Колыбель Прибабахуса 3 (СИ)

— Так, понятно. — довольно усмехнулся Огунор. — Уровень на Алека рассчитан, как минимум.
— Почему ты так решил? — поинтересовался я у него.
— Так очевидно же. — вместо древнего ответил Жакронвэль. — Ресурсная пещера, как у гномов, одушевленный механизм. Испытание кузнеца. А как создателей этой машины увидим, так узнаем, на кого второго приключенье.
— Думаешь, будет второй? — поинтересовалась у него Алюминь, вставив по пальцу в новые дырки Алека и включив на них огонь.
— Уверен! — ответил ей драконорожденный. — Но пока надо вырубить паука. Кто видит его слабое место?
— Может, снизу? — Алек потер места, где только что были раны, уже полностью зажившие, после чего подошел к машине и осторожно присел, разглядывая аппарат.
— Нелогично. — возразил ему Огунор. — Машина-шахтер подвержена риску завалов. А завал, это когда камень падает сверху и прижимает низом к полу. И купол, и днище надо одинаково крепкие делать.
— Значит, ищем глаза. — Юффт телепортировалась на спину крабика и, встав на четвереньки, припала к условно-переднему краю машины. — Как-то же оно нас видит.
Морда металлического краба, к слову, была утоплена и в темноте не было видно, что там, под козырьком. Но в одном мелкая была права — механизм нас как-то видел, и это место у него было явно чем-то типа лица. Больше негде. Освещение же в пещере было тусклым, приходилось даже светляка запускать. Потому что в самой шахте источником света служили лишь редкие жилы какого-то минерала в стенах, да непонятный светящийся мох. Или плесень, хрен ее разберет. И то, и другое светилось белым, но этого нам, поверхностным существам, было мало. Один лишь Томкарл не страдал — гроки, напомню, были аналогом дварфов среди троллей.
Так вот. Заглянув под козырек, мелкая вставила туда кинжал и ударила ладошкой по заднику рукоятки. Из углубления с характерным щелчком вылетел аккуратный круглый камушек. Типа тигрового глаза, только фиолетовый. После этого Юффт ударила еще раз, и кинжал слегка погрузился внутрь, но совсем чуть-чуть.
— Вдарь хорошенько. — посмотрела она на Алека, и того долго уламывать не пришлось.
От удара кувалды кинжал утонул в корпусе механизма по самую рукоять. И бронзовый паук тут же конвульсивно дернулся всем телом и обмяк.
— Ну вот и понятна основная связка, с помощью которой дальше легче пойдем. — довольно кивнул Огунор. — Обездвиживание от Прибабахуса, потом Юффт ставит кинжалы, а Алек их забивает. Уверен, местные мясные, если будут, то тоже по ее профилю.
— А вот профилей то у нее немало. — на всякий случай напомнил я. — Оборотень-убийца, целительница, менталистка. Три варианта только на то, что выбрать из этого, а если комбинации?
— Гадать не будем. — поморщившись, фыркнул драконорожденный. — Что угодно может быть, вплоть до того, что еще и третий, и четвертый из нас войдут в генерацию.
— Да ну не, четверо на первый уровень, это уже перебор. — возразил ему Джигурда. — Семеро на финал, это вполне, но с самого начала на толпу?
— А ты будто систему нашу не знаешь. — ухмыльнулся в ответ Жак. — Между прочим, помню, один раз первый уровень был, на всю команду рассчитанный. Даже у меня потом мысль мелькнула, что ну его в зад, выходим. А нет, потом до самого дна было, что один уровень — один испытуемый.
Но нет. Выяснилось, что в этот раз испытание Токи-Токи сочинила на двоих. И помимо металлических рудокопов, на уровне был только один тип существ. Арахниды. Арахнидов было уже два типа, но они отличались только размером. Первые, размером с бронзового робота, были рабочими особями, и внешне были похожи на механизмы. Только пар лап было десять, а не восемь, и были они черными и местами пушистыми. Вторые, в два раза больше — воины. Вооружены мелкие были инструментами — кирки, молотки, все такое вот. Большие же были обладателями электрического копья из бронзы и двух коротких бронзовых мечей. В боковых коридорах зачастую были компании из одного-двух роботов, трех-четырех рабочих, и одного воина. В широких же местах таких групп могло быть до четырех. И это определенно было рассчитано на ментальную магию нашей мелкой маньячки.
 
Как выяснилось в процессе построения тактики против таких противников, рабочие особи были полностью зависимы от контролирующего их воина-сторожа. И стоило вырубить этого контролера, как мелочь начинала творить разную дичь. Нет, не пыталась убежать, или дальше работать. Они также продолжали на нас нападать. Но уже каждый сам по себе, и строевой подготовки они явно не проходили. И вот тут мы выяснили, что Юффт вполне себе может подчинить до трех таких рабочих, правда, после того, как мы расправимся с их командиром. А ее пернатый микродинозаврик может загрызть насмерть одного рабочего, пока мы с остальными возимся. Быстрокусь кусался реально быстро, из невидимости бросался на лицо арахнида, выгрызал глаз и нырял внутрь, уничтожая мозги, или что там было вместо них.
