Бьёрн Магнуссон (СИ)
— Да что здесь творится? — завопила девушка, отскакивая назад. В этот момент тело старой ведьмы зашевелилось и начало превращаться во что-то непонятное. Вытекшая кровь с мерзким хлюпаньем стала всасываться обратно, кости заскрипели, изгибаясь и утолщаясь. Через несколько ударов сердца на забывшую про палочку Сигрун, посмотрела, приподняв от пола тяжёлую голову, невообразимо уродливая тварь с огромными жёлтыми клыками и серебристо-стальными когтями. Тёмно-зелёные глаза изучали девушку с нездоровым вниманием, а раздвоенный язык то и дело пробовал наполненный запахом крови воздух. Сигрун, ощутив смертельную опасность, мгновенно выхватила палочку и скастовала «Плеть праха» — одно из тёмных заклинаний, изучаемых на шестом курсе. Однако это только разозлило тварь.
— Ты была плохой девочкой, Сигрун. Без нужного ритуала, доченька, ты не станешь настоящей Нильсен, — противно захихикало чудовище голосом матери и бросилось на неё. Поставленный на одних рефлексах магический щит отшвырнул тварь назад в комнату, и девушка стремглав кинулась бежать. Чтобы монстр не погнался следом, она кинула «Бомбарда максима» в потолок, только потом поняв, что взрыв в замкнутых пещерах опасен и для неё само́й. Не дожидаясь, когда давлением разорвёт барабанные перепонки, она, как могла, закрылась щитами со всех сторон. Грохнуло! Девушку подняло в воздух и метров пятьдесят несло по тоннелю вперёд. Щиты угрожающе хрустели, но Сигрун, проклиная свою глупость, вливала в них всю доступную магию. Наконец, её, как пробку из бутылки, выбросило из пещер, сзади оседала пыль, и вокруг по искристому снегу забарабанила каменная крошка. «Надеюсь, тварь размазало под камнями!» — сердито подумала девушка, крутанулась на месте и аппарировала на край утёса Нордкап, а потом сжала портальный амулет и через несколько секунд очутилась в замызганном закоулке на краю Осло.
— И откуда тут появилась такая красотуля? — чей-то пьяный голос заставил девушку резко развернуться на месте. Какой-то неопрятного вида мужик похотливо улыбался ей, перегораживая выход из тупика.
— Oculi tui ardeant — бросила она проклятье, и мужчина заорал, схватившись за загоревшееся лицо. Через несколько секунд она спокойно прошла мимо трупа случайного бродяги, даже не поморщившись от запаха горелого мяса. «Надо вернуться в Дурмстранг и закончить обучение, — Сигрун трансфигурировала себе вместо грязной и разорванной одежды вполне современные штаны и куртку. — А заодно проверю, не нашёл ли себе Олаф другую девушку. И если это так, то конец им обоим!»
Глава 53 Конец учебы и первые дни лета
Бьёрн привычно бросил летучий порох под ноги и негромко назвал пароль от кабинета Дамблдора. Через несколько секунд он аккуратно вышел из огня, машинально отряхнув пепел с мантии. Следом тут же появился Альбус.
— Встретимся в Большом зале на обеде, мой мальчик, — улыбнулся Дамблдор, вешая мантию в шкаф. — Думаю, сегодня тебя ожидает множество приятных встреч с друзьями.
— Спасибо, что помогли добраться, профессор, — кивнул Бьёрн и покинул обиталище Великого Светлого Волшебника.
— Я уверен, что этот молодой артефактор нам пригодится. Да, мой хороший? — Дамблдор насыпал в кормушку орехов и налил воды. Феникс тут же защёлкал клювом, радуясь угощению. — Боевиков у меня хватает, а людей, умеющих создавать новое, нет, — продолжил рассуждать вполголоса Альбус. — Жаль, старый пройдоха Принц ни за что не возьмёт своего правнука на обучение, слишком гордый, засранец. А ведь мальчик талантлив, как мне кажется. Надо подумать, к кому его пристроить.
В это время Магнуссон уже спустился в подземелья и через несколько минут входил в знакомую дверь.
— С возвращением из мёртвых! — оглушил его рёв голосов. Всюду стояли фуршетные столы, заваленные всевозможным угощением. Гостиная была украшена шарами и разноцветными дождиками. Регулус Блэк и Барти Крауч держали наколдованный транспарант, на котором красовался восставший мертвец и надпись: «Слизерин любит тебя, Вильямс!» Велма Забини дёрнула за верёвочку, и огромная хлопушка, которую держала девушка, выстрелила под потолок тысячами разноцветных блёсток.
