В плену у гордости

В кухне уже ждал легкий завтрак, и она с удовольствием выпила чашку свежего крепкого кофе. Сердечно поблагодарив Мишель и Лорана и распрощавшись с ними, Беатрис села за руль.
Конечно, она попросила сообщить месье, когда он вернется, о своем посещении, но в глубине души не верила, что Эжен удосужится позвонить. Оглянувшись в последний раз на старинный замок, где прошли самые страшные и самые прекрасные дни ее жизни, Беатрис распрощалась с прежними мечтаниями. Страница жизни перевернута — что ждет впереди?
Эжен нервно сжимал руль и с ненавистью смотрел на дорогу, которая, как назло, изворачивалась самым немыслимым образом. Весь мир словно ополчился против него и его любви. Не так-то просто оказалось найти Беатрис и доказать ей, что только с ним, а не с Бриджесом она будет счастлива.
Вчера, приземлившись в аэропорту Бирмингема, он сразу же бросился к ней на квартиру. Но там никого не нашел. Потом позвонил Ричарду Шеннону, и тот с явной неохотой объяснил, что его дочь временно проживает с Бриджесами, и назвал адрес.
Эжен едва не выбил кулаком стекло в телефонной будке, когда узнал, что его возлюбленная ночует в доме жениха. Однако взял себя в руки и все же поехал на такси в пригород, где находился особняк Бриджесов.
Он приготовился к нападению со стороны родственников Артура, но дверь открыла Сузан.
— Где Беатрис? — спросила она дрогнувшим голосом. Глаза ее испуганно округлились.
— Именно это я хотел бы узнать у вас, — с вызовом ответил Эжен. Он представил, как она сидит рядом с Бриджесом, поит его из ложечки, кормит виноградом, поправляет одеяло, и чуть не задохнулся от ярости.
— Разве она не с вами, мистер Делакруа?
— Нет конечно! Иначе я бы здесь не стоял. — Еще минута, и он ворвется в дом и обыщет все до последней каморки.
— И тем не менее сегодня утром она улетела во Францию, чтобы встретиться с вам. Заявила, что собирается вам что-то сказать. Бетти не знала, когда вернется, и обещала звонить. Артур идет на поправку, и она решила, что больше не нужна здесь. — Сузан распахнула дверь и пригласила его войти. — Не хотите выпить чего-нибудь?
Что, черт подери, происходит, недоумевал Эжен, боясь впустить в сознание шальную мысль. Но сердце уже захлестнула волна счастья, и он широко, по-мальчишески улыбнулся.
— Нет, благодарю вас. — Он помедлил, а потом все-таки спросил: — Беатрис и Артур все еще помолвлены?
Сузан смерила его странным взглядом, как будто перед ней стоял ребенок-переросток.
— Конечно нет. Уж вам-то это следовало знать.
Значит, он летел в Англию, а она тем временем — во Францию… Опять взаимонепонимание или единый порыв двух душ?
Не все еще потеряно, твердил Эжен, глядя в окно такси, которое стремительно несло его обратно в аэропорт. Он попытался позвонить из ближайшего автомата в замок и поговорить с Беатрис, но, к несчастью, линия оказалась занята или что-то случилось.
Теперь было два выхода: либо ждать ее в Бирмингеме, поселившись под дверью Бриджесов, либо лететь обратно во Францию в надежде перехватить ее там. Но Эжен чувствовал такое возбуждение, что не мог спокойно усидеть и двух минут. Если он останется ждать, то скорее умрет от разрыва сердца. Поэтому он купил билет на ночной рейс до Марселя и направился в ближайший бар, чтобы глотнуть бренди и успокоиться.
Ступив на французскую землю, он тут же взял напрокат машину и понесся в замок. Утреннее солнце освещало темную ленту дороги, к счастью совершенно пустынную в этот ранний час.
Эжен так углубился в свои мысли, что буквально в последний момент заметил, как из-за поворота на предельной скорости вылетает синий «пежо». Он успел резко затормозить, и обе машины, едва не столкнувшись, замерли друг против друга.
Выругавшись сквозь зубы, Эжен хлопнул дверцей и решительно направился ко второму водителю. Он собирался серьезно поговорить с маньяком, которого вообще нельзя за руль пускать.
Но вдруг сердце его дрогнуло и он замер.
Беатрис!
Да, это она медленно открыла дверцу синей машины и вышла на дорогу, обхватив себя руками за плечи. Эжен заметил темные круги под глазами, бледное лицо, опущенные уголки губ, и волна нежности захлестнула его с головой.
