Ревизор: возвращение в СССР 22 (СИ)

Чтобы подчеркнуть важность тематики, отвечая на один из вопросов, особо подчеркнул идеологический аспект правильной экологической политики:
— Вы же не забывайте, товарищи, о чем я в начале лекции говорил — о том, что в Европе и США уже начали активно удовлетворять спрос населения на чистый воздух и в целом чистую окружающую среду. Если мы не начнем вовремя реагировать на такой же запрос нашего населения, то эту тему обязательно подхватят и диссиденты, и западные спецслужбы для разжигания недовольства у наших людей. Человек может многое стерпеть, но если поверит в то, что власть сознательно травит его и его семью, не организуя очистные сооружения на вредном производстве у его дома, или не перенося это производство подальше от города, то таки может прийти в бешенство…
Экологическая тема показала, что у офицеров КГБ очень силён стереотип о наших «бесконечных» природных богатствах и точка зрения, что природа все стерпит. За одну лекцию это, конечно, не изменить. Надеюсь, хоть кто-то задумается над этой проблемой.
Дома застал Галию и Ирину Леонидовну. А Загита не было, уехал устраиваться на новую работу. Пока дома было тихо, сел писать статью в газету на экологическую тему. Мусорный вопрос, в этот раз, затронул вскользь. Часть материала из зарубежной печати оставил на потом. Как-нибудь ещё напишу про бескрайние мусорные полигоны в Подмосковье. Потом ещё напишу статью про мусорные заводы в Европе, вырабатывающие тепло и электроэнергию. Ничего… Капля за каплей камень точит.
* * *
Святославль.
Рабочий день подходил к концу. Оксана собиралась домой. Епихин такой странный, — думала она. — Вечером сказал, что Машка остаётся у неё. Утром он уже передумал и увёз её с собой. Как она с ним живёт⁈ Дурочка. Слушает его во всём… Так и не рассказала, что там у них с Пашкой случилось? Что он за власть такая, как Епихин все долдонил? Считала раньше мужа сестры серьезным мужиком, но, похоже, ошибалась. Вон как его семнадцатилетний пацан запугал…
Задумавшись, она вышла с территории детского садика и не сразу обратила внимания на «Москвич», припаркованный неподалеку.
— Оксан! Садись, подвезу, — увидела она Кутепова.
— О, привет, — села она к нему в машину. До дома идти было не то чтобы далеко, минут двадцать пять, но зачем идти, если можно ехать?
— Уехали твои гости дорогие? — поинтересовался он. — Чего ты меня не пустила вчера с тем мужиком разобраться?
— Скажи спасибо, Кутепов, что кустами отделался, полез бы в подъезд, муж моей сестры бы тебя с лестницы спустил. Лежал бы сейчас в травматологии.
Тому эти слова не понравились, аж лицо дернулось, но он стерпел и спросил:
— Какие планы на вечер?
— Что, опять в кафе хочешь пригласить? — усмехнулась Оксана.
— Зачем в кафе? Домой, — посмотрел на неё Кутепов игривым взглядом. — Я бельё постельное поменял.
Оксану разобрал такой смех, что она смеялась до самого дома. А сосед радовался, что сказал что-то удачное. Пока они не приехали.
— Извини, Кутепов, спасибо, конечно, за приглашение, но я как-нибудь обойдусь, — открыла она дверцу машины, когда они остановились во дворе, — Таких предложений мне ещё никогда не делали!
Последние слова она проговорила, просто давясь от смеха. Вышла из машины и пошла к подъезду.
Кутепов с недоумением смотрел ей вслед. Что это с ней? — застыл в его глазах немой вопрос.
А Оксана поднялась к себе, закрыла дверь и разревелась, прислонившись к ней спиной…
* * *
Москва. У дома Ганина.
Договорившись о встрече, Яковлев опять приехал к Ганину.
— Сегодня начальство из Главмосавтотранса нагрянуло, — докладывал он. — Заинтересовались новой системой студента этого вашего. Потребовали объяснить в подробностях, а я растерялся, запутался. Короче, пришлось сказать, что это студент всё придумал. Они теперь хотят с ним лично познакомиться…
— Час от часу не легче… Ну вот, что теперь делать? Как объяснить, что он на базе вообще делал?
