Похищенные

  
Возвращение Валькирии
 
Пусть и не во всех деталях, но каждый из викингов знал, какая обстановка сложилась там, где жили их родители, близкие родственники и друзья. Поэтому Надин Нильсен, оперативный позывной Валькирия, маркиза де-Нильсен-ин-Бюрум, отправилась на своём личном крейсере-истребителе, который она назвала в честь родного города отца — «Бюрум», на остров Лесё в проливе Каттегат. Так уж вышло, что острова Лесё, Анхольт и Борнхольм, как и давно уже отделившаяся от Дании Гренландия, совершенно не интересовавшая варваров юга, остались единственными, не захваченными ими территориями Дании. Впрочем, датчан в Датском королевстве, из семи миллионов осталось не более шестисот тысяч, но и то датчанок, вышедших когда-то замуж за турок, албанцев и прочих мусульман, или ставших их наложницами. Зато в Дании, ставшей мусульманской страной с тридцатимиллионным населением, проживало очень много рабынь европейского происхождения. Более половины населения.
На трёх же островах оставшихся свободными, мусульман проживало очень немного — изгои, проклятыми своими соплеменниками и их религиозными вождями. Точно такая же ситуация сложилась в Голландии и Бельгии, но в отличие от Франции, эти в странах сохранялся хоть какой-то порядок пусть и сугубо бандитского, но всё же государства. Датский военно-морской флот, а точнее его остатки, не давал варварам приблизиться к трём свободным островам, население которых составляло почти полтора миллиона человек. Остальные датчане перебрались в Швецию, там находилась королева Гертруда вместе со своим двором, и Германию. Остров Лесё, самый маленький из трёх последних датских территорий, стал приютом для почти четырёхсот тысяч датчан. К нему-то и направилась Надин Нильсен. Едва только она приблизилась к острову, как стразу же стала, облетая его по кругу, сбрасывать на воду генераторы силового поля и через десять минут над ним засветился силовой купол, а датский моряки увидели в ночном небе огромный серебристый космический корабль, справа от которого сверкал белый крест на красном фоне, а справа три синих льва, стоящие друг над другом, на золотом щите, увенчанном королевской короной.
Пролетев на высоте в сотню метров над военными кораблями и выстрелив сигнальными плазменными шарами в сторону пролива Лесё-Ренне, «Бюрум», а именно это название можно было прочитать на днище крейсера, Надин полетела к городу, в котором жила её семья. Как только крейсер-истребитель «Бюрум» стал плавно опускаться вниз, началась гуманитарная «бомбардировка» острова Лесё. Очень, кстати, своевременная. Островитяне испытывали недостаток в продовольствии. Валькирия решила наплевать на все политесы и с первых же минут стала действовать решительно и энергично. Никакого неудовольствия у властей острова это не вызвало. Они были готовы принять помощь от кого угодно, а её им предложила датчанка, дочь старого, отставного контр-адмирала Нильсена.
  
Возвращение Индейца
 
Точно так же решил поступить маркиз Антуан-Николя де-Феррен-ин-Квебек. Индеец оказался когда-то в Торонто по чистой случайности. Он приехал в этот город, на берегу озера Онтарио, с прозаической целью, посмотреть на выступление индейского фольклорного ансамбля. В Квебеке, точнее неподалёку от него, он жил в небольшом индейском поселении на берегу залива Святого Лаврентия и когда приезжал в город, навестить родителей, то многие считали его индейцем, да, он и сам ощущал себя абенаки, поскольку его дедом по материнской линии был индеец этого племени. Сначала Антуан часто приезжал к деду на всё лето, но как только закончил школу, перебрался к нему и даже занялся фермерством, распахал небольшой участок земли и выращивал на нём овощи, а всё остальное время проводил в лесу. Антуан-Николя жил, как индеец, и был даже большим индейцем, чем его собственный дед. Обладая способностями к гипнозу и зная лес, как свои пять пальцев, он запросто мог привести в посёлок живого медведя или лося, из-за чего прослыл шаманом.
 
