Бьёрн Магнуссон (СИ)

Магнуссон быстро поднялся по ступеням вагона и приветственно кивнул замеченным ранее однокурсникам. Мальсибер, Нотт, Розье и Эйвери пожали ему руки, но было видно, что настроения у ребят нет.
— Что случилось, парни? — удивлённо спросил Бьёрн.
Из-за напряжённого графика этим летом он ни разу не читал газет. А при встрече с Блэком и Поттером они больше рассказывали ему о своих тренировках, чем о том, что происходило в стране.
Слизеринцы расселись в купе, и Нотт мрачно посмотрел на Бьёрна.
— Эпидемия случилась, Вильямс. «Драконья оспа» словно специально прошлась по нам косой смерти.
Магнуссон озадаченно нахмурился.
— Я же читал в библиотеке про эту заразу. От неё вакцина есть. Все поправляются, только зелёный цвет кожи ещё на несколько месяцев может оставаться, ну и запах противный. Говорят, только глубоким старикам сто́ит опасаться эту дрянь.
— Мы тоже так думали, — Мальсибер начал доставать поминальные бутерброды и раскладывать их по тарелкам. — Поэтому сперва никто не волновался, а потом раз, и всё! Теперь мы, так же как и ты, остались без родителей.
Бьёрн нахмурился. Слова о смерти близких неприятно резанули слух. Он сочувственно обвёл взглядом однокурсников и сказал:
— Держитесь, ребята. Я знаю, насколько это тяжело, и соболезную вашей утрате. Но на этом жизнь не заканчивается. Надо пройти этот путь так, чтобы они вами гордились.
Он покопался в сумке и достал оттуда запечатанную сургучом большую бутылку «Старого Огденского».
— Думаю, никто не будет против, если мы помянем наших близких?
Эйвери достал палочку и запечатал входную дверь.
— Не надо, чтобы нас тут видели распивающими спиртное, — пояснил он свои действия. — Мало ли кто откроет купе. Наши-то поймут, а на других факультетах могут потом распускать очередные слухи о Слизерине…
За время поездки они поделились с Магнуссоном всем, что пришлось пережить летом и Бьёрн подивился, насколько эти истории похожи.
— То есть потом с каждым из вас говорил лорд Волдеморт и предлагал помощь? И что вы ответили?
— Наши родители входили в его партию, — нахмурился Эван Розье. — Мне кажется, что в их гибели виноваты противники Волдеморта. У меня в семье рождались провидцы, и моему младшему брату Феликсу иногда снятся вещие сны. И хотя ему всего восемь, его дар достаточно развит. Он мне сказал, что видел во сне змею, пронзённую кинжалом. Это значит, что маму и папу убили. Я думаю, что «Драконья Оспа» — это орудие убийства кого-то очень опасного для всех нас. Феликс, когда станет старше, сможет понять, кто это сделал и почему. А я найду эту сволочь и убью. Только прошу вас, парни, — он обжёг всех яростным взглядом, — не надо распространяться об этом в Хогвартсе. Убийцы достаточно сильны, и подобное знание будет опасно для всех нас. Месть — это блюдо, которое подаётся холодным. Так, вроде говорят.
— Учите окклюменцию, — в наступившей тишине голос Бьёрна прозвучал неожиданно страшно, — мой вам совет. А пока не научитесь прятать свои мысли, не смотрите в глаза преподавателям. А лучше, вообще никому. Иначе ваши тайны быстро станут известны некоторым лицам. Не буду называть имена, но среди профессоров есть мастера легилименции.
Все четверо вздрогнули и немного побледнели. Нотт потянулся за пазуху и вытащил золотой амулет с хризобериллами.
— Его ещё называют «Кошачий глаз», он защищает, в том числе и от пассивной легилименции, — Нотт с нежностью погладил амулет и спрятал его обратно. — Думаю, что у всех нас есть что-то подобное, но твоё предупреждение я запомню.
Поезд стал останавливаться, и ребята поспешили убрать следы пирушки. Переодеваться никому не пришлось, все слизеринцы изначально были одеты в мантии. Поэтому, как только поезд остановился, Бьёрн вместе с остальными однокурсниками спустился на перрон и быстро зашагал в сторону карет.
Трэверса в этом году действительно назначили старостой, как и предрекал Магнуссон, и сейчас шестикурсник с тоской провожал взглядом весёлую компанию слизеринцев. Ему ещё предстояло проверить, чтобы никто не оставался в вагоне.