— Я сказал, что он у нас лекцию от общества «Знание» читал и попросился материал для курсовой собрать.
 
— О, молодец! Сообразил, — похвалил его Ганин.
— Да это мы с ним так договорились с самого начала…
— Ну, всё равно, молодцы. Ловко вы… Ну, пусть встретится, расскажет начальству твоему, что он там придумал.
— Он узнает, что мы не внедрили ничего до сих пор…
— Дадим ему денег за молчание, и всё. Мы же так и собирались, — отмахнулся Ганин.
— Сколько дадим?
— Ну, давай, тысячу дадим. Хватит с него, — решил Ганин. Он же студент, в команде самый младший, небось, и процент самый маленький, навроде моего, имеет. — Надо, наверное, сразу и отвезти.
— Тогда, дай ему из своих за меня пятьсот рублей, — попросил Яковлев. — Я тебе должен буду. И телефон, вот, передай этого из Главмосавтотранса. Он просил побыстрее позвонить. Пусть тогда в понедельник прямо с утра и позвонит ему.
* * *
Москва. Малая Семёновская улица.
Вечером после работы Самедов купил бутылку шампанского и дорогих шоколадных конфет трёх видов, и пришёл к Регине. Ключи от квартиры он в прошлый раз так и не взял обратно, так что теперь стоял под дверью, мучая звонок.
— Ты? — открыла ему дверь Регина и одарила его взглядом Царицы Савской. — Зачем пришёл?
Он молча сунул ей бутылку шампанского и кульки с конфетами.
Правильно расценив, что это белый флаг, Регина снисходительно улыбнулась и понесла всё это на кухню.
Пока он разувался и мыл руки, она успела выставить на стол два бокала и пересыпать часть конфет в вазочку.
— А у тебя пожрать что-нибудь есть? — спросил Самедов. — А то я с работы…
— Бутерброд с колбасой хочешь? — спросила она.
— Давай, — со вздохом согласился он. Регина полезла в холодильник, а он открыл бутылку и разлил шампанское по бокалам. — Должен сказать, что был не прав, — проговорил он.
Регина резала хлеб, отвернувшись, и Самедов не увидел её самодовольную усмешку. Она поставила перед ним тарелку с тремя бутербродами и взяла в руки бокал.
— И за что мы пьём? — спросила она.
— Я перевожусь из МГУ в Верховный Совет, — ответил он.
— Ого! — искренне удивилась Регина. — За это не грех и выпить!
Самедов притянул её за руку и заставил сесть к себе на колени.
— Я скучал, — заявил он.
Перемирие было закреплено на кровати.
Уходя от неё через час, он забрал себе вторые ключи от квартиры и оставил четвертной на трюмо в комнате. Ему понравилось, что она не поднимала в этот раз вопрос о деньгах. Он спокойно и приятно провёл время. И сказал ей, что хочет и дальше продолжать с ней отношения. Только надо, чтобы никто о них не знал. Он выходит на другой уровень и репутация у него должна быть теперь кристально чистая.
* * *
Почти успел закончить статью, как вернулся Загит и подтвердил, что они с Маратом с самого рассвета завтра стартуют в Святославль. Тут к нам вышла Галия с Русиком и попросила подержать, пока они с Ириной Леонидовной Андрюшку купать будут.
— У Марата же сегодня тренировка, — вспомнил я, беря сына у неё из рук. — Он поздно будет. Пока Аишу отвезёт… Авось спать ляжет пораньше, дорога длинная…
— Ой, вдруг, забуду, — спохватилась жена, — скажите ему, что Руслан звонил, хотел с ним поговорить.
— Вот мы завтра приедем и он напрямую с ним поговорит, — подмигнул ей Загит.
Тут зазвонил телефон и мне пришлось идти брать трубку с малым на руках. Это оказался Ганин. Он попросил о встрече.
— И когда вы хотите встретиться? — уточнил я.
— Сегодня, если можно, — ответил он.
— Ну, хорошо, приезжайте, — удивился я такой срочности и продиктовал ему адрес.
Что у них там такое случилось? С проверкой на автобазе проблемы?
* * *
Москва. Малая Семёновская улица.
Проводив Самедова, Регина не сразу заметила на трюмо двадцать пять рублей. Но когда она их нашла, её охватил гнев.