Осенний призыв попаданок (СИ)

Ректор принялся с удовольствием рассказывать, адепты — внимательно слушать. И не только призванные, но и местные, которых до этого момента, в силу юного возраста, подобные темы особо не интересовали.
Анна, старательно конспектирующая, не один раз удивлённо приподнимала брови. Когда же ректор принялся излагать законы о разводах, она и вовсе подняла от тетради изумлённое лицо. Весь вид её словно спрашивал: тут и такое есть? Сказочное средневековье оказывалось тоже не слишком сказочным. Ректор, заметив такую реакцию, улыбнулся и счёл нужным добавить:
— Нерасторжимы лишь браки, благословенные богами.
Анна притянула к себе Микаэля и шепнула в ухо:
— Так что, никуда ты теперь не денешься.
От этих слов эльф расцвёл и гордо вскинул голову, довольно поглядывая на окружающих.
Когда речь зашла об условиях расторжения помолвок, Эрик придвинулся к своей воительнице, ненавязчиво обнимая за талию. До того сидевший на плече у феи Пушок засуетился. Тинка припал к уху хозяйки, глуша посторонние звуки всей своей уже вполне увесистой тушкой. А так как заткнуть Пушок мог лишь одно ухо, он возмущённо стрекотнул, блестя глазами, на принца. В этом стрекотании явственно слышалось: помогай, для тебя же стараюсь. Питомцы феи тоже сделали свой выбор в отношении жениха для хозяйки. Принц лишь посмотрел на невесту. Фея с невозмутимым видом подняла руку и сама закрыла свободное ухо. Настала очередь принца расплываться в счастливой улыбке. Ола на этом моменте потеряла интерес к лекции и смотрела в окно с мечтательным видом.
Из всей компании только Дин не рассеивал внимание и слушал, одновременно изучая появляющиеся в его тетради записи. К обязанностям старшего брата Дин относился со всей ответственностью. Как и к обязанностям сына, но к его великому сожалению, о союзах с богами в законах не говорилось, похоже, такого ещё в этом мире не случалось. Правда, успокаивали Дина слова Анны, что Одхан матушку без памяти любит. Анне Дин доверял куда больше, чем рыжему богу.
Практику по общей магии у сдвоенной группы — тринадцатой и одиннадцатой — проводил Арт Гвин. Декан дракон сумел взять себя в руки, вот только выглядел он, как при первом знакомстве: безукоризненным и мало эмоциональным. Он даже поздравил с помолвкой женихов и невест, прежде чем приступил к занятию. Такое поведение добавило уважения, адепты умели ценить мужество. Тем более слышали, а некоторые, благодаря индикатору чувств и видели, насколько сильны чувства Арта Гвина к красавице фее.
А вот боёвку у первого курса до конца недели проводили исключительно ассистенты. Декан боевого факультета отрывался на старшекурсниках, давая адептам двойную нагрузку. Даже ректор не выдержал, и, пригласив Нейла Барру к себе в кабинет, попросил:
— Ты наших боевиков так не гоняй, им ещё на балу танцевать, а они с твоих занятий не выходят, выползают. — Затем участливо спросил: — Может, тебя на недельку-другую в какую-нибудь академию отправить для обмена опытом?
Вместо ответа Нейл Барра протянул прошение об отставке и произнёс:
— Меня пригласили на место ректора в Горхскую военную магическую академию. Ждут ответ в течение недели.
— Вот через неделю и приходи. Пока никому не говори, вдруг передумаешь, — предупредил Глава академии.
Но предупреждение это запоздало, ведь прикрыть за собой дверь боевик не удосужился. В итоге весь разговор услышала секретарь ректора, особа исполнительная, но не в меру болтливая.
Декану боевого факультета, хоть временами и вспыльчивому, но, в целом, справедливому, сочувствовала вся академия. Однако Альминуэ никто не осудил. Вряд ли бы нашлось много желающих совершить выбор в пользу мужчины со столь непростым характером.
Время до Осеннего бала прошло незаметно, настолько были заполнены событиями оставшиеся до него дни. Чего только жеребьёвка стоила. Команде первого курса предстояло в первой игре выступить против выпускников. Тиль с виноватым видом держал в руке шарик с цифрой пять, а рядом бушевала Марика:
— Значит, рука у него лёгкая? Зато у меня сейчас будет тяжёлая!
