Бьёрн Магнуссон (СИ)

— Мерлинова задница, — выругался Бьёрн. — Это мать Северуса? Похоже, вампир её выпил. Он осторожно подошёл к ней, оправил ночнушку и приложил руку к шее. Под кожей еле-еле чувствовалось биение пульса.
— Жива! — на его измученном лице появилась кривая улыбка. — Хоть в чём-то нам сегодня повезло, мистер Сивый.
— Живы остались, и ладно, — с трудом пробормотал оборотень. — Мать-магия, спасибо, что не забываешь про своих детей…
Было видно, что Фенрир может отключиться в любой момент. В Бьёрна, наоборот, понемногу вливались силы, он чувствовал себя гораздо лучше, чем ещё пять минут назад. Бьёрн обернулся к столу и спросил:
— Мистер Сивый, у вас с собой портал в деревню?
Однако тот уже спал, положив голову прямо на замызганную скатерть. Выругавшись, Бьёрн посмотрел на валяющегося без сознания Северуса, на такую же Эйлин Снейп и начавшего похрапывать оборотня.
Поднявшись по ступеням на второй этаж, он толкнул дверь и оказался, вероятно, в родительской спальне Снейпов. По крайней мере, двухспальная кровать и полуоткрытый одёжный шкаф на это намекали. Толкнув следующую дверь, он увидел комнату с узкой односпальной кроватью и шкафом, полным книг по зельеварению.
«Ага, логово Северуса», — решил Бьёрн и пошёл обратно. Приподняв мать и сына над полом с помощью левитации, он, двигая их перед собой, снова поднялся на второй этаж. Оставив Северуса в его комнате, Магнуссон переместил тело Эйлин на кровать и укрыл её одеялом. После чего снова достал из сумки «Кроветворное» и осторожно влил его сквозь синие губы женщины. Зелье светящейся дорожкой влилось в измученное тело, начиная свою работу. Пришлось потратить ещё четыре флакона. Бьёрн, в который раз, вспомнил профессора Флитвика добрым словом.
После возвращения в Лондон, он, не жалея галеонов, заказал на Косой аллее большой набор на все случаи жизни. В аптечку вошло всё, вплоть до «Сыворотки правды» и зелья «Удачи». Вот только последнее, аптекарь рекомендовал принимать только в случае смертельной опасности. Оно очень плохо влияло на источник, было токсичным и вызывало привыкание.
— Как тут подгадаешь, когда опасность смертельная, а когда ещё нет, — пробормотал Бьёрн, наблюдая, как лицо миссис Снейп понемногу принимает нормальный вид. Исчезла восковая бледность кожи, синева щёк и губ сменилась здоровым цветом здорового человека, почти пропали мешки под глазами. «Больше нельзя, — понял Бьёрн, глядя, как тело женщины начинает вздрагивать, — иначе ей станет ещё хуже».
Он набросил на мать Северуса диагностические чары и, в который раз за сегодняшний вечер, выругался от души. Бьёрн и раньше не чувствовал магии в её теле, а теперь увидел разрушенный магический источник и понял, что она нежилец. Если отвезти мать Северуса в Мунго, они, возможно, смогут стабилизировать её состояние, но волшебницей ей больше не быть. И сколько она после этого протянет, знает один Мерлин.
Бьёрн вернулся в комнату Снейпа и направил на него палочку. «Энервейт» снова не подействовал, и Бьёрн в отчаянии запустил в него молнию. Снейпа начало трясти, и он с криком очнулся, в ужасе глядя на свои руки, по которым ещё бегали искры и дымящуюся мантию, завонявшую палёным волосом.
— Что происходит? — он со страхом уставился на Магнуссона, который не торопился опускать палочку.
— А что ты помнишь? — спросил его Бьёрн, падая на единственный в комнате табурет.
— Какая-то тварь напала на нас, потом твой друг откинул меня назад, тварь исчезла, а от оборотня стали отлетать куски, и кровь била фонтаном. И дальше раздался такой страшный звук, что я думал, у меня лопнет голова. Больше ничего не помню. Что это было, Вильямс? — в страхе выкрикнул Снейп.
— Откуда я знаю, — устало выдохнул Бьёрн. — Судя по картинкам из бестиария, что я читал в «Запретной секции», это был настоящий вампир. Древняя нежить, на которую охотятся специально обученные мракоборцы из МКМ.
— И как мы его победили? — выпучил глаза Северус.
