Водный мир. Осада (СИ)
Спрашиваете, почему мы с Эмилией со станции не свалили? Опять же, для гарантии. Чтобы кровно заинтересованный в моей безопасности Тэнфэй и не подумал расхреначить «транзитку» — из мести, или из вредности, без разницы, и остальным не позволил. А такие опасения, несмотря на все заверения главы вайгожэнь, у меня всё ещё присутствуют, как вы уже знаете. И это важно, поскольку на «Иддию-4» у меня имеются вполне конкретные планы. Я же не случайно как-то упомянул, что нынешний колоссальный «пузырь» для клана чуть ли ни подарок небес. Где вы ещё такую роскошную крепость найдёте? Такая теперь есть только у нас и у Заварзина, но у Алекса она сильно меньше. В картахенском «пузыре» особо не разгуляешься. Не то, что в нашем! Так что заурядной «транзитке» предстоит разрастись до очень нехилой обитаемой станции. По типу того же «Саввы Морозова», что принадлежит Герману Завьялову, дядьке главного корпа.
В общем, к тому моменту, как мы с Эмилией оказались в командном центре, основные события ещё даже и не развернулись. Транспорт с вайгожэнь под предводительством Тэнфэя маневрировал на подходе к основным силам флота, а эвакуированные сокланы и свободные специалисты не приблизились к «стенке» «пузыря» и на четверть. Последнее, кстати, тоже умышленно — Ли и Фабьен всё ещё усиленно работали над «прошивкой» и новым «файерволлом». Так что нам с «резервной жёнушкой» оставалось только ждать, чем мы и занялись, устроившись в анатомических, а потому успешно адаптировавшихся и к скафандрам, креслах старших офицеров вахтенной смены. Ну и ещё из командного центра открывался неплохой вид на все окрестности — разумеется, не напрямую, через смотровые окна, поскольку ни один дурак не станет располагать руководство на самом уязвимом внешнем слое станции, а на огромных панорамных экранах. В отличие от дисплея в «дополненной реальности», физических, и весьма неплохого качества. Я даже не удержался и крутнулся вместе с креслом, благо то позволяло.
— Красиво, мать его!
— Что красиво, дорогой? — отвлеклась от пульта старшего вахтенного офицера Эмилия.
— Всё, — пожал я плечами. — Смотри, какая панорама!
— Да почти сплошная чернота, — возразила «резервная жёнушка». — Что ты тут видишь без сканеров и увеличения? Кроме Иддии, и не рассмотреть ничего!
— Гессиону ещё видно, — парировал я. — Красотища же!
— Ну-у-у… да, — вынужденно согласилась Милли. — Но всё равно, реальный космос для невооруженного взгляда слишком… пустой, что ли?
— Ты просто не умеешь видеть великое в неявном, — попытался я достучаться до чувства прекрасного зазнобы, но не успел — меня прервал Лиу Цзяо:
— Входящий вызов, Ван-сяньшэн. Принять?
— Кто там⁈ — страдальчески сморщился я.
— Цзян Тэнфэй, сяньшэн.
Чёрт… сейчас наверняка нудеть начнёт, типа, чего так долго⁈ И будет прав, потому что имеет все основания для, мягко скажем, беспокойства. Это он здесь, на станции, сам себе господин был, если не считать клевретов. А в эскадре дохрена и больше высокопоставленных офицеров, чей коллективный голос вполне себе уравновешивал единоличный произвол командующего силами вторжения. Я имею в виду, что Тэнфэю сейчас в буквальном смысле слова выносили мозг, причём со всех сторон сразу. Ладно, так уж и быть, скрашу ему тягостные минуты ожидания.
— Принимай!
— Процесс активирован… процесс завершён.
— Елагин, чего так долго⁈ — моментально вызверился Цзян. Такое ощущение, что сразу после того, как увидел мою физиономию в «дополненной реальности». — И чего лыбишься⁈
— Да слишком уж ты предсказуемый, приятель, — и не подумал я согнать ухмылку с физиономии. — Достали, да?
— Ещё как, — сник Тэнфэй. — Да и сам весь на нервах. Скорей бы уже!
— И ты не нашёл другую жилетку, куда можно поплакаться?
— Э-э-э… — озадачился мой собеседник, видимо, только сейчас сообразивший, как это всё выглядит со стороны. — Демон!
— Да не грузись, это нормально! — заверил я Цзяна. — Ещё с двадцатого века явление известно. Стокгольмский синдром называется. Вернее, одна из его вариаций.