Как и Валькирия, Индеец, не интересуясь ни чьим мнением, просто взял и накрыл силовым куполом весь Квебек и большую территорию вокруг него, включая индейский посёлок, в котором по прежнему жили его дед и бабушка. После этого он полетел к зданию мэрии Квебека и довёл до сведения жителей города, кто он такой, где был, чем занимался, и что намерен начать делать немедленно. Естественно, что обратился он к жителям своего города по телевидению, сидя в командирском кресле крейсера, по-французски, назвав свой титул, после чего кратко рассказал свою историю и известил всех о том, что Тиарцы вылитые французы и даже их язык звучит, как французский, а на письменном столе Звёздного императора Илиантиса стоит бюст наполеона, отлитый из чистого золота, подаренный ему маркиза Аннет де-Клуа-ин-Фонтенбло, а рядом с ним лежит трубка мира, подаренная им потому, что он на четверть Гурон. Та речь, с которой обратился к жителям Кракова епископ Владислав Краковский, в принципе была произнесена Индейцем в Квебеке на сутки раньше и она быстро возымела своё действие.
Индеец, в самых ярких красках, расписал в ней всё то, что способны дать современная галактическая медицина, выраженная в виде робохирурга, а также гипнопедия. Однако, рассказывая о Звёздной Техноимперии Тиар-ан-Рабат, он не преминул рассказать о том, что галактические индейцы с планеты Ан-Рабат в пику галактическим французам с планеты Тиар, их старинными врагами, а теперь лучшими друзьями, отправили на в Квебек такие дары, о которых ему даже как-то совестно говорить, очень уж они роскошные и немыслимо дорогие. Индеец сразу же объяснил, — силовой купол диаметром в сто километров, накрывший Квебек и его окрестности, является очень мощной защитой от внешнего мира, но каждый желающий может спокойно выбраться за его пределы на чём угодно, однако, для того, чтобы все желающие могли попасть внутрь, он установил специальные пропускные пункты на всех шести главных дорогах, ведущих в Квебек.
Одновременно с этим, неподалёку от города, стали вырастать огромные здания "Центров комплексной подготовки", о которых Антуан рассказывал битых полтора часа. Рассказал он и о тех чудо домах, которые получит каждый канадец и даже о том, что к ним прилагалось, а это были целых четыре роскошных флайера, какие на Тиаре котировались, как лимузины, и многое другое. Может быть поэтому огромное число жителей Квебека быстро собрались и немедленно поехали в этот город. Правда, Индеец поставил все всего одно условие, — каждый, кто хочет получить себе маленький дворец, который можно было установить где угодно, должен пройти курс гипнопедического обучения, а заодно получить полную медицинскую помощь, на что уйдёт менее двух недель. Когда жители провинции Квебек и не её одной узнали, что Индейцу в будущем году должно исполниться восемьдесят два года, хотя он выглядел не старше двадцати пяти, кое-кто даже покрутил пальцем у виска, говоря: — "Нет, парень, ты видно совсем чокнулся на Тиаре, раз считаешь такой подарок судьбы, обязательным условием. Кто же откажется стать за каких-то двенадцать дней абсолютно здоровым человеком без малейшего физического изъяна и вернуть себе молодость?"
О расширении сознания и о том, что компьютер гипнопеда постарается во что бы то ни стало превратить каждого своего ученика в учёного, Индеец не сказал ни слова и лишь коротко обмолвился о необходимости получить хотя бы минимум знаний, чтобы общаться с галактами на универсальном галактическом языке посредством галактической компьютерной сети и уметь пользоваться дарами Ан-Рабата. В общем он очень ловко заманил множество людей, имевших на юге далеко не самых лучших соседей, от которых они были вынуждены отгородиться чуть ли не стеной, в хитроумно подстроенную ловушку.
  
Возвращение Пантеры
 
Родные и друзья Лесли Грин находились на острове Мэн в полной безопасности. Там теперь располагалась главная база остатков королевского военно-морского флота. Как и три датских острова, Мэн стал последним оплотом Великобритании, точнее той её части, которая сохранила преданность своему королю, хотя тот и находился в Аргентине. Большая часть подданных короны, переметнулась на сторону транснациональной корпорации "Бритиш петролеум" и при поддержке теперь уже почти шестимиллионного экспедиционного корпуса, осваивала новые территории Ирана, Ирака и доброй половины Саудовской Аравии. Саму же Великобританию фактически оккупировали пакистанцы, иранцы, индийцы, проживавшие ранее в штате Джаму и Кашмир, иорданцы и египтяне. Оставалось там немало англичан, шотландцев и ирландцев, но они представляли из себя национальные меньшинства Атлантического Халифата.