Бьёрн Магнуссон (СИ)
Одетый с иголочки Гриндевальд даже не растрепал свою стоя́щую дыбом причёску. Он весело скалился, помахивая Бузинной палочкой. Геллерт методично выбивал из юноши всю подростковую самоуверенность, заставлял быстро и хладнокровно принимать верные решения в бою.
— Только практика научит тебя сражаться! — ядовитая улыбка Геллерта не покидала его лица. Бывший тёмный лорд был счастлив как никогда. Бьёрн словно губка впитывал его науку, и Гриндевальд получал истинное удовольствие, передавая свои знания. Ему нравилось наблюдать, как понемногу шлифуются угловатые движения ученика, приобретая чёткость и даже изящество.
— Почувствуй источник и ощути магию, что наполняет его. Тепло растекается по всему твоему телу, — Гриндевальд внимательно следил за тем, как Магнуссон приходит в себя, а его аура вновь расправляется.
— Я готов продолжать, герр Гриндевальд, — Бьёрн исподлобья посмотрел на садиста-наставника. Он уже давно чувствовал, что силы кончаются, но остановиться не мог. Его жгло ощущение собственной слабости. Горечь поражения. Но ещё больше Бьёрн ругал себя за самоуверенность. Что ему мешало предусмотреть то, что враг будет атаковать не одиночным заклинанием, а целой связкой? Почему он решил, что защита сможет сдержать любую атаку? Ведь можно было сделать так, чтобы она отклоняла метательные снаряды. А если заморачиваться с пространственными петлями, то выпущенное заклинание или артефактное оружие по туннелю будет возвращаться к своему отправителю, ещё и увеличивая скорость как из пращи. В конце концов, почему он так медленно использовал трансфигурацию?
Каким-то шестым чувством ощутив приближавшуюся опасность, Магнуссон крутанулся в короткой аппарации, и сместившись на пару метров, мгновенно швырнул в Геллерта «Режущее» заклинание.
Гриндевальд, не скрывая довольного оскала, тут же поставил косой щит и вновь атаковал.
— Плохо оставлять за спиной недобитых врагов. Нельзя пользоваться несмертельными чарами, если ты не планируешь допросить противника, — Геллерт вдалбливал науку войны в светловолосую голову ученика. — Твоё внимание, интуиция и чувство опасности должны концентрироваться на здесь и сейчас. В бою недопустимо отвлекаться на посторонние мысли. Для этого у мага нет времени.
Свои поучения бывший тёмный лорд не забывал разбавлять быстрыми атаками. Впрочем, Бьёрн грамотно использовал знания трансфигурации, постоянно создавая щиты и перемещаясь по залу.
— Учись автоматически отвечать на любую угрозу. Держи поле внимания на большом расстоянии. Вначале это нагрузит твой мозг, но со временем ты привыкнешь, — размеренно вещал бывший Тёмный лорд.
Тут уже сам Геллерт с трудом увернулся от вырвавшихся из стены каменных щупалец. Однако те не отставали, и Гриндевальду пришлось уходить трансгрессией. Для Бьёрна такая тяжёлая трансфигурация не прошла даром, он на секунду замедлился, переводя дыхание, и тут же был за это наказан. Прилетевший от Геллерта синий сгусток заклинания с размаху впечатал Магнуссона в каменную стену зала. В сползающее тело немедленно прилетел очередной «Круциатус», и Бьёрн зашёлся в крике.
— В бою береги силы и постоянно двигайся! — Гриндевальд не торопился прекращать пытку. — Поднимайся давай. Если устал, пойдём, продолжим изучать ритуалы. Вот как раз для этого пленные пригодятся. Пополнение энергии, создание инферналов для защиты лагеря от разведчиков противника, да даже на мясо для боевых химер. Именно для этого придуманы несмертельные заклятья, а не для того, чтобы милосердно оставлять врага в живых. Слюнтяйству нет места в бою!
Гриндевальд снял пыточное заклинание и окатил валяющегося Магнуссона водой из палочки, заставляя встать. В этот момент Бьёрн понял, что силы кончились, и провалился в ничто. Иллюзорное тело Гриндевальда задрожало, и через секунду он с матами очнулся в ненавистной камере. Ощущая спиной ледяной камень пола, Геллерт тем не менее довольно улыбался.
