Дракон в её телефоне

– Мне нужно было прогуляться по важному безотлагательному делу, – красноречиво покосилась на туалет.
– А утку, самостоятельная вы наша, решили презреть?
Слабо пожала плечами. Я бы, может быть, и не решила, только пока ее дождешься, утку эту, опозориться можно в кровать, да и вообще, стыдно как-то… Правильно понимая мое молчание, доктор усмехнулся:
– Понятно. Как себя чувствуете? Сносно? Дайте-ка посмотрю, – мне посветили в глаза фонариком, – смотрите на мое ухо, стену, дверь за мной, вбок, хорошо. Другой глаз. Реакция без торможений, удивительно. Этак мы вас уже через дней десять выпишем домой.
– Дней десять? – напряглась я, разом вспомнив о заказах, парочку я должна была отдать уже завтра, остальные ― в ближайшие дни. Черт, из-за задурившего голову Дракона я и о подруге позабыла, а Алиска наверняка очень переживает и ждет моего звонка. Я прекрасно знала подругу, сама она не звонила, поскольку сто процентов боялась помешать каким-нибудь медицинским манипуляциям. – Почему так долго?
– Никитенко, вы что, смеетесь? Вам бы не в обычной палате отдыхать, а как минимум в реанимации или, как максимум, в морге валяться! А вы мало того что разгуливаете по коридорам, так еще и спрашиваете, почему так долго до выписки?! Вы меня поражаете, Ангелина.
Неуютно передернулась, только в тот момент осознавая, что на самом деле мне пришлось пережить. А между тем, одной ногой стояла в могиле, а второй увязла по щиколотку. Так что, прав доктор. Во всем прав.
– Скажите, доктор, а когда можно будет, чтобы меня навестила подруга?
– Я от вас в шоке, Никитенко, – сокрушенно покачал головой врач и улыбнулся. – Никогда у меня еще не было таких ретивых, подвижных пациенток, как вы.
Губы дрогнули в ответной улыбке.
– Надеюсь, это комплимент.
– Он самый, – важно кивнул мужчина. – Вы куда сейчас направлялись? Обратно в палату?
Озадачено кивнула. Разве здесь можно еще куда-то пойти?
– Пойдемте, провожу. А подруге скажите, пускай завтра утром приходит. Часиков в десять, вы как раз успеете анализы сдать, позавтракать, самое то. Но, только в том случае, если будете себя хорошо чувствовать, перенапрягаться вам категорически запрещено, слышите, Ангелина?
– Слышу, поняла. Спасибо вам, доктор, за все.
– Георгий. Мое имя Георгий, Ангелина.
С удивлением глянула на мужчину. Это что, попытка заигрывания, или я не так поняла? Может, он со всеми своими несчастными так общается? А вообще, Георгий внешне очень даже ничего. Выше меня на две головы, среднего телосложения, живот из-под халата не выпирает, внешность среднестатистическая, но вполне симпатичная, не познакомься я с драконом… А собственно, при чем здесь вообще Дракон?! Я его даже не видела никогда.
– Спасибо, Георгий, – пробормотала, выдавливая улыбку, и шмыгнула в палату, слыша тихое:
– Потрясающая женщина. Надо же, едва не умерла пару часов назад, а скачет, будто козочка молодая.
Сев на кровати, глянула на экран телефона, и вся растерянность мигом сдулась под натиском праведного гневного возмущения. Этот Дракон недоделанный! КАК он меня назвал?! Ну, все. Трындец ему!!!
Ангелина: Какая я тебе селянка, мужлан несчастный?! (Гневное сопение. Отправлено/Прочитано)
Дракон: Это была шутка. Признаю, неудачная. (Смущенно-улыбающийся смайлик. Отправлено/Прочитано)
Ангелина: Шутник. Еще одна такая шутка, и у кое-кого в зубах появятся промежутки. (Отправлено/Прочитано)
Дракон: Все, все, грозная моя. Я понял. Как я могу загладить свою вину? (Отправлено/Прочитано)
Ангелина: Оскорбления смываются кровью Чешуйчатых! (Отправлено/Прочитано)
И молчание. Ой, только не говорите, что он оскорбился в ответ! Это даже не смешно. Эту бородатую шутку знает каждый человек.
Подождав ответа Дракона еще несколько минут, покосилась на время, слыша в тот же момент призывный крик из коридора об обеде и гремящий стук колес. Интересно, за обедом нужно идти куда-то или в палату привезут? Хотела пойти посмотреть, что там творится в коридоре, но только встала на ноги, как они ослабли, к горлу подкатила дурнота. Кажется, о своем состоянии я сделала поспешные выводы и обрадовалась очень рано. Накатила такая неприятная слабость, что я с огромным трудом смогла принять горизонтальное положение. В палату заглянула пожилая, объемная телесами женщина. Оглядев пустую палату, она уткнулась в меня, поправила съехавший набок колпак.
