Бьёрн Магнуссон (СИ)

— Милый, посмотри, какой у нас прелестный ребёнок родился. Твой сын! Я ждала только тебя, чтобы назвать его. Ведь вы, Блэки, любите давать своим детям звёздные имена. Как думаешь, «Ригель» подойдёт нашему малышу?
Орион в шоке смотрел на ребёнка и молчал. Он спешно перебирал в памяти все их встречи. В какой момент заклинание, позволяющее не бояться появления ненужных детей, дало сбой? Рита, заметив мрачное выражение лица Ориона, сдавила детскую погремушку, не замечая, как осколки впились ей в кожу.
— Ты что, не рад? — дрожащим голосом спросила она любовника. — Он ведь так похож на тебя, Орион!
Блэк ещё раз с досадой посмотрел на ребёнка, незаметно достал палочку из рукава и вырубил Скитер. После чего трансгрессировал в Лондон и помчался в Министерство магии, к старым знакомым. Через два часа ребёнка пристроили в маггловский приют под именем Теодора Джонса. Скитер почистил память приятель Ориона, который работал в Отделе Тайн. Единственное, что удивило обливиэйтора в воспоминаниях женщины, — это её странные фантазии о превращении в жука.
«О чём только не мечтают эти магглорожденные пустышки», — немного удивился про себя невыразимец. Он удалил из головы Скитер все воспоминания о встречах с уважаемым лордом Орионом, с которым дружил ещё со школы. Это было привычное дело, ведь он часто подчищал за аристократами.
Не зря же так много магглорожденных появлялось в мире. Если организовать проверку крови, то можно обнаружить массу неожиданного для представителей древних и благородных родов. Не зря же хранилища в «Гринготтсе» редко стоят без хозяев. Наследники, как правило, всё равно находятся через какое-то время. Сама магия приводит их в банк.
Решив проблему, Орион с облегчением вернулся домой, где и напоролся на очередной скандал с Вальбургой. После того, как Орион два года назад мстительно выжег с гобелена Араминту и её дочь, а потом ещё и отрезал их от родового источника, Вальбурга постоянно выказывала ему свое недовольство. Он заперся у себя в кабинете и с облегчением вытянул ноги под столом.
«Все беды из-за баб! — сердито подумал глава рода. — Вальбурга, Скитер, Гринграсс, и каждой что-то нужно от меня, в основном дети или деньги. Как это раздражает!»
В США Орион тоже иногда заводил интрижки, но ни одна из его случайных подружек не задерживалась надолго. Он немного сожалел о том, что пришлось так резко порвать с красоткой Скитер, но смотреть в глаза этой женщине, после того, как фактически лишил её ребёнка, он не мог.
«Нет худа без добра, — подумал Орион и налил себе стаканчик Огденского. — В другой ситуации обвинения Магнуссона могли бы вызвать непредсказуемые последствия, а так в моей жизни больше нет Скитер. Если Вальбурга каким-то образом сможет её найти, Рита не вспомнит ничего, даже под действием «Сыворотки Правды». В памяти, конечно, останется образ неизвестного богатого любовника, но чтобы его убрать, пришлось бы стереть ей слишком многое. Однако понять, что это был я, никто не сможет».
По мере того, как жидкости в бутылке становилось всё меньше, Орион понемногу обретал душевное равновесие.
***
Бьёрн аппарировал к «Белой Виверне» вечером. Кивнув охраннику, он спокойно зашёл в кабак. Это было место, где часто встречались и выпивали бандиты. Здесь играла негромкая музыка, а в воздухе витал запах сигарет и алкоголя. В последние годы здесь стали появляться и «Пожиратели Смерти». Поэтому Бьёрн и надеялся встретить тут кого-нибудь из однокурсников.
Как он и предполагал, Орион Блэк бросил ребёнка в приюте. Душа Гриндевальда уже должна была обживаться в новом теле, и Бьёрн хотел найти для Геллерта хорошую семью. Он слышал, что у его однокурсников после вступления в орден «Пожирателей Смерти» возникли проблемы. До сих пор ни у кого не было детей. Поэтому Магнуссон собирался предложить кому-нибудь из них принять в род Гриндевальда.
Заказав пива и рыбки на закуску, Бьёрн уселся за стол, откуда было хорошо видно вход и охранника на стуле. Примерно через пару часов, когда он уже утомился ждать, в зал вошли двое магов, в которых он немедленно опознал старых приятелей.
 
— Джеф, Фред! —прокричал Бьёрн на весь кабак и приглашающе помахал рукой.