Каждый раз, когда ученик доходил до предела и отключался, Гриндевальд возвращался в тюрьму. Прогресс, который демонстрировал Бьёрн, неимоверно радовал Геллерта. Когда-нибудь ученик его освободит. Возможно, для того, чтобы убить. Уж слишком жестокие были у них тренировки.
В зарешеченное окошко, расположенное под самой крышей, кинуло ветром горсть снега, но белобрысый немец привычно не обратил на это внимания. То, что за окном бушевала метель, его не трогало совершенно. Гриндевальд надеялся, что ему удастся привить Бьёрну качества, необходимые настоящему воину. Оставалось ждать, пока мальчишка не накопит достаточно сил. В вой вьюги за окном вплетался демонический хохот бывшего тёмного лорда.
Глава 52 Тренировки даром не проходят
Араминта проснулась от настойчивого стука. В окно барабанил большой важный ворон, к лапе которого был прикреплён цилиндр с посланием. Женщина потянулась за палочкой, лежавшей на прикроватном столике, и впустила птицу. В послании было сообщение от Принца. Зельевар закончил варку и приглашал её забрать заказ. Медлить Мелифлуа не стала и уже после обеда появилась возле особняка старого волшебника.
— Здравствуйте, леди, — сухо приветствовал Араминту лорд Принц. — Ваше зелье готово.
Он протянул ей маленький фиал, в котором рубиновым цветом что-то неярко светилось.
— Хорошо, что вы смогли достать так много ингредиентов, — помялся зельевар. — Состав очень капризный. Даже мне со всем моим мастерством, пришлось несколько раз всё переделывать. Как оказалось, здесь важно учесть время года, фазы луны и даже толщину стенок золотого котла. А добиться необходимой чистоты фракций различных веществ — почти непосильная задача.
— Главное, что есть результат, милорд, — улыбнулась женщина. — Надеюсь, вы получили удовольствие от этой работы. Я передам мистеру Вильямсу, когда он поправится, кого следует благодарить за своё спасение.
— Ой, да бросьте, леди Мелифлуа, — глаза зельевара потеплели. — Если бы не ваша энергия и настойчивость, я бы вряд ли когда-либо взялся за такое сложное зелье. Всё же оно действительно уникально в своей изменчивости, и я получил кучу приятных моментов в процессе варки. В каком-то роде оно напоминает мне ветреный женский характер.
— Ещё раз благодарю вас, лорд, — легко поднялась Араминта. — Я была рада своим заказом немного разбавить вашу скуку.
— Если когда-нибудь вам понадобится что-то невозможное, с чем не справится никто другой, — Принц тоже поднялся и предложил ей руку. — Присылайте сову, дорогая. Вам — я обязательно помогу.
Попрощавшись со старым зельеваром, Араминта тут же трансгрессировала в Мунго. Через несколько минут она постучалась в знакомый кабинет целителя.
— Входите! — раздался голос Сметвика. Гиппократ в лимонном халате сидел за рабочим столом и заполнял очередную карточку пациента. Стопка требующих внимания документов, угрожающе покачивалась, собираясь свалиться на пол.
— Добрый день, Гиппократ, — Араминта осторожно присела на краешек стула. — Как там мистер Вильямс? Зелье, о котором вы мне говорили, удалось наконец-то сварить.
— Это же замечательно! — просиял Сметвик. — Пойдёмте скорей. А то, несмотря на всё наше лечение, мистер Вильямс тает словно свечка, — и он мгновенно подскочил со стула, отбрасывая бумаги.
Изумлённая Араминта едва поспевала за стремительно шагающим целителем. Полы лимонного халата развевались как крылья за его спиной. Наконец, они достигли нужной палаты, и Сметвик открыл перед ней дверь.
— Заходите, моя дорогая. Сейчас мы посмотрим, как подействует это чудо-средство. Всегда хотел провести подобный эксперимент!
Араминта озадаченно покачала головой, глядя на взбудораженного целителя, но спорить не стала. В конце концов, именно для этого она сюда и пришла. Вильямс неподвижно лежал на кровати, Мелифлуа неприятно поразило его состояние. От пышущего здоровьем парня осталась бледная тень. Ввалившиеся глаза, тоненькие руки-веточки, серая кожа. Ей показалось, что он находится на последнем издыхании. В носу юноши торчала полупрозрачная трубка, через которую сосредоточенный домовик вводил с помощью шприца питательную смесь.