 
Нападения со стороны Марики Тиль избежал лишь благодаря Дину, подхватившему девушку и утащившему в беседку, успокаивать. Поцелуев для убеждения понадобилось не мало, но вышла из беседки Марика совершенно в другом настроении.
— У тебя действительно лёгкая рука, — заявила она Тилю. — Самый лучший вариант начинать с сильнейшего противника.
— Не сильнейшего, а более опытного, — поправил кто-то из четверокурсников. Его дружно поддержали представители второго и третьего годов обучения.
Микаэль вместе с Серебряным драконом подготовили объявление о наборе в школу мастеров причёсок. Эльф, не забывший о молодом мастере, с которым познакомился на первом празднике в харчевне, выбил для него и талантливых, но небогатых учеников пять бюджетных мест. Правда, пришлось выдержать битву с хозяйственным драконом, но оно, по-мнению Микаэля, того стоило.
В день бала все, кроме Микаэля, волновались так сильно, что Мастер Тамико применил успокаивающее заклинание. Может, и Микаэль бы понервничал, но эльфу было некогда — он творил. Микаэль сделал замечательные причёски своей группе, Марике с Тилем, всем преподавателям дамам, ну и нескольким особенно шустрым адепткам, набравшимся смелости сунуться к чудесному мастеру с просьбой.
Большой зал оказался действительно большим, как заподозрила Анна, расширенным магически. Высокий свод, с плавающими под ним светильниками, сделанными в виде хрустальных бабочек, драпировка стен дорогими тканями, благоухание цветов, тихая музыка — впечатляли. Единственное, что лично Анне доставило неудобство — не удалось как следует рассмотреть короля и его свиту. Призванных намеренно оставили позади остальных, чтобы сохранить интригу до официального представления его Величеству. Анна пару раз с сожалением посмотрела на Микаэля, вспоминая о представлении на ярмарке. Нет, она бы не постеснялась взобраться на сильное плечо мужа, но наверняка привлекла бы пока ненужное внимание.
— Не переживай, скоро пригласят в Малый зал, там всех рассмотришь, — шепнул ей Микаэль. И он оказался прав. Речь его Величества оказалась недолгой, похоже, и монархам не чужды людские слабости. Любопытство, к примеру.
В Малый зал входили, как на приём во дворце. Сначала объявляли о том, кому предстояло предстать перед очами правителя. Открывал шествие принц.
— Его Высочество Принц Лейс, — далее последовало перечисление титулов, половину из которых Анна не запомнила, — И его невеста: призванная Альминуэ Алмаз.
Воцарилась тишина, в которой и проходило дальнейшее представление призванных.
Пары подходили к королю, девушки приседали в глубоком реверансе, мужчины низко склоняли головы. Анна, старательно вспоминала факультативы. Она держала осанку, не смотрела ни на кого в открытую. Но, тем не менее, успела полюбоваться на вытянутые от удивления лица придворных. Лишь сам король и Верховный маг оказались в курсе изменившегося статуса попаданцев. Похоже, пошутить его Величество любил.
Король произвёл на Анну впечатление, высокий, подтянутый, с умными проницательными глазами. Она подумала, что если принц, войдя в зрелую пору, будет так же хорош, как и отец, то их фея явно не прогадала. А после того, как ей довелось станцевать с его Величеством, она утвердилась в этом мнении.
Больше никому пригласить жену Микаэль шанса не дал, уводя на танец первым. В свите Анна заметила много достаточно молодых вельмож, уже безошибочно выделив среди них трёх драконов. Имелись и представительницы прекрасного пола, одну из девушек принц представил друзьям как свою кузину. Она и несколько молодых придворных остались на празднике адептов после того, как король с остальной свитой удалился.
После отбытия важных гостей все расслабились и продолжили веселиться, с удовольствием танцуя, прогуливаясь, угощаясь выставленными на столиках-стойках лакомствами и лёгким вином.
Размолвки, произошедшей между Тареном и кузиной принца никто не видел, но узнали о ней на следующий же день. Тарен подошёл к Дину и попросил присмотреть за безопасностью принца вместо него.