— Легче не стало! — рыкнул Тэнфэй. — В общем, люди требуют конкретики! И ты не представляешь, чего мне стоит удерживать их от атаки на «транзитку»!
— Я как раз для этого тут и остался. Чтобы у тебя стимул был за моё имущество впрягаться.
— И это помогло, но лишь отчасти, — не стал отрицать очевидное Цзян. — Две трети капитанов признали нецелесообразным уничтожение потенциального заложника. А для остальных ты… даже не знаю, с чем сравнить! Они ещё яростнее требуют разнести станцию в пыль, пока ты в очередной раз не улизнул!
— Маньяки какие-то! — возмущённо закатил я глаза. — Ладно, Тэнфэй-сяньшэн, я тебя понял. Постараюсь ускорить процесс.
— Хотелось бы верить, — буркнул вайгожэнь, и отключился.
— А ты ведь был прав, дорогой! — рассмеялась ставшая свидетельницей короткой беседы Эмилия. — Впрочем, как и всегда!
— Ты это о чём, душа моя? — на всякий случай уточнил я.
Женщины, они такие. Никогда не лишне расставить все точки над «ё». Во избежание, так сказать.
— О том, что у вайгожэнь руки чешутся станцию разнести, — пояснила Милли. — Хотя этого можно было ожидать. Я тебе так скажу, дорогой: вайгожэнь, конечно, далеко не ниппонцы, но упрямства и вредности им не занимать. Крайне сложный контингент для работы.
— Опыт, сын ошибок трудных? — ухмыльнулся я.
— Он самый, дорогой. Он самый…
Напарница замолчала, снова углубившись в непонятные манипуляции с пультом вахтенного офицера, и я счёл за благо дальше тему не развивать. С одной стороны, неплохо бы что-нибудь о прошлом собственной наложницы узнать, а с другой — оно мне надо? Меньше знаю, лучше сплю. И в случае с Эмилией это вовсе не символическая фигура речи. Впрочем, мне ли жаловаться? Прекрасно ведь знал, с кем связываюсь! Так что теперь терпи, Ванюша. И наслаждайся… временами. Когда у «резервной жёнушки» есть настроение пошалить.
— «Файерволл» в полной готовности, Ван-сяньшэн, — отвлёк меня от раздумий Ли. — Прикажете приступать к эвакуации?
— Валяй, — кивнул я. — Только прежде вызови Цзяна, и выведи нам картинку в «дополненную реальность».
— Процесс активирован… процесс завершён.
— Что? — недовольно буркнул Тэнфэй, чья физиономия вновь соткалась из искорок-артефактов на дисплее связи. — Только что же разговаривали!
— Ну, не совсем только что, — невозмутимо ответил я, — но не ты ли требовал ускориться? Вот, ускорились.
— В смысле⁈ — не понял тот.
— В смысле, смотри, и не говори, что не видел! — развернул я «окошко» с картинкой, синтезированной из сигналов доброго десятка внешних камер. — Ли, дай обратный отсчёт!
— До начала разгона 00:00:30… — завёл извечную песню искин, — 00:00:29… 00:00:28…
— Это они чего, прыгать собираются⁈ — озадачился Цзян. — То есть настолько всё просто⁈
— Не-а, — мотнул я головой. — Было бы так просто, у тебя бы три лоханки не расшиблись в попытках.
— Откуда ты⁈ — задохнулся от возмущения Тэнфэй. — Кто инфу слил⁈
— Мой искин записи проанализировал, — как о само собой разумеющемся сообщил я собеседнику. — Тот самый, который твоих людей на «транзитке» терроризировал. Так что я всё знаю. Это только расшиблись три. А ещё семь получили серьёзные повреждения, но хотя бы сохранили живучесть.
— Демон!
— 00:00:15… 00:00:14… 00:00:13… — невозмутимо нудел над ухом Лиу Цзяо.
— Не преувеличивай, — поморщился я. — Какой из меня демон? Так, бесёнок мелкий. Настоящих демонов ты ещё даже не видел.
— А есть кто-то страшней тебя? — уже без особых эмоций, видимо, смирившись, поинтересовался Цзян.
— Да полно! — заверил я. — Тот же Председатель, к примеру. Или Алекс Заварзин. Или…
— Ладно, я понял! — отгородился от меня ладонями собеседник. — Но и ты попомни мои слова, Елагин — далеко пойдёшь! Если, конечно, выживешь.
— 00:00:08… 00:00:07… 00:00:06…
— Ты смотри, не отвлекайся! — призвал я к порядку Цзяна. — Чтобы потом предъяв не было, типа, я не видел!