— Ура! — дружно завопили слизеринцы.
— Всем привет, я ведь тоже не без подарков, — немного оттаял Бьёрн. Он начал доставать из безразмерной сумки бутылки со сливочным пивом и сладости, купленные домовиком на Косой аллее. В этот раз довольных криков было ещё больше. Через некоторое время, когда суета немного улеглась, а каждый слизеринец получил бутылку, стакан или наколдованную пивную кружку, Бьёрн громким возгласом привлёк к себе всеобщее внимание и торжественно произнёс:
— Вы не поверите, друзья, как там было грустно и тяжело. Поэтому никому не советую умирать раньше времени. Желаю каждому из нас прожить долгую и счастливую жизнь, наполненную радостными событиями!
— Да! — поднялись стаканы и бутылки. Старшекурсники пили что покрепче, а молодые слизеринцы с удовольствием пробовали фруктовые пунши и сливочное пиво. На все вопросы Бьёрн отвечал, что почти ничего не помнит, а очнулся совсем недавно в палате Мунго. Под дружный хохот однокурсников он в деталях рассказал, как мракоборцы пытались уличить его в применении тёмной магии, и как целитель Сметвик их разогнал. Приятели тоже поделились с ним множеством историй, которые произошли в Хогвартсе за этот год.
— Ты как, готов сдавать ЖАБА? — Джеффри Нотт, сочувственно посмотрел на Бьёрна. — Конечно, по некоторым предметам у тебя проблем нет, но есть же ещё астрономия, травология, история магии?
— Ничего страшного, успею выучить, — Бьёрн отхлебнул пива. — Всего лишь поселюсь в библиотеке ненадолго. Надеюсь, мадам Пинс меня не выгонит.
— Ну, если надо будет объяснить что-нибудь непонятное из книг, ты спрашивай, — хлопнул его по плечу Мальсибер. — Через твои каналы всё это время продолжали поступать ингредиенты, поэтому, в комнате, в шкафу лежит мешочек с твоей долей за это время. У благородных негоциантов всё по-честному.
— Наш общий знакомый, это тот, что русский, — понизил голос Нотт, — спрашивал о тебе. Пока ты отдыхал в Мунго, мы добились очень серьёзных результатов в боевой и «особой» магии.
— Настолько больших, что нас даже приняли в орден Пожирателей Смерти, — на ухо прошептал Мальсибер. — Мы с Джеффри, Снейп, Розье и Эйвери даже получили на руку особый символ принадлежности к ордену лично от лорда Волдеморта. А Барти и Рег пока ходят с младшими ребятами в ранге кандидатов.
— В комнате покажем, — ответил на незаданный вопрос Бьёрна, Нотт. — Мы теперь сила! Как только лорд придёт к власти, сразу наступят хорошие времена для всех древних родов. Пора очистить мир от грязнокровок!
— Ну, хватит о политике, — усмехнулся Бьёрн. — Лучше расскажите, нашего зельевара больше не обижают гриффиндорцы?
— У них паритет по времени, проведённому в больничном крыле, — заржал Мальсибер. — Поттер начал встречаться с Эванс, чем ранил эго нашего носатого приятеля. Похоже, рыжая грязнокровка покорила сердце гриффиндорского простофили.
— Тем самым Поттер спас вас от незавидной участи, парни, — улыбнулся Бьёрн. — Иначе бы вам пришлось терпеть эту вульгарную рыжую девицу рядом со Снейпом. Представляю, как морщились бы ваши чистокровные носы.
— Кха-кха, — подавился Нотт пивом. — А ведь правда, Фред. Я и не подумал. Надо Поттеру при случае спасибо сказать.
В разговорах время пролетело незаметно, и вскоре они такой же дружной толпой отправились в Большой зал. По дороге многие знакомые ребята здоровались с Бьёрном, на ходу пытались расспрашивать о здоровье. Магнуссон на все вопросы отшучивался или отвечал односложно, но в глубине души был тронут таким вниманием к своей персоне. Как оказалось, многие действительно искренне беспокоились о его состоянии.
После обеда к нему подскочила четвёрка гриффиндорцев. Ребята чуть ли не насильно утащили его в Выручай-комнату на разговор. Здесь повторилась история с распитием спиртных напитков и рассказами. По словам Блэка, они каждые выходные пытались отпроситься его навестить, но Дамблдор ни разу не позволил. Бьёрн согласно кивнул, хоть и не поверил.