«Пожиратели Смерти» угрожающе посмотрели в его сторону, но узнав однокурсника, разулыбались и направились к нему. Через пять минут все трое пили пиво, рассказывая друг другу о том, чем занимаются после окончания Хогвартса. Когда первый информационный голод был утолён, Бьёрн начал осторожно задавать интересующие его вопросы.
По всем критериям ему подошёл Нотт. Недавно у него умерла жена при родах, оставив его в глубоком горе. И самое страшное было в том, что целители не могли гарантировать, что следующая жена не закончит так же. Поэтому Джеффри проводил бо́льшую часть времени в рейдах «Пожирателей Смерти», где проявил себя как сильный маг. Правда, об этом знали лишь свои благодаря идее Волдеморта с масками.
Бьёрн взялся проводить пьяного Нотта, но, как только они остались одни, он сразу достал флакон с «Противопохмельным» зельем и приказал:
— Пей!
Командный голос и лёгкий мысленный посыл подействовали, и Нотт, не сомневаясь, осушил фиал. Через минуту он грустно посмотрел на Бьёрна и завопил:
— Мерлиновы кальсоны, Вильямс! Ну зачем? Я бы сейчас лёг спать и не видел во сне всю эту уродскую жизнь!
— Хватит стонать, — жёстко оборвал его стенания Бьёрн. — Я слышал о твоём несчастье, и у меня как раз есть решение.
— Что ты вообще знаешь о моих проблемах? — набычился Нотт.
— Джеффри, ты же мне сам рассказал всё не далее как полчаса назад, забыл, что ли? — хмыкнул Магнуссон.
Нотт скривился, но возразить было нечего.
— Вот я и подумал, а почему бы не помочь решить твою проблему. Пусть и не совсем так, как бы тебе хотелось, — Бьёрн с сочувствием посмотрел на приятеля.
— Говори, — выдохнул Джеффри. — Вот только с лучшими целителями Европы я уже встречался. Все разводят руками, говорят на мне какое-то проклятие. Один даже намекал, что знак принадлежности к нашему ордену может быть источником моей проблемы. Я чуть не убил дурака на месте.
— Я предлагаю тебе усыновить ребёнка, — предложил Бьёрн. — Твоя жена и неродившийся наследник недавно умерли. Ты вполне можешь сказать всем, что ребёнок выжил. Я проверил предполагаемого кандидата, у него отличная аура, он вырастет сильным магом. По крайней мере, не слабее любого с нашего факультета.
Если вначале Нотт слушал Бьёрна с явным скепсисом, то в конце серьёзно задумался.
— Ребёнок — круглый сирота, находится в приюте. Ему от силы пара недель, — продолжал убеждать Бьёрн. — Ты можешь ввести его в свой род по полному ритуалу, дать имя и подключить к источнику. Мальчик вырастет похожим на тебя.
— Ладно, пойдём посмотрим на него, — буркнул Нотт. — Сделаю его наследником, а если всё-таки получится завести своих детей, то изменить право наследования никогда не поздно.
Бьёрн предложил приятелю руку, и они тут же аппарировали к нужному месту. Скрытые «магглоотталкивающими чарами», оба волшебника зашли в приют, побродили по коридорам и через несколько минут остановились возле одной из детских кроваток.
— Да, это он, — Бьёрн утвердительно кивнул на вопросительный взгляд Нотта. Джеффри наклонился к люльке и застыл. Его сердце болезненно сжалось. Ребёнок напомнил умершую жену, её милое лицо с ямочками на щеках и ласковую беззащитную улыбку. Душа Нотта чуть не разорвалась от горя, руки задрожали.— Это же мой ребёнок... — прошептали его задрожавшие губы. — Ты выжил, сынок, спасся чудом... Слава Мерлину!.. — слёзы радости потекли по скуластому лицу молодого «Пожирателя Смерти».
Палочку, направленную ему в спину, Джеффри не заметил.
Напоследок Магнуссон предусмотрительно взял с приятеля «Непреложный Обет». Теперь тот даже под страхом смерти не мог рассказать, что ребёнок на самом деле ему не родной. Впрочем, как-то прятать под клятву информацию, что это именно он помог Нотту спасти род от вымирания, Бьёрн не стал. Вдруг когда-нибудь придётся затребовать ответную услугу, надо, чтобы тот помнил о его помощи. Что особенно порадовало Магнуссона — так это жизнь, появившаяся в потускневших глазах Нотта. Казалось, тот вновь стал весёлым предприимчивым парнем, которого Бьёрн помнил по Хогвартсу. Когда они прощались, Джеффри даже улыбался, предвкушая, как заберёт ребёнка из приюта.