А вы сможете повторить её старую, в точности?
Олливандер надолго задумался, вытащил свою палочку и начал колдовать над сломанной, что-то проверяя.
— Я попробую сделать похожую, мистер Вильямс, — наконец ответил Олливандер. — Двух одинаковых палочек не бывает, но новая станет слушаться миссис Бэгшот ничуть не хуже. Заготовки у меня есть. Подходите к концу дня. Да… лучше к вечеру. Это будет стоить вам четырнадцать галеонов, молодой человек.
Бьёрн согласно кивнул и вышел из лавки. Возвращаться без палочки он не хотел, поэтому следовало решить, как провести время.
Целый день Бьёрн гулял по магическому району, но в основном сидел в кафе и читал учебники на следующий год. Уже вечером он вернулся в лавку Олливандера, и тот торжественно вручил ему палочку, действительно похожую на ту, что принёс Бьёрн. Совпадало всё, по словам мастера, проблем с её использованием миссис Бэгшот быть не должно́. Магнуссон бережно упаковал её в тот же футляр и расплатился.
За целый день он так и не встретил на Косой аллее семейство Абботов, но это было неудивительно, так как бо́льшую часть времени Бьёрн концентрировался на чтении. Возвратившись в «Дырявый Котёл», Магнуссон попрощался с Томом и вернулся в Годрикову Впадину. Батильда ждала его с нетерпением. Получить возможность снова пользоваться магией, было очень волнительно. Когда Бьёрн отдал ей палочку, она еле удержала лицо, чтобы не расплакаться. Взмахнув артефактом, она с затаённой надеждой прошептала:
 
— «Люмос!»
На конце палочки зажёгся яркий огонёк, и Батильда облегчённо всхлипнула. Она посмотрела на Бьёрна блестящими от слёз глазами и несмело улыбнулась.
— Она слушается меня как родная. Мой дорого́й, спасибо тебе за это чудо. Когда ты живёшь без магии, нельзя даже представить, насколько твоя жизнь отличается от нормальной. Великий Мерлин!
Она вытянула руку и вдруг гораздо более уверенным голосом произнесла:
— «Экспекто патронум!»
Из её палочки вылетела прозрачная белка и весело заскакала по комнате, отталкиваясь от потолка и стен. Бьёрн внезапно ощутил в душе́ какое-то тёплое, щемящее чувство. Хотелось радоваться, смеяться, как будто все проблемы решены, ему ничто не угрожает, а впереди ждёт счастливая, беззаботная жизнь. Показалось, словно мама крепко прижала его к груди, а отец положил руку на плечо и гордо улыбается его успехам. Белка растаяла, оставив приподнятое настроение и надежду, что всё будет хорошо.
— Это что сейчас было?! — Бьёрн восхищённо посмотрел на миссис Бэгшот. — Какая невероятная магия!
— Да, это патронус, — сча́стливо улыбнулась Батильда. — Квинтэссенция самых светлых чувств, что есть в человеке. Защитник от бестелесных тварей и даже дементоров. А ещё с его помощью можно передавать сообщения, но я не знаю как.
— Как здорово! — Бьёрн всё ещё был под впечатлением. — Научите меня ему?
— Это заклинание изучают на последних курсах, — покачала головой Батильда. — Оно очень затратное, может повредить источник.
— Жаль, — огорчился Бьёрн. — А в следующем году? Мне профессор Флитвик говорил, что у меня очень хорошо развито магическое ядро и каналы.
Батильда согласно кивнула и предложила попить чаю. Она уже собиралась вставать, чтобы затопить печь и поставить чайник, когда внезапно опустилась на стул.
— Ты же говорил, что домовик будет рад поухаживать за нами? — её глаза хитро блеснули.
— Конечно, — улыбнулся Бьёрн и попросил Типли накрыть на стол. А сам из сумки с расширенным пространством стал вытаскивать деликатесы, которые купил днём. Праздник удался на славу. Совершенно счастливая миссис Бэгшот поведала Бьёрну про давние времена. Рассказывала про детство её единственного племянника, который приезжал к ней каждое лето. Снова ругала Дамблдора, так как считала его виновником в произошедшей много лет назад трагедии.
— Она была милой и наивной девушкой, слегка не от мира сего. Ариана Дамблдор сразу понравилась Геллерту, а когда сова принесла письмо, что его родители будут только рады их свадьбе, мой мальчик весь светился. Я надеялась, что всё будет хорошо, а осенью они поженятся. Что тогда произошло между Альбусом и Геллертом, я не знаю. Он примчался ко мне весь растрёпанный и почерневший от горя. Сказал, что Альбус убил случайно сестру, а вину за это убийство могут возложить на него. Поэтому я купила ему портал у Прюэттов, и Геллерт навсегда покинул мой дом. Дамблдоры похоронили Ариану рядом с остальными родными, а сами уехали из Годриковой Впадины.
— У директора есть брат? Я никогда не слышал об этом разговоров в школе, — удивился Бьёрн.
— Был брат, — погрустнела миссис Бэгшот. — Не видела его с тех пор, может, уже умер. Он на похоронах сломал Альбусу нос и сказал, что больше с ним дела иметь не хочет. Вот с тех пор я его и не встречала.
— А ваш племянник, Геллерт? — Бьёрн опять подавил желание рассказать Батильде о своём учителе.
— Я не могу поверить, что всё, в чём его обвиняли, правда, — миссис Бэгшот упрямо поджала губы. — Я знаю, каким он был на самом деле. Племянник бы никогда не сделал тех ужасных вещей, о которых писала английская пресса. Я лучше всех знала Геллерта, он был честным и справедливым.