– Одна?
– Угу, – в руке завибрировал телефон. Женщина кивнула, взяла с тележки составленные друг на друга тарелки и понесла мне. От кислого запаха щей и рыбы меня слегка замутило.
– Что-то ты зеленая какая-то, позвать кого?
– Если не трудно.
– Ну, сейчас все на обеде, но если совсем худо, кликну. Чашка где?
Развела руками. По понятным причинам, никаких вещей, кроме имевшихся на мне, у меня не было. Хорошо, отправляясь в кафе, надела мягкие леггинсы, майку под низ и свитшот. Кофту с меня сняли и, как я успела заметить, положили в тумбу, а остальные вещи я хотела попросить привезти Алиску.
– Понятно. Принесу посудину. Отдыхай, болезная, медсестру кликну.
Поблагодарив женщину, покосилась на еду и поморщилась. Что-то есть мне теперь совсем не хотелось. А вот подруге позвонить надо. Хотя, по правде говоря, напрягать беременную подругу, которой рожать буквально на днях, тоже такое себе, но если мне здесь десять дней валяться… Блин, как же я не хочу. И одиночество уже не в первый раз огромной иглой кольнуло под ребра. Мне даже некому, по сути, позвонить, чтобы вещи привезли. По щеке скатилась слезинка-предатель. Выходит: как припекло, я никакая не свободная, а очень даже одинокая… Какая жалость.
Погладила экран телефона, скрывая пальцем значок пришедшего от дракона сообщения. Потом, сначала Алисе позвоню.
Дозвониться до подруги оказалось не так-то просто – она не отвечала, ни на один звонок, ни на три. Как и Диана, номер которой я отважилась в отчаянье набрать.
Разозлившись, зло утерла льющиеся по щекам слезы. Разнюнилась тут. Подумаешь, обратиться не к кому, придумаю что-нибудь. Не впервой только на себя полагаться. Да вот хоть и дракона попросить. В крайнем случае. Если Алиса до вечера не ответит.
Я уже было открыла сообщения с драконом, как в палату заглянула еще одна незнакомая сильно в годах женщина в форме санитарки, в руках она держала небольшую продолговатую коробку.
– Вы Никитенко? – строго поинтересовалась бабушка.
– Да. Я, – протянула с недоумением.
– Вам передача.
Мне на кровать положили коробку и излишне резво для пенсионного возраста ушли. Растерянно взяла в руки коробочку, повертела. Обычная картонная, без подписи, ну, не считая номера палаты и моей фамилии.
– А от кого?
В полном изумлении смотрела на набор рошеновских конфет, к которым была прикреплена небольшая прозрачная пробирка, в каких бывают пробники духов, с очень подозрительной багряной жидкостью. Не поняла. Это что такое?!
Вздрогнула от вибрации телефона и, с опаской на него глянув, тяжело сглотнула, открывая переписку с Драконом.
Дракон: Теперь, смею надеяться, все доставленные тебе мной оскорбления смыты? (Ехидный смайлик. Отправлено/Прочитано)
Пробирка выпала из онемевших рук. Всю слабость как рукой сняло. На инстинктах испуганно залезла на кровать с ногами. Какого лешего?!
 
Глава 8
 
|Девьян|
Селяночка: Ты что, реально подсунул мне свою кровь с конфетами? (Ошеломленно-негодующе. Отправлено/Прочитано)
Недоуменно хмыкнул. И что ее на этот раз не устроило? Женщины! Сначала плешь проедают запросами, а потом те самые запросы их не устраивают!..
Дракон: А что не так? Как ты и просила. Теперь можешь смывать свои обиды сколько душе угодно. Нужно будет еще, пиши. Организую. Все что угодно, лишь бы ты не плакала злилась. (Подмигивающий смайлик. Доставлено/Прочитано)
Геля по ту сторону ленты пораженно замерла. Со священным ужасом покосилась на колбу с моей кровушкой, древней династии Ниблер, между прочим! Затем на конфеты. У девчонки нервно дернулась щека. Она вообще, мягко говоря, вся была бледнющая, краше на погребальный драккар кладут. Поела бы она хоть, что ли. Вон, трапезу-то принесли. Правда, я бы и сам такое есть поостерегся, поэтому настаивать не буду. Лучше закажу что-нибудь вкусненькое и съедобное для нее.