Она умеет смеяться (СИ)
— Мне жаль, — ответила тихо, а он рявкнул:
— Дура! — Я отодвинула телефон подальше, а он шумно дышал в трубку, успокаиваясь. — Не ты, Лерка, — ответил после паузы, — и где теперь Лиля? С этой бабенкой? Ксенией.
— Если она ещё жива. Кто помогал с похищением?
— Не знакомились, — огрызнулся в ответ, — вообще никаких вводных, поэтому и уехал. Найдёшь ее?
— Найду.
— Позвонишь? — спросил неуверенно.
— Позвоню, — отключилась и посмотрела на Ростислава.
— Теперь можно и прикинуть, — кивнул в ответ.
— Учитывая, что Ксения звонила Исаеву, она наверняка хотела стрясти с него денег изначально. Только не ясно, на что она рассчитывала, что он поведётся?
— Не уверен, что это ее план, — поморщился Панфилов. — Скорее поверю, что она рассказала про Исаева, чтобы уберечь свою задницу. А вот те, что помогали с похищением, увидели домик, от которого забирали ребенка, и решили, что могут получить ещё. Могли прижать Попову, вряд ли она осталась на квартире с Михайловой и Кондратьевым, та выложила про Исаева и подписала приговор Михайловой.
— Отсюда и выстрел в голову, чтобы невозможно было опознать, — кивнула согласно. — В итоге, Исаев в игре, чтобы проверить слова Поповой ему нужен ребёнок, а получить он его может только заплатив. И кто такой умник? Уж явно не тупой уголовник.
— Шамалов вполне подходит, — пожал плечами Слава и ожил Эмир, появление которого я пропустила:
— Шамалов? Хитрый ублюдок и, фактически, прямой конкурент Исаева, в теневом. Точнее, очень хочет таковым стать, но пока барыжит только мечеными пушками, которые берут только те, кому терять вообще нечего. Но найти его будет непросто.
— Кто сказал? — заулыбался Павел. — У меня в багажнике какой-то черт, уверен, он нам все расскажет.
— Паша, — вздохнула с укором, а он пожал плечами:
— Бензин было жалко.
— А машина где? — спросил Панфилов, поднимаясь.
— Да возле дома, — отмахнулся беспечно, а я закатила глаза. — На этот раз ты можешь послушать и посидеть смирно?
— Определенно, — кивнула с готовностью, — пытки — не мое. У меня все по взаимному согласию.
Паша посмотрел настороженно, повернулся к Эмиру, ища объяснение моей покладистости, но тот лишь недоуменно развёл руками и оба уставились на Панфилова.
— Я ее накачал, — вздохнул Ростислав, поднимаясь, а парни выдохнули с облегчением и заулыбались.
— Чем? — услышала заинтересованный голос Эмира из коридора и закатила глаза.
Взяла телефон и набрала Лену, звонки которой игнорировала весь день.
— Я тебя убью, — прошипела она в трубку. — Твоя родня меня чуть с ума не свела! Больше никаких свадебных платьев, хватит с меня!
— Уехали?
— Уехали, — выдохнула язвительно, — если не приедешь на примерку в течении получаса, я возьму ножницы побольше…
— Буду через двадцать минут! — ответила торопливо, отлично зная подругу: на расправу она скорая. Разрежет и глазом не моргнёт.
— Я засекла, — буркнула недовольно, а я подхватила сумку и понеслась к входной двери, надеясь застать внизу мужчин, но ни одной машины уже не было. Кроме моей, за руль которой наконец-то села я сама. Но успела только выехать со двора, прежде чем мне в бок что-то уперлось, а противный голос сказал:
— Я тебя ждал. Не сидится на месте, да?
— Столько дел, — кивнула согласно, — теперь вот на одно больше. Ты кто?
— Угадай, — усмехнулся в ответ. Я попыталась увидеть его в зеркале, но этот пройдоха умудрился поместиться за моим креслом полностью.
— Шамалов, — пожала плечами равнодушно, — и куда поедем?
— Ты мне скажи.
— Ну, лично я собиралась в салон тряпки выбирать. Поедешь?
Рядом с моим лицом появилась рука с небольшим ножом, а Шамалов противно хихикнул:
— Не поверишь, но у меня две руки.
— Господи, как же тебя там раскорячило, — вздохнула с состраданием, но вместо благодарности получила порез на скуле, который практически не почувствовала, лишь увидела в зеркале. — А это зачем?
— Для профилактики. Где девчонка?
— Вот те раз, — брякнула удивленно, продолжая вести в направлении салона, — вообще, я думала, что у тебя.