 
— Мордредов Вильямс, — он со злостью пнул скачущего по перрону чёрного пса. — Сглазил меня с этой должностью, провидец долбанный. Ничего, я ему это ещё припомню.
Собака с визгом отскочила в сторону и затерялась в темноте пролаяв что-то матерное, а Трэверс с тяжёлым вздохом полез обратно в вагон.
***
В Большом зале привычно собирались все, стоял шум голосов, под потолком пари́ли магические свечи. За преподавательским столом в этом году почти ничего не изменилось, только прежнего профессора ЗОТИ уже не было. Впрочем, все давно привыкли, что больше года на этой должности никто не задерживается. Декана львов тоже не было видно, скорее всего, она, как обычно, встречала первокурсников.
Когда все приготовились наблюдать за распределением, из боковой двери появилась профессор Макгонагалл, а следом за ней в дверь зашла небольшая кучка детей. Они подошли к преподавательскому столу, где по мановению палочки мгновенно появился табурет. Минерва взяла с подставки Распределяющую Шляпу и рассказала будущим первокурсникам, что нужно сделать.
— А можно я потом пришью к ней цветочек? — пробился сквозь шум зала звонкий мальчишеский голос. Невысокий, нескладный паренёк с длинными белыми волосами, вопросительно смотрел на Макгонагалл.
— Нет, мистер, э-э, Лавгуд, — наконец вспомнила имя ребёнка Минерва. — Это древний магический артефакт. Своим цветочком вы можете его испортить.
— Жалко, — понурился мальчишка.
— Сильвия Блюм! — вызвала Макгонагалл первого кандидата.
Маленькая девочка нерешительно подошла к шляпе и одела её на голову, даже не пытаясь залезть на высокий для неё табурет. Артефакт, едва только коснулся тёмненькой головы с короткими курчавыми волосами, как тут же вынес свой вердикт:
— Пуффендуй!
Следующим на табурет взгромоздился краснощёкий мальчишка.
— Реджинальд Берч, — назвала имя Макгонагалл, и шляпа отправила его на Пуффендуй, ещё быстрее, чем девочку.
Следом на Слизерин попал Бенджамин Уилкис. Плотный мальчик с открытым, дружелюбным лицом.
— Квиринус Квиррелл, — вызвала очередного кандидата Макгонагалл.
Испуганный мальчишка надел шляпу и после почти минуты ожидания, та завозилась у него на голове, открыла рот и рявкнула:
— Когтевран!
Стол умников разразился аплодисментами и Квиррелл, неуверенно улыбаясь, отправился к ним. Туда же шляпа отправила и Лавгуда. Пробурчав напоследок, что цветочки надо нашить на его бестолковую голову, чтобы не лезть к уважаемому артефакту с неуместными предложениями. Туда же отправился Оливер Дэвис, пухлый паренёк с каштановыми волосами до плеч.
На Слизерин распределили Брутуса Селвина и Чарли Флинта. Впрочем, в том, что эти ребята попадут за стол зелёных, никто из слизеринцев не сомневался. В семьях Селвинов и Флинтов, все учились на змеином факультете, и Брутус и Чарли не стали исключениями.
Последними распределили братьев Вудов, Эдриана и Роберта и они оба попали на Гриффиндор. Львы аплодировали дольше всех. Наконец, когда даже самые буйные ученики успокоились, Дамблдор подошёл к трибуне и произнёс приветственную речь. В его словах не было ничего о политике, только пожелание всем хорошо учиться. После чего он с улыбкой оглядел Большой зал, взмахнул руками, и на факультетских столах начала появляться еда. Приятные запахи мгновенно наполнили пространство Большого зала, и ученики радостно загомонили.
— Ну, наконец-то! — довольно проговорил Лестрейндж, взглядом полководца осматривая стол, и подтянул поближе блюдо с молочным поросёнком. Остальные слизеринцы тоже от него не отставали, заполняя тарелки вкусной едой. Бьёрн улыбнулся Веге, которая сидела рядом с девочками немного дальше, а потом перевёл взгляд на Снейпа. Его однокурсник был ещё более мрачен, чем обычно. С брезгливой отрешённостью накладывая себе какой-то салат, он иногда поглядывал на стол Гриффиндора. Его подруга Эванс весело болтала с соседями, не обращая внимания ни на кого.