Хруст чужих денег (СИ)

— Так давай я тебе подсвечу зажигалкой. — предложил Вадим, и не успела я слова сказать, как он чиркнул возле моего носа кремнем.
Вспыхнул огонек, ослепил меня на секунду и тут же мимо моего уха что-то вжикнуло, ударилось в кирпичную стену и в нас брызнуло крошками кирпича.
— Ложись! — прохрипел Вадька, сграбастал меня и повалил прямо там, где мы стояли.
Я больно ударилась локтем, но мужественно не издала ни звука и тихо лежала, прижатая Вадькой. Прошло минуты три, но вокруг царило абсолютное безмолвие. Я пошевелилась и прошептала.
— Значит, нужно было ждать возле входа.
Вадька мою шутку не принял, приподнялся, прислушиваясь, а потом сел, потирая ушибленную коленку.
— В нас стреляли. — наконец сказал он.
— Да что ты говоришь? А как ты догадался? — саркастически спросила я.
— Все-таки я в армии служил. — продолжал упорно не понимать моих приколов Вадька.
— А такой дисциплины как светомаскировка в тылу врага у вас в армии не было? — вышла я из себя. — Ты же им меня буквально подсветил.
— Извини, не подумал. — потупился Вадька.
Все это мы шипели друг другу, напряженно вслушиваясь в окружающие звуки. Ничего подозрительного мы не услышали, но вставать и проверять как-то не хотелось. С другой стороны и ждать долго было не с руки. Мне в голову пришла замечательная идея. Я придвинулась к Вадьке и зашептала ему на ухо.
— Если в меня начали стрелять без предупреждения, значит хотят просто от меня избавиться. Но в записке написано, чтобы я привезла из дома всю наличность, значит деньги им нужны. Давай разыграем небольшую сценку. Встань на колени, вытяни вверх руку и чиркни зажигалкой. Если последует выстрел, я крикну, как будто в меня попали. Эти уроды придут забрать с моего бездыханного трупа деньги, а мы их тут встретим. Ну, как?
— Нашла дурака! — сказал Вадька. — Я встану, а они меня грохнут.
— Вадька, ты не должен бояться, ты же в армии служил. — попробовала я сыграть на чувствах ефрейтора запаса.
— Нашла дурака! — снова повторил сосед.
— А я тебе гитару верну, прямо завтра. — пошла я на откровенный подкуп.
— Ага, чтобы мне было чем в гробу развлечься. — не поддался Вадька.
— Ах, так! Тогда я сама. — я выдернула из его руки зажигалку и сделала вид, что собираюсь ее зажечь.
— Стой, дура! — метнулся ко мне Вадька и выхватил зажигалку.
— За дуру ответишь. — пообещала я. — Ну?
— Ладно, сейчас. — забурчал Вадька, занимая исходную позицию, то есть, вставая на колени и вытягивая вверх руку с зажигалкой.
Я окинула оценивающим взглядом его позу и осталась довольна.
— На счет три. — сказала я. — Раз, два, три.
Вадька крутанул колесико, пламя вырвалось из его кулака и через две секунды из стены брызнули осколки кирпича.
— А-а-а-а! — выдавила я из себя предсмертный крик, закончив его предсмертным же хрипом и для пущей достоверности, не жалея себя, грохнулась навзничь на битые кирпичи.
Все стихло, а мы с Вадькой затаили дыхание. Лежать было неудобно, но надо. Минуты шли одна за другой и вопрос теперь был в том, кто кого пересидит. Неожиданно совсем близко жутко завыла собака, как на покойника. Видимо этот вой и убедил киллера в меткости своего выстрела. До сих пор не понимаю, почему он не принял во внимание Вадьку. Зашелестела трава, захрустели кирпичи и на фоне ночного неба показалась сначала голова, а потом и плечи человека. Он шел крадучись, но не прятался. Когда человек подошел совсем близко, я неожиданно увидела, как с земли прямо ему в подбородок метнулась Вадькина нога и услышала характерный звук удара, прямо как в боевике. Человек булькнул горлом и свалился на землю, как мешок с картошкой. Послышалась возня и тихий Вадькин голос.
— Помоги, его нужно затащить внутрь.
Я не стала спрашивать, почему мой одноклассник принял такое решение, потому что с этой минуты начала его уважать за то, что он постоянно смотрит боевики и может применить все эти театральные приемчики на практике. Ухватив мужчину за то, что в темноте подвернулось под руку, я помогла Вадьке затащить его в пролом. Спрятавшись за стену и немного отдышавшись, Вадька снова вытащил зажигалку и осветил мужика. В неверном свете маленького огонька я сразу узнала того, кто лежал без сознания на куче всевозможного мусора. Из моего горла вырвался возмущенный крик.