— Не эта, — протянул самодовольно, — другая. Та, что подороже.
— Вообще без понятия, о ком ты, — продолжила строить из себя идиотку и получила тычок рукояткой ножа в висок.
— Я думал, ты соображаешь, — вздохнул разочаровано, — но ты такая же тупая дырка, как и остальные. Рули в больницу, овца, пока я тебе брюхо не прострелил.
— Зачем спрашивал, раз знаешь? — удивилась, меняя курс.
— Чтобы знать, на сколько ты тупа, — усмехнулся в ответ.
— А зачем я тебе? Или боишься не справиться с трёхлеткой?
— Эти соплячки такие визгливые, когда рядом нет бабы, — ответил возмущённо, — хочется вышвырнуть в окно. А мертвая соплячка бесполезна.
— Значит, подружку тоже не помиловал? Суров.
— Запарила ныть, — отмахнулся, потыкав меня в бок пистолетом, — шевелись, скоро закроют и придётся делать кучу лишних телодвижений.
— Ты в курсе, что в больницах просто так не лежат, да? — спросила невзначай. — Я была у неё сегодня, она вся в трубках и капельницах и даже глаза не открыла. А мертвая соплячка бесполезна, сам сказал.
— Значит, получу свои денежки в рекордные сроки, — хохотнул ядовито. — А ты хороша. Складно поешь, если бы я уже не забрал деваху, мог бы купиться. На светофоре налево. И газку поддай. Если бы у тебя было будущее, я бы дал совет: всегда оставляй на охране двоих. Мужик просто пошёл поссать, пять минут, но их хватает за глаза.
Я замолчала и задумалась над его словами. Гриша пошёл поссать? Мужик, способный влить в себя бочонок пива и просидеть весь вечер в баре ожидая клиентов? Да и узнал бы он его. Если только Вадим не поставил вместо него своего человека. Но почему Гриша не позвонил? Куда он делся? Черт, и почему Вадим так беспечно подошёл к вопросу? Не мог же он воспользоваться дочерью, хоть и предполагаемой, как приманкой? И для чего? Найти Попову? Отомстить? Что-то не складывается. Совершенно нелогично вместо Гриши оставлять всего одного парня. Совершенно не вяжется глуповатое выражение на лице Вадима с вероятностью, что он подверг ее жизнь опасности целенаправленно.
— Ты врешь, — сказала уверенно, а он хмыкнул:
— Зачем мне это? Соплячка у меня. Пришлось проявить фантазию, но, похоже, ты пришлась ей по душе. Я даже не обману ее ожиданий, привезя тебя.
— Врешь, — усмехнулась, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но до этого было далеко, — и знаешь, что я сейчас сделаю? Крутану рулем и будь что будет. Как тебе?
— На столько отбитая? — спросил удивленно. — Крутани на светофоре влево, запарился за сиденьем торчать.
— Так даже лучше, машин меньше, есть где разогнаться, — ответила довольно, — в область катим? Наверняка припас какой-нибудь домишко захудалый. Так что там с девочкой? Как планируешь ее выкрасть?
— Вы гляньте какая недоверчивая! — хихикнул мерзко, садясь прямо, а я увидела в зеркале его насмешливое лицо.
— Очень странно, — сказала вслух, пару раз посмотрев на него через зеркало.
— Что именно? — усмехнулся, весело поглядывая на меня. Определенно, настроение у него было на высоте. Понять бы ещё, чему он так радуется.
— Ты симпатичный, — ответила охотно, — но голос до того мерзотный, как пенопластом по стеклу.
— Так лучше? — изменил тембр, а я хохотнула:
— Вообще не помогло. Не расстраивайся.
— Ну ты и сука, — заржал в ответ, а когда смеяться ему надоело, сказал серьезно: — Мелкая у меня. Скоро убедишься. Я уже давно знал, что она в больнице, но, как мы уже выяснили, от мертвого ребенка никакого толка. А состояние ее было так себе, я узнавал периодически. Поразительно, на сколько беспечны работники регистратуры! И за больницей приглядывал. А тут ты со своим красавчиком. Зашла с игрушкой, вышла — без. И с пробирочками, спасибо, кстати. Очень удобно получилось. И спасибо за то, что подружилась с мелкой. Достаточно было сказать, что друг Линды. И назвать кодовое слово, то есть, нашу с тобой крепкую дружбу подтвердить. Угадаешь? — я поморщилась, а он протянул довольно: — Правильно, Вишня. Но не переживай, мелкую не трону, если орать не будет и ее папаша раскошелится.