Одно жалко было — роботы были автономными, и от арахнидов не зависели никак. Нет, наверняка способы управления были, но мы не разобрались, да и вполне вероятно, что это была игровая условность, и такой возможности просто не было. В общем, дальше вот так и шли. Мелкая подчиняет трех крабиков, бросает их в следующей группе на воина-вожака, те в основном гибнут, но воин тоже минусуется, не без нашей помощи, и она переподчиняет новых освободившихся рабочих. В это время я держу лианами роботов, а Алек ковыряет им рожи отобранным у арахнидского воина электрокопьем и кувалдой. Ну и не думаем, что остальные просто идут и апплодируют, глядя на это.
Огунор вполне себе успешно раскидывал усиления на нас, и ослабления на врагов жуткой музыкой из своего не менее жуткого инструмента, которым он не менее успешно ломал лапы и хитиновые панцири противников. Жакронвэль, выпустив когти, с кровожадной рожей носился и раздавал люлей всем желающим. Томкарл шаманил, в основном через огненного духа, и поджаренные изнутри арахниды весело шипели и шкварчали. Правда, с их членистоногой живучестью они даже в таком состоянии долго оставались опасными… Но и нас было не двое-трое. Лиу веселился и носился по пещере, не ощущая ни преград, ни противодействия. Ни магов, ни шаманов среди местных не было, и ему навредить не мог вообще никто. А вот он — вполне, чем и пользовался. Мама лечила пострадавших, и с ее новым огненным касанием это было, пожалуй, в десятки раз быстрее и эффективнее. Правда, во столько же раз больнее — сами прикиньте, что будет, если в рану раскаленную арматуру вставят.
Попотеть пришлось почти в конце — шахта закончилась большой подземной мастерской, где плавили добытую руду и изготавливали из полученного металла разные штуки, включая роботов-шахтеров и оружие, но явно ими не ограничиваясь. Мобов тут было не до хрена, конечно, но тоже много. Но какое-то время спустя мы справились и с ними, после чего присели отдохнуть и немного восстановиться.
— Такое впечатление, что нам на что-то намекают. — с усмешкой, глядя на комнату, проговорил Огунор. — Как думаете, на что?
— На то, что там за дверью супер-мега-гипер-огромный робот, которого мы заебемся ковырять? — предположил я.
— А я думаю, что нам предлагают собрать средство борьбы с боссом. — разглядывая каркас недоделанного робокраба, ответил мне Жакронвэль.
— Но чтобы его собрать, надо сначала узнать, что там за босс! — ответил ему древний, и первым направился к огромной каменной двухстворчатой двери, скидывая засов, выполненный из толстого бревна, навешиваемый, почему-то, с этой стороны, и открыл одну из створок. — ЕБАТЬ ТЕБЯ ЛАПТЯМИ!!!
Дверь оказалась толщиной сантиметров сорок, но восклицание было не по этому поводу. Было оно по поводу внешности босса. Очевидно, что система попыталась изобразить страшную и ужасную арахнидоматку. Очевидно это по надписи над ней «Арахнидоматка, 9999 уровень». Выглядела она… Вот словно взяли тех арахнидов-воинов, пару сотен, и слепили из них многоножку. Потом оторвали все лапки и заменили их на бронзовые. Потом поверх хитина налепили части корпусов от роботов-шахтеров, и принялись надувать сегменты тела. Передний крабосегмент был нормального размера. Следующий за ним был в полтора раза больше первого, третий во столько же раз больше второго, и так далее. До того, как Огунор потревожил дверь, матка спала, но не то из-за открывания, не то из-за заманчивого предложения с плетеной обувью, но она очнулась и некоторое время потупила, глядя на нас. А когда дверь почти закрылась, она издала звук, словно кто-то топил громко визжащую свинью в густой слизи, и оказалось, что весь ее передний сегмент — это тупо голова с лапками, нижняя половина которой — тупо челюсть, да еще и способная разойтись пополам. Как у хищника, например. Открыв пасть, матка выплюнула несколько шипов, которые не только со звоном ударились о дверь, но и прошили ее насквозь, застряв в камне, но выглянув почти на полметра. Древнего тоже немножко продырявили, но благо, они не ядовиты были. Но Огунор немного наплевал на раны, и поспешил накинуть на дверь засов, понятно теперь, почему располагавшийся именно с этой, а не той стороны. Через несколько секунд с той стороны по створкам была нанесена серия ударов, но бревно, хвала богам, выдержало.