 
— Тише ты. — одернул меня Вадим. — Узнала что ли?
— Еще бы не узнать, это тот самый «слесарь», который шарахнул меня по голове. — сказала я. — А ну-ка посвети еще разок, мне кое-что показалось.
Вадим снова чиркнул колесиком и я увидела, что у мужика забинтованы оба больших пальца на руках.
— Ну? — спросил Вадим, когда снова стало темно.
— И вдобавок это тот, кто душил меня подушкой в больнице, а еще именно он приходил за мной в квартиру капитана.
— Значит, тот, кто нам нужен. — подвел итог Вадька.
— А где его оружие? — спросила я.
— У меня. — успокоил Вадька. — Ну, будем приводить в чувство? Только сначала руки ему свяжем.
Вадька выдернул у мужика из брюк ремень и ловко связал тому руки, учитывая состояние его больших пальцев. После этого он начал методично шлепать гада по щекам, пока тот не застонал и не замотал головой.
— Подожги какую-нибудь палку, подсвети. — отдал мне зажигалку Вадька.
Я сделала несколько шагов, освещая себе путь и наткнулась на сухую ветку внушительных размеров. Подтащив ее поближе к мусорной куче, я зажгла тонкие прутки и огонь весело заплясал, пожирая сухое дерево. Судя по всему, киллер был один, как и раньше и появления напарника можно было не опасаться. Правда у меня мелькнула мысль о стервозной Оксане, но я ее отбросила до поры. Я решила, что небольшой костерок нам не помешает и подбросила на ветку разных палок.
«Слесарь» уже пришел в себя и, морщась, потирал ушибленный подбородок о свое плечо. Вадька приподнял его за рубашку и привалил спиной к стене.
— У меня к тебе один, но важный вопрос. — начал он довольно напыщенно. — Ответишь правильно — сохранишь большую часть здоровья.
«Слесарь» смотрел на него исподлобья, а на меня бросал взгляды полные ненависти. Я его прекрасно понимала, уже четыре раза мужик пытался меня прикончить, а я вот она — хворост собираю.
— Где ее муж Егор? — задал свой важный вопрос Вадька.
«Слесарь» молчал, как советский разведчик в гестаповских застенках. Мне стало интересно, что будет делать Вадька, если этот гад совсем откажется говорить? Пытать его начнет что ли? Ответ я получила сразу.
Вадька развернулся и заехал «слесарю» прямо в ухо. Я видела, что тому стало больно, но злости в глазах только прибавилось.
— Где ее муж? — повторил вопрос Вадька.
«Слесарь» молчал, но взгляд его стал несколько затравленный и на меня он уже не косился, потому что пристально следил за Вадькиным кулаком. Вадька не заставил себя ждать и врезал ему с другой руки и по другому уху. «Слесарь» глухо застонал и закрыл глаза. Я решила, что пришло мое время. Где-то я слышала, что если говоришь очень убедительно, то можно обойтись без рукоприкладства.
— Погоди-ка. — остановила я Вадьку, собравшегося в третий раз задать вопрос. — Я сама с ним поговорю.
Вадька удивленно посмотрел на меня, так как в данной ситуации «поговорю» могло означать лишь новый виток мордобоя, но отодвинулся в сторону. Я присела перед «слесарем» на корточки и проникновенно спросила.
— Пальчики бо-бо?
Он дернулся то ли от злости, то ли от неприятных воспоминаний, а я все так же проникновенно продолжила.
— Сила у меня в руках невероятная, ты уже в этом убедился. Если еще не совсем поверил, то смотри.
Когда я собирала хворост для костра, мне на глаза попался большой старинный кованый гвоздь. Видимо вывалился из прогнившей потолочной балки. Я его подобрала и сейчас с его помощью собиралась продемонстрировать силу своих рук. Взявшись за концы гвоздя, я поднатужилась и без видимого напряжения согнула его пополам. Впечатляющее зрелище. Оба мужчины таращились на меня с недоверием и уважением. Для Вадьки мое выступление тоже было вновинку. На самом деле в этом трюке не было ничего сложного, отец научил меня правильно укладывать в руке гвоздь или железку, когда собираешься ее согнуть. Приложил правильно усилие — полдела сделано.