 
Он бросился к ней и заключил в объятия, крепко прижав к груди, зарылся лицом в мягкие волосы. Беатрис прильнула к нему, обхватив руками за шею.
— Эжен…
— Тихо! — приказал он. — Молчи! — И поцеловал ее в полураскрытые губы. — Ты выйдешь за меня замуж, — продолжил Эжен, не давая ей времени опомниться. — И забудешь про Бриджеса, как будто его вообще никогда не существовало. Даже если бы не было аварии, он все равно угодил бы в больницу после знакомства с моими кулаками.
Он снова поцеловал ее, словно закрепляя свое право собственника. Беатрис рассмеялась, заглядывая в серые глаза, казавшиеся в этот утренний час почти голубыми.
— Не вижу ничего смешного! — обиженно проворчал Эжен и легонько встряхнул ее за плечи. — Я делаю тебе предложение, а ты хихикаешь как школьница! Но на этот раз тебе не удастся исчезнуть без моего обручального кольца на пальце. Да и тогда я тебя не отпущу.
— А я никуда и не собираюсь, — тихо ответила молодая женщина, глядя ему в лицо. — Забудь ты, пожалуйста, про Артура, он тут совершенно ни при чем.
— Ну да, а почему же ты тогда сказала, что собираешься за него замуж? — сурово спросил Эжен, но против воли расплылся в счастливейшей улыбке. Ее лицо и сияющие глаза говорили яснее слов: он уже не сомневался, что не безразличен ей.
— По глупости, — призналась Беатрис. — Я не хотела объяснять твоей сестре все тонкости наших отношений. Это был самый простой способ закрыть тему. Но не самый удачный.
— Это точно. Ты не представляешь, что я почувствовал, когда услышал ваш разговор.
— Очень даже представляю, — тихо сказала она, ласково разглаживая пальцами морщинки на его лбу. — Мне казалось, что весь мир рушится, когда я уезжала без всякой надежды вернуться сюда. Конечно, я люблю Артура. Он мне как брат. Но тебя я люблю совсем по-другому.
— Повтори еще раз, что ты сказала? — Он не верил своим ушам. — Скажи, что любишь меня!
— Люблю. Иначе зачем я здесь? Я прилетела из Англии, чтобы сказать тебе это, но тебя не было. Где ты пропадал? — Она тревожно посмотрела ему в глаза.
— В Бирмингеме, — глухо ответил Эжен. — Искал тебя. И тоже хотел сказать, что люблю тебя больше жизни. Как всегда, мы сами себя обманули. — Он гладил ее спину и плечи, словно желая удостовериться, что это и в самом деле Беатрис, его Беатрис. И с трудом подавлял желание заняться с ней любовью прямо здесь и сейчас, на капоте машины. — Ангел мой, мы перекрываем движение. Сейчас я отгоню твой «пежо» к обочине. Потом за ним кто-нибудь вернется. А ты садись ко мне.
Беатрис медленно пошла к его машине, а в голове ее звучали слова самой прекрасной песни на свете: «Я люблю тебя!» Неужели это сказал Эжен? Неужели она в самом деле станет его женой?
Когда он вернулся, Беатрис по-прежнему стояла рядом с машиной, и ему пришлось взять ее на руки и усадить.
— На этот раз, моя дорогая леди, я приглашаю тебя в замок по всем правилам. Ты будешь окружена со всех сторон любовью и заботой. И я прошу тебя, — тут он взял ее руки, поцеловал каждую по очереди и прижал к груди, — прошу простить мое отвратительное поведение. Я поступил с тобой как последний негодяй. Пять лет меня снедала жажда мести, я считал себя вправе наказать тебя. Я очень виноват перед тобой.
— Мне не в чем тебя винить, — прошептала Беатрис и покачала головой. — Я тоже вела себя не лучшим образом. Дважды я видела тебя с красивой женщиной и сразу же загоралась ревностью. Я думала, что ты играешь со мной, и… — голос ее на миг прервался, — и решила доказать, что ты для меня ничего не значишь.
— Радость моя, все в прошлом. Эти пять лет послужили нам хорошим уроком, теперь мы станем больше доверять друг другу. — Тут Эжен лукаво посмотрел на нее и тряхнул головой. — Знаешь что? Давай рванем на тот пляж, о котором я тебе как-то говорил, прямо сейчас? Там потрясающе красиво. Немного холодно, но мы найдем, как согреться.