Вероника (СИ)

Пол-одиннадцатого мы были уже на вокзале. Ультрасовременный Сапсан стоял гордо взяв курс. Я даже задрожала в нетерпении. Ведь на поездах мне не довелось еще ездить. Проводник, сверив, мой билет с удостоверением личности пропустил меня внутрь, а вот моего начальника почему-то задержали.
— Идите Георгий, я сейчас разберусь и подойду, — я лишь кивнула и пошла искать купе.
Ситуация была мягко говоря напряженная. Я одна в купе поезда, моему начальнику не дают разрешения на посадку. Значит и мне ехать не нужно. Встав с сидения я уже хотела было подойти к двери, как с той стороны ручку кто-то тронул.
От сердца сразу отлегло, ну правда, чего это я так разнервничалась. Билеты же куплены, документы в порядке. Поезд тем временем уже начал движение. Пол и стены завибрировали, раздался еле слышный гул и легкий толчок вверх.
Нам рассказывали про современные поезда. Особенно про Сапсан — гордость инженерной мысли. Поезд на воздушной подушке.
Перон начал отдаляться, а в купе так никто и не зашел, но я знала, что за дверью кто-то стоит, так как ручка то и дело подрагивала.
Решив, что нужно написать Гоше смс, я достала телефон и чуть не выругалась в слух. Зарядка была на нуле.
— Вот же, как не во время,— я стала искать бесконтактную зарядку, но ни как не могла найти значок.
Тем временем ручка скрипнула и дверь с тихим шелестом отъехала в сторону. Вот только на пороге стоял не Айдаров.
Нет! Там стоял Астахов!
Стивену Кингу видимо не был известен тот уровень ужаса, что я испытала сейчас.
Я замерла, растерянно хлопая глазами.
— Ну здравствуй Георгий, — поздоровался мужчина, входя в купе и садясь напротив меня. За ним следом зашел еще один мужчина. В нем я узнала Руслана Михалева.
— Здравствуйте,— просипела я, — простите ангина,— я криво улыбнулась, стараясь держать свое волнение в руках. — А где Виктор Анатольевич?
— Он едет в другом купе, мне вдруг захотелось поговорить со своим племянником, не возражаешь я закурю?— Михаил уже достал сигареты и стал ее подкуривать.
— Н-не против,— я чувствовала себя пришпиленной бабочкой под тяжелым взглядом васильковых глаз. Сердце стучало как сумасшедшее, подмышки стали влажными, как и ладони.
И тут я поняла, что попала сюда не случайно. Видимо мы оказались в одном купе, дабы он мог учинить допрос с пристрастием.
Глупая Вероника! Глупая!
Я так старалась, выглядеть как Гоша, что пропустила основное. То как ловко, увидев меня лишь мельком Астахов раскусил план Гоши.
Михаил Александрович тем временем докурил и затушил бычок, а потом включил вытяжку.
— Долго мне ждать? — его резкий тон рассек воздух, что я вздрогнула. — Может вы уже прекратите этот цирк! А псевдо Георгий?!
Это был конец!
Для меня, для плана Гоши. Я замерла как лань при свете фар, испуганно переводя взгляд с Михаила на Руслана. У меня даже зубы застучали. Бесконечно глупо было бы отнекиваться, говорить что-то. Я сжала зубы до скрипа и черных мух перед глазами.
— Молодой человек, давайте так, вы сейчас расскажете мне все, а я уже решу как быть с вами и моим племянником, договорились?
Но у меня словно язык прилип к небу. Я судорожно сглотнула, покосившись на дверь. Боже правый! Я словно онемела, и вместо того, чтобы придумать что-то внятное, я то и дело открывала рот, и закрывала его. Грудину прострелило болью и я поморщилась. Такое уже случалось, особенно когда я сильно волновалась. Рефлекторно я стала растирать грудь. Мысли сменялись в голове, и каждая новая была хуже другой.
— Мне кажется у него шок,— тихо сказал Руслан Михаилу. — Умеешь же ты!
— Когда кажется крестись,— с недовольным лицом проговорил Михаил, а потом резко схватил меня за плечо, и дернул на себя. Этот грубый жест вывел меня из ступора, но совсем не туда вывел, куда бы хотели мужчины.
— Я не хотела, — пискнула я, — мама заболела нужны были деньги, а тут Гоша…помоги…да помоги, а там дядя про-д-а-ал меня!
Слезы брызнули из моих глаз, я говорила почти скороговоркой, глотая слова в слезах. Сквозь мутную пелену перед глазами, я заметила насколько шокированы мужчины.
 
— Не хотела?! — Руслан протянул руку к моей голове и потянул за парик. Еле слышное ах донеслось до меня. Потом он потянул за сеточку и на мои плечи упали, собранные в хвост волосы.
— Афигеть, — прошептал Михалев, все еще сжимая парик в руках.
— Вот значит как? Вероника Царёва. Руслан ты же говорил, что на дороге не было подставы?
В голосе Михаила было столько яда, что я поежилась. Все это время я сидела опустив голову, но на это замечание не смогла смолчать.
— Наша встреча на дороге, случайность, я была расстроена и не смотрела по сторонам. Да я и сейчас ничего не замышляла, мне просто нужны были деньги, моя мама в больнице!
Из глаз снова потекли слезы. Я закрыла лицо ладонями.
— Миш, я правда все проверил, это не было подставой, просто случайность, — еще раз пытался оправдаться Руслан.
— Ну рассказывайте Вероника, как вы докатились до жизни такой?— с насмешкой сказал Астахов. — Советую вам быть максимально честной, от этого зависит исход вашей авантюры.
Я не могла успокоиться еще пол часа точно, каждый раз начинала заикаться, мужчины все это время терпеливо ждали. Руслан даже принес сладкий чай. Наконец то я смогла взять себя в руки и основательно рассказать все как было.
— Вы сдадите меня полиции? — пролепетала я в конце моего монолога.
Михаил отвернулся к окну и сидел так чуть сощурив глаза, о чем то размышляя. Он то хмурился, то потирал гладко выбритый подбородок, но молчал. Руслан нервно ерзал на месте, ожидая хоть какой-то реакции Михаила.
— Могу я сходить в туалет? — тихо попросила я, смотря на мужчин. Михаил дал еле заметный знак рукой.
— Идем, только парик надень,— Руслан встал из кресла и открыл дверь.
— Вы со мной пойдете?— я спешно надела парик на свою голову, расправив его.
— Ага, шагай.
Мы вышли из купе и направились в сторону туалета.
— Руслан, вы сдадите меня полиции?
— Это не я решаю, — сухо ответил мужчина, остановившись у туалета. Я же совсем поникнув зашла и закрылась. Мне потребовалось минут пять, чтобы прийти в чувство и хоть как-то трезво осмыслить происходящее. Я была в западне. Отсюда было не сбежать, осталось ждать, что мой очередной палач будет милостивым.
Когда мы зашли в купе Михаил докуривал сигарету, было видно, что вся эта ситуация выбила его из состояния равновесия, но он заговорил.
— Вероника, я перейду на ты. На данный момент у тебя два сценария. Выслушай каждый, прежде чем что-либо говорить. Первый. Мы возвращаемся из Санкт-Петербурга и ты говоришь Георгию, что больше не будешь ходить на стажировку вместо него. Вы расходитесь с миром, ты возвращаешься домой без денег, но с чистой совестью. Дальнейшие твои проблемы меня мягко говоря, вообще не волнуют. В полицию я не обращусь, но стоит тебе нарушить нашу договоренность и меня никто не остановит. Такого я не потерплю.
В груди снова запекло пока я слушала, что говорит мужчина, ведь этот исход был не плох, если бы не ожидающие меня проблемы дома.
— Второй. Ты продолжаешь посещать за Георгия стажировку, но будешь работать уже на меня. Поможешь мне вывести Георгия и его отца на чистую воду. Как гарантии: твоя мать будет прооперирована в любом случае. То есть если мои опасения подтвердятся я оплачу лечение, если они не замешаны в чем-то, то получишь деньги от Георгия.
Руслан нахмурился и посмотрел сначала на Михаила, потом на меня, в его взгляде была растерянность, словно он ожидал подобное услышать, но надеялся, что не услышит.
Я же пыталась лихорадочно соображать. Меня перевербовывали на ходу поезда, выкручивая ситуацию в свою сторону.
— Миш, но если это подтвердится, и, ну они же ею воспользуются, — Руслан закрыл рот ладонью, словно до него начало доходить.
— Конечно, оттого и при наличии выбора у тебя его нет, я редко ошибаюсь в своих предположениях, но выберешь первый вариант и попытаешься соскочить колония станет для тебя домом на ближайшие лет шесть!