— А никак, — передёрнулся Бьёрн. — Пришли странные волшебники, стали его сжигать, а потом я тоже отрубился. Когда пришёл в себя, уже никого не было.
 
— А зачем ты меня молнией ударил? — Снейп недовольно разглядывал крошечные подпалины на мантии.
— Там твоя мать умирает, — вздохнул Бьёрн. — Её надо срочно в Мунго везти, может, они смогут что-нибудь сделать. Я её немного подлатал, но с её источником и каналами твориться ужасное...
Северус его недослушал. С криком «Мама!», он сорвался с кровати, запутавшись в мантии, прокатился по полу. Вскочил и выбежал прочь. Через секунду из соседней комнаты раздался душераздирающий вопль.
Бьёрн тяжело поднялся, вытащил из сумки флакон «Успокоительного», и тоже пошёл туда. Северус стоял на коленях перед кроватью матери, держал её безвольную руку и выл.
Магнуссон подошёл ближе и пнул Снейпа так, что тот отлетел в сторону. Ошеломлённо уставившись на Бьёрна, он разом перестал плакать.
— На, выпей и успокойся. Соберись, ты же маг! — сердито посмотрел на него Магнуссон. — Нам надо отвезти её в Мунго, я тебе говорю. Одень её во что-нибудь и левитируй на улицу. Я пойду, разбужу Сивого и вызову «Ночной рыцарь». Живей, Северус! А то она может умереть!
Уже не глядя на однокурсника, он быстро спустился по лестнице, прошёл на кухню и толкнул Фенрира магией, предусмотрительно не приближаясь. Тот недовольно рыкнул, но всё же приоткрыл глаза.
— Мы сейчас вместе со Снейпом повезём его мать в лечебницу, — устало выдохнул Магнуссон. — Вы останетесь здесь, мистер Сивый, или поедите с нами?
— Опять трястись на этой драконьей заднице? — скривился Фенрир. — Езжайте, сами. Я ещё посплю, потом уйду порталом домой.
— Держите тогда, — Бьёрн кинул оборотню очередной флакон с тонизирующим зельем. — Поможет восстановить силы. Там наверху две комнаты, занимайте любую, думаю, хозяева не обидятся. Только дверь за нами закройте потом перед уходом. А то местные, от имущества Снейпов и нитки не оставят.
На лестнице раздалось негромкое чертыханье, и Бьёрн поспешил на улицу.
«Ночной рыцарь» пришлось ждать почти десять минут. Несмотря на лето, ночью было прохладно. Магнуссон то и дело морщился, с фабрики тянуло запахом хлорки и краски. Наконец, с негромким хлопко́м возле них появился автобус. Выслушав традиционное приветствие кондуктора, они занесли Эйлин внутрь и надёжно закрепили её на заднем сиденье. Через несколько неприятных минут мрачный Бьёрн и зелёный Снейп вытащили её возле лечебницы.
В приёмном покое Мунго в это время за стойкой сидела только дежурная медсестра. Бьёрн сразу подошёл к ней и обрисовал проблему.
— У вас галеоны имеются, молодые люди? — безразлично посмотрела на него женщина в лимонном халате.
— Есть, — неприязненно отозвался Снейп. — Скорей! Помогите моей маме!
— Надо заполнить соответствующие формуляры, дежурный целитель скоро спустится,— недовольно скривилась медсестра. — Назовите её имя, возраст, социальный статус…
Бьёрн сел на лавку и устало откинулся на стену, прикрыв глаза. Он понемногу начинал чувствовать откат от большого количества стимуляторов, которые выпил сегодня. Через пять минут на лифте спустился целитель в помятой шапочке и с заспанным лицом. Тем не менее он ловко и профессионально осмотрел миссис Снейп, после чего перевёл нечитаемый взгляд на Северуса.
— Мы положим её на пятом, в отделение «Недуги от заклятий». У неё прогрессирующее разрушение источника, хроническая кровопотеря и спутанность сознания. С разумом поработает менталист, проблемы с кровью тоже решим, а вот источник лечению, увы, не поддаётся. Мы сможем только стабилизировать её состояние, сохранив ей жизнь. В лучшем случае она станет сквибом. И поверьте, молодой человек, для неё это очень хороший вариант. В худшем случае она станет магглой и проживёт не более пяти-семи лет.
Лицо подростка исказилось от боли и ненависти. Тобиас Снейп опять где-то пьянствовал с дружками, пока мать была при смерти. Северусу нестерпимо захотелось вернуться и бросить «Убивающее» заклятье, глядя в